# Разговор

Александр Петрович Сумароков

Ирсинкус и Касандр

ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ

ВСѢХЪ

СОЧИНЕНIЙ

въ

СТИХАХЪ И ПРОЗѢ,

ПОКОЙНАГО

Дѣйствительнаго Статскаго Совѣтника, Ордена

Св. Анны Кавалера и Лейпцигскаго ученаго Собранія Члена,

АЛЕКСАНДРА ПЕТРОВИЧА

СУМАРОКОВА.


Собраны и изданы

Въ удовольствіе Любителей Россійской Учености

Николаемъ Новиковымъ,

Членомъ

Вольнаго Россійскаго Собранія при Императорскомъ

Московскомъ университетѣ.


Изданіе Второе.


Часть IX.


Въ МОСКВѢ.

Въ Университетской Типографіи у И. Новикова,

1787 года.


http://az.lib.ru


РАЗГОВОРЪ.


Ирсинкусъ и Касандръ.


Касандръ.


Благослови отче святый.


Ирсинкусъ.


Я не священникъ, но нѣчто выше: я именно я Философъ цѣлой губерніи: и всѣ меня почитаютъ, понеже премудрость моя не только здѣсь, но и въ царствующемъ градѣ Москвѣ почитается, и моя книга напечатана, къ исправленію юношества, къ чести нашего сана, ко славѣ нашего вѣка и къ общему удовольствію читателей.


Касандръ.


Какая ето книга?


Ирсинкусъ.


Книга Полипрагмонъ, Кукушка тожь.


Касандръ.


Знаю я ету книгу: я ее въ нѣкоторомъ домѣ нашелъ въ от. . . .


Ирсинкусъ.


Въ от. . . .


Касандръ.


Да она въ другое мѣсто и не годится.


Ирсинкусъ.


А для чево ?


Касандръ.


Въ ней нѣтъ ни складу ни ладу, ни чистоты языка, ни мыслей, ни благородства, ни вкуса, и на всякой строкѣ видно, что и стихи и проза писаны крайнимъ невѣжею.


Ирсинкусъ.


Однако многія разумныя люди ее хвалятъ.


Касандръ.


Ни какой разумной человѣкъ ее похвалить не можетъ.


Ирсинкусъ.


А ты одинъ хочешь быти авторомъ; однако я отъ моево краснорѣчія больше и прибытка и почести имѣю, я жъ могу тебѣ заключити и райскія двѣри, понеже я Философъ; ибо я лутче тебя пишу.


Касандръ.


Ежели бы такія безумцы каковъ ты надъ раемъ имѣли власть; такъ бы разумныя люди лишились царствія небеснаго.


Ирсинкусъ.


Не безумецъ я, когда и стихи мои и проза препоручили меня знатнымъ мужамъ, и которыя старались меня почтити великимъ саномъ.


Касандръ.


Въ маломъ невѣжа и малограмотная тварь санѣ, не портитъ общаго блаженства: а на твою степень возвелъ тебя гнѣвъ божій, къ бесчестію риторства и стихотворства. И кажется мнѣ что кукушка, твоя возлюбленная птица, столькоже достойна быти на твоемъ мѣстѣ, сколько ты. Одно въ тебѣ мнѣ понравилося. А именно что ты подобную выбралъ себѣ птицу; ибо ея пѣсни столько же пріятны сколько и твои; да еще съ сею разностью, что ея пѣсни, хотя и не приятны, но правильны, а твои и етова не имѣютъ. Словомъ сказати: я едакова вздора и во снѣ не видывалъ.


Ирсинкусъ.


Знаешъ ли ты что я тебя прокляну.


Кассандръ.


Когда ты крыса вскорабкалася на судейской и философской стулъ; такъ ты прокляни свою кукушку, а не меня.


Хоть и гадки только нужны обшеству профосъ палачь;

Но какою служитъ пользой мерзкой обществу рифмачь?

И не врѣдъ ли то народу,

Есть ли глупой риѳмоткачь,

Поползетъ и гадкой книгой внидетъ къ удивленью въ моду.

Къ нерѣшенію судебныхъ предлагаемыхъ задачь,

Долженъ ли когда достоинъ быти превелика чина,

Превеликой дурачина!