# Эпитафии

Александр Петрович Сумароков

ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ


ВСѢХЪ


СОЧИНЕНIЙ


въ


СТИХАХЪ И ПРОЗѢ,


ПОКОЙНАГО


Дѣйствительнаго Статскаго Совѣтника, Ордена


Св. Анны Кавалера и Лейпцигскаго ученаго Собранія Члена,


АЛЕКСАНДРА ПЕТРОВИЧА


СУМАРОКОВА.


Собраны и изданы


Въ удовольствіе Любителей Россійской Учености


Николаемъ Новиковымъ,


Членомъ


Вольнаго Россійскаго Собранія при Императорскомъ


Московскомъ университетѣ.


Изданіе Второе.


Часть IX.


Въ МОСКВѢ.


Въ Университетской Типографіи у И. Новикова,


1787 года.


http://az.lib.ru


ОГЛАВЛЕНІЕ.


ЕПИТАФIИ.


Рупиллій потонулъ, близъ острова сево,

Прохожій, обща всѣмъ живущимъ часть моя:

Подъ камнемъ симъ лежитъ пречудная собака,

Что изчезаю я, въ томъ нѣтъ большой мнѣ траты;

На свѣтѣ живучи Плонъ ѣлъ и пилъ не сладко;

Подъячій здѣсь лежитъ, которой дѣло зналъ,

Тому, кто здѣсь лежитъ, сплесть должно похвалы,

Здѣсь докторъ погребенъ врачебныя науки-

Здѣсь Делій погребенъ, который всѣхъ ругалъ.

Подъ камнемъ симъ лежитъ пречестный человѣкъ,

Тотъ, чей ты видишъ гробъ, свой прожилъ вѣкъ изрядно,

Подъ жерновомъ лежитъ, на етомъ мѣстѣ мѣльникъ,

Къ Надгробію Ея Сіятельства, Княгини Анны Даниловны Трубецкой.

Къ Надгробію Александры Ѳедотовны Ржевской


ЕПИТАФІЯ.


Рупиллій потонулъ, близъ острова сево,

И естьли кто любилъ на свѣтѣ семъ ево;

Внемли ево здѣсь вопль: онъ вопитъ: стражду, стражду,

Брось въ море мнѣ хмѣльку; я чувствую вь немъ жажду.


ЕПИТАФІЯ.


Прохожій, обща всѣмъ живущимъ часть моя:

Что ты, и я то былъ; ты будетъ то, что я.


Епитафія Собакѣ.


Подъ камнемъ симъ лежитъ пречудная собака,

Она могла узнать безъ всякаго признака,

Кто ночью шолъ на дворъ, идетъ ли воровать,

Или къ хозяину рога ему ковать,

Брехала на воровъ, гостямъ не досаждала,

И такъ хозяину, хозяйкѣ, угождала.


Епитафія Скупому.


Что изчезаю я, въ томъ нѣтъ большой мнѣ траты:

Я не далъ вить за то, что я родился, платы:

Пусть черви плоть мою ядятъ, и всю съядятъ,

Досадно только то, что саванъ повредятъ.


Епитафія Скупому же.


На свѣтѣ живучи Плонъ ѣлъ и пилъ не сладко;

Не знался онъ ни съ кѣмъ, одѣтъ всегда былъ гадко,

Онъ тратить не любилъ богатства своево:

Спокоенъ, что уже не тратитъ ни чево.


Епитафія Подъячему.


Подъячій здѣсь лежитъ, которой дѣло зналъ,

Что прямо то кривиль, что криво то прямилъ,

Трудясь до самаго послѣдняго вь томъ часу,

И умираючи еще просиль запасу.


ЕПИТАФІЯ.


Тому, кто здѣсь лежитъ, сплесть должно похвалы;

Но чтобъ слухъ дѣлъ ево повсюду простирался:

Гласите горы, лѣсъ и гордыя валы,

Что сей великій мужъ жиль долго и скончался.


ЕПИТАФІЯ.


Здѣсь докторъ погребенъ врачебныя науки.

Великой былъ онъ врачь, а врачевать не зналъ.

Съ пустою головой имѣлъ онъ полны руки.

За что жъ онъ слыль врачемъ? За то, что много враль.


ЕПИТАФІЯ.


Здѣсь Делій погребенъ, которой всѣхь ругалъ:

Единаго Творца онъ только не замалъ;

И то лишъ для тово, что онъ ево не зналь.


ЕПИТАФІЯ.


Подъ камнемъ симъ лежишъ прелестный человѣкъ,

Не здѣлалъ худа онъ во весь свой долгій вѣкъ

Толико завсегда для свѣта онъ трудился,

Колико какъ еще на свѣтѣ не родился.


ЕПИТАФІЯ.


Тотъ, чей ты видишъ гробъ, свой прожилъ вѣкъ изрядно,

И обществу служилъ; но чемъ? Ходилъ нарядно.


ЕПИТАФІЯ.


Подъ жерновомъ лежить, на етомъ мѣстѣ, мѣльникъ,

Бездѣльникъ

И воръ,

Который во весь вѣкь, мололъ лишъ только вздоръ

И небылицу,

А дѣло выпускалъ за сельскую граиицу,

Отважився ийти на судъ,

И вытерпѣть за трудъ,

По малой мѣрѣ кнутъ,

Прохожій воздохни, что сей скончался плутъ.


## Епитафіи писанныя къ надгробіямъ разныхъ особъ.


ЕПИТАФIЯ.

Къ Надгробію Ея Сіятельства, Княгини Анны Даниловны Трубецкой.


Княгини Трубецкой зарыто тѣло въ землю,

Пришли минуты кь ней послѣдняго часа,

Уже летитъ ея душа подъ небеса,

Домъ стонетъ, я стѣня участіе пріемлю.

Гласять ея друзья: разстались мы съ тобой:

Но всѣмъ сіи пути предписаны судьбой:

Предписаны они; но всѣмъ они ужасны;

Однако токи слезъ о мертвыхъ намъ напрасны:

Напрасны; но душа неволѣй токъ ліетъ.

Весь домъ умершія тоскуя вопіетъ:

О обща наша мать! Ужъ нѣтъ тебя, ужъ нѣтъ.

Чтожь дѣлать? Вить ни кто пути сего не минетъ,

Родится, поживетъ и свѣтъ онъ сей покинетъ.

Чтожъ дѣлать, коль не льзя сего перемѣнить?

А есть ли не дерзнемъ мы Бога симь винить;

Такъ онъ надеждой намъ слезь токъ велитъ отерти;

А мы надѣемся имѣть животъ по смерти.

Но какъ? О боже мой! Уходитъ то отъ думъ:

Душа надѣется; но весь мятется умъ.

Безмѣрно видъ такой ко представленью труденъ;

Но Богъ и всемогущъ и щедръ и правосуденъ:

И можемъ ли о немь мы ето говорить:

Богъ создаль насъ, во прахъ созданье претворить?

Нѣтъ, мы сотворены творца благодарить.


ЕПИТАФІЯ.

Къ Надгробію Александры Ѳедотовны Ржевской.


Сія котора здѣсь погребена,

Другъ вѣрный, нѣжна мать и вѣрная жена:

И сверьхъ того была она

Любительница музъ: они ее любили,

И собесѣдницы ея всегдашни были.

Ея супругъ

Любилъ ее, и быоъ любовникъ ей и другъ:

Лишась ее, не могъ онъ горькихъ слезъ отерти,

И будеть помнить онъ ее до самой смерти,

Еще онъ часто вопіетъ:

На вѣкъ тебя я трачу:

Воспомню лишъ тебя, воспомню и заплачу:

Прости любезная, прости, тебя ужъ нѣтъ.

На мѣстѣ семь лежитъ твой образъ добродѣтель:

Всѣ знавши посреди. Младыхъ увядшу дней,

И истинна сама тому свидѣтель.

Прохожій! Зри сей гробь, и воздохни о ней.