# Очерк практической педагогии. Руководство для педагогических курсов и учительских семинарий. Сочинение д-ра Ф. Диттеса

Алексей Сергеевич Суворин

Очеркъ практической педагогіи. Руководство для педагогическихъ курсовъ и учительскихъ семинарій. Сочиненіе д-ра Ф. Диттеса, директора учительской семинаріи въ Готѣ. Переводъ съ нѣмецкаго, подъ редакціей I. Паульсона. Спб. 1869.

Воспитаніе человѣка многіе сравниваютъ съ воспитаніемъ растенія. Для развитія каждаго растенія необходимы извѣстныя суммы условій, изъ которыхъ одни прилагаются въ видѣ общаго правила; другія видоизмѣняются, смотря во разнообразію растительныхъ группъ; третьи, наконецъ, видоизмѣняются, смотря по разнообразію самыхъ видовъ, составляющихъ группу. Изучить эти условія по указаніямъ опыта и приложить ихъ на практикѣ въ мѣрѣ возможности -- значитъ устранить въ такой же мѣрѣ "случайность и найдти для развитія извѣстные законы; для человѣческой души нуженъ такой же уходъ, такое же изученіе, которое поставило бы ее въ среду, помогающую ея нормальному развитію. Благородныя усилія лучшихъ людей во всѣ времена были направлены въ эту сторону, и воспитаніе человѣчества пріобрѣтало все болѣе и болѣе прочную почву. Россія почти не принимала участія въ педагогическомъ движеніи; самое слово "педагогика" вошло въ довольно обширное употребленіе только недавно, да и то, большею частію, довольно безсознательно. "Всѣ мы, преподающіе педагогику, смѣло свидѣтельствуетъ г. Паульсонъ, изучали ее на скорую руку, гдѣ-нибудь и какъ-нибудь; а иные и совсѣмъ не изучали, а все-таки преподаютъ". О русской системѣ педагогики, стало быть, говорить нечего, и намъ приходится довольствоваться тѣмъ, что выработано на Западѣ. Г. Паульсонъ переноситъ на нашу почву сочиненіе Диттеса и рекомендуетъ его, какъ полезное руководство ли такъ-называемыхъ педагогическихъ курсовъ, спеціально назначенныхъ для приготовленія учителей, и для старшихъ классовъ женскихъ гимназій и институтовъ, гдѣ преподается педагогика.

Мы готовы согласиться, что курсъ этотъ дѣйствительно можетъ принести пользу какъ учащимъ и учащимся, такъ и родителямъ, но, польза эта будетъ весьма несовершенною до тѣхъ поръ, пока не примутся за серьезное изученіе педагогики лица, стоящія во главѣ учебнаго вѣдомства. Къ сожалѣнію, этого трудно ожидать, покрайней мѣрѣ въ ближайшемъ будущемъ, а безъ того плоды, приносимые педагогикой, будутъ всегда тощи. Мы говоримъ не шутя, а какъ нельзя болѣе серьезно, и, для наглядности, проведемъ нѣкоторыя параллели. Педагогика научаетъ васъ не обременять дѣтей занятіями, для чего указываетъ minimum и maximum учебныхъ часовъ въ недѣлю; педагогика требуетъ значительнаго отдыха между учебными часами, который полезно посвящается развитію и укрѣпленію тѣла, и проч. и проч. ли чего вы усвоите себѣ эти правила, когда прилагать ихъ къ дѣйствительности вамъ не придется, когда эта дѣйствительность обременяетъ дѣтей и массою учебныхъ предметовъ, и массою учебныхъ часовъ, когда эта дѣйствительность не заботится о развитіи и укрѣпленіи тѣла, и предпочитаетъ все золотушное, но поглотившее латинскую мудрость, всему тому, что сохранило свѣжесть тѣла и духа, благодаря развитію на другихъ, болѣе раціональныхъ началахъ.... И какое чувство возникаетъ въ молодой дѣвушкѣ или молодомъ человѣкѣ, когда они, пройдя гимназическую мудрость, прочтутъ въ "Очеркѣ практической педагогики" слѣдующія строки:

"Если въ школѣ сообщается большая масса познаній, нежели дѣти въ состояніи преодолѣть, т. е. самостоятельно переработать, то результаты для жизни, даже матеріальные, окажутся гораздо скуднѣе, чѣмъ можно было бы ожидать, судя по количеству употребленныхъ средствъ. И если занятія въ среднихъ и высшихъ учебныхъ заведеніяхъ почти исключительно состоятъ въ изученіи предписанной массы знаній, то нѣтъ ничего удивительнаго, что изъ этихъ заведеній выходитъ, относительно, чрезвычайно мало производительныхъ талантовъ, которые возвышались бы надъ уровнемъ обыкновенной рутины и трудами свони содѣйствовали бы общему успѣху цивилизаціи".

Не блеснетъ ли имъ изъ-за этихъ строкъ тою истиной, которая отдается въ душѣ горькими сожалѣніями о напрасно потерянныхъ силахъ, о лучшихъ годахъ жизни, принесенныхъ въ жертву упорству или капризу какого-нибудь непризнаннаго и невѣжественнаго педагога, выдвинутаго изъ толпы рутинеровъ случаемъ?


"Вѣстникъ Европы", No 3, 1869