# Великий пост

Валентин Павлович Свенцицкий

--------------------

Публикуется по: Свенцицкий В. Собрание сочинений. Т. 3. Религия свободного человека (1909-1913) / Сост., коммент. С. В. Черткова. М., 2014.

--------------------

Когда Христа спросили, почему его ученики не "постятся", он ответил, что не постятся они потому, что сейчас с ними "Жених", а когда не будет Его, будут поститься.

Смысл тот:

Радость непосредственного общения с Сыном Божиим так велика, что нет места печали.

Но когда люди убьют, распнут своего Бога, -- будут дни, специально посвящённые религиозной скорби.

Церковное христианство, замкнувшее "религию" в высокие церковные стены, отгородившее религию от жизни, невольно извратило жизненный смысл всех основных христианских заветов.

В жизнь вошли они бессильные, сила их, окаменевшая, осталась в золочёных храмах, а жизнь переработала их по-своему, переделала на свой лад.

В храме праздник. Поют радостные песнопения, служат молебны, надевают блестящие ризы.

В жизни праздничное пьянство -- безделье, ругань, разухабистые песни, "гармоника".

В храме пост. Поют покаянные молитвы, скорбные церковные напевы -- всё одето в торжественный религиозный траур.

В жизни -- постные пироги, селянка с осетриной, постное масло, постные лица.

Жизнь, оторванная от религии, извратила "праздник", "радость", не поняла и не приняла её. Извратив радость -- она извратила и скорбь: дни "великого поста".

Пост -- это дни, посвящённые воспоминаниям того, что было скорбного в жизни Иисуса, Божьей Матери или святых.

Точно так же, как "праздники", есть дни, посвящённые воспоминаниям радостного в их жизни.

Для нашей "психики", для нашей души -- это две стороны одного целого.

Голгофа невозможна без Воскресения. И Воскресение невозможно без Голгофы.

"Пост" не есть "житейская скорбь" -- это скорбь религиозная, в которую уже заложена радость "победы". Если бы "пост" из храма перешёл в жизнь, он выразился бы не селянкой с осетриной, а полным перерождением всего нашего душевного строя. Человек мысленно, в психике своей переживал бы весь крестный путь своего Бога, восходил бы с ним на Голгофу, вся мировая трагедия, пережитая Христом, переживалась бы нами до ран гвоздных, до последнего вздоха, до последней черты. И тогда, пережив эту скорбь, этот "пост", -- мы имели бы право и на радостную весть:

Христос воскрес!

Мы выходили бы сами очищенными, "воскрешёнными". Мы "разговлялись" бы как люди, которые не могли принимать еду от неустанной душевной боли, и вот теперь, когда "всё прошло", могут с радостью вкусить пищу.

"Великий пост" у нас превращён в мёртвый обряд, и мы почти забыли его великий внутренний смысл, его живую религиозную правду. И потому надо как можно чаще друг другу напоминать о ней.