# Введение в изучение квартирного вопроса

Владимир Владимирович Святловский

## Введеніе въ изученіе квартирнаго вопроса.


Среди разнообразныхъ вопросовъ, волнующихъ современное общество и прессу, вопросъ о человѣческомъ жилищѣ принадлежитъ, безспорно, къ одному изъ наиболѣе жгучихъ. Повсемѣстно наблюдается стремленіе доставить менѣе достаточнымъ классамъ населенія удобныя, здоровыя и доступныя по цѣнѣ квартиры. И на этомъ стремленіи, выразившемся въ рядѣ теоретическихъ программъ и практическихъ попытокъ, сходится работа всѣхъ наличныхъ силъ населенія. Отдѣльные благотворители и городскія самоуправленія, филантропическія и спекулятивныя корпораціи и законодательная власть такъ или иначе трудятся надъ разрѣшеніемъ квартирнаго вопроса.

Россія не осталась чужда этому движенію. Какъ извѣстно, въ Россіи еще въ концѣ 40-хъ годовъ населеніе столицъ начало задумываться надъ положеніемъ квартирнаго дѣла. Такъ въ 1848 году въ Петербургѣ организовалось акціонерное общество, которое въ принадлежавшемъ ему домѣ доставляло бѣднѣйшему городскому населенію и недорогія и сравнительно удобныя помѣщенія. Это общество -- Общество для улучшенія въ Спб. помѣщеній рабочаго и нуждающагося населенія, вызвало въ обѣихъ столицахъ рядъ подражаній. Въ настоящее время въ Петербургѣ насчитывается около 20 учрежденій, доставляющихъ городской бѣднотѣ дешевыя квартиры. Сумма годового оборота всѣхъ вмѣстѣ взятыхъ учрежденій равна приблизительно 150 тыс. рублей. Всѣ петербургскія дешевыя квартиры -- продуктъ дѣятельности филантропіи, на почвѣ которой русское общество до сихъ поръ вообще разрѣшало квартирный вопросъ. Въ томъ же направленіи идетъ и дѣятельность города Москвы. Здѣсь вмѣстѣ съ богадѣльнями насчитывается приблизительно до ста различныхъ учрежденій, доставляющихъ неимущимъ квартиры. Но при этомъ число пользовавшихся безплатными квартирами было всегда значительно выше числа живущихъ въ "дешевыхъ" квартирахъ, т.-е. "квартирный вопросъ" сводился преимущественно къ простому призрѣнію нищихъ. Дѣйствительно изъ 3,950 человѣкъ, ютившихся во всѣхъ дешевыхъ и безплатныхъ квартирахъ, около 2,700 человѣкъ, т.-е. около 68,4%, ничего не платили за свое помѣщеніе. Что касается размѣровъ всей недвижимой собственности, которою владѣли

Введеніе въ изученіе квартирнаго вопроса. 23 всѣ московскія "квартирныя" учрежденія, то они и сравнительно съ тѣмъ, что дѣлается по этому вопросу въ любомъ изъ крупныхъ городскихъ центровъ Западной Европы, и сравнительно со всею остающеюся внѣ предѣловъ благотворительныхъ заведеній массою городской нуждающейся бѣдноты,-- не значительны. Такъ, напримѣръ, недвижимость всѣхъ московскихъ учрежденій была оцѣнена въ 1889 году въ 2,9 мил., между тѣмъ владѣнія любой изъ большихъ европейскихъ столицъ оцѣниваются въ сумму въ 10 разъ большую {Сборникъ статистическихъ свѣдѣній о благотворительности. Москва, за 1889 г. Изд. статист. отдѣл. м. г. у. Москва, 1891 г.}.

Обѣимъ столицамъ, впрочемъ, далеко уступаютъ остальные крупные городскіе центры Россіи, хотя въ нѣкоторыхъ городахъ, какъ Варшава, Казань, Одесса, Харьковъ и Кіевъ, кое-что сдѣлано въ этомъ отношеніи.

Нѣкоторыя, хотя и незначительныя, стороны квартирнаго вопроса довольно успѣшно улаживаются при помощи такъ-называемыхъ "постановленій". Такого рода дѣятельность городскихъ самоуправленій почти всегда была отрывочна и случайна. Но не одни только города издаютъ постановленія, направленныя на упорядоченіе квартирнаго дѣла. Для жилищъ рабочихъ полезны постановленія городскихъ и губернскихъ по фабричнымъ дѣламъ присутствій. Заботясь о бытѣ всего фабричнаго населенія, они не могли не натолкнуться на вопросъ о жилищѣ рабочихъ. По свѣдѣніямъ, сообщаемымъ въ книжкѣ А. В. Погожева: Обзоръ мѣстныхъ обязательныхъ постановленій по фабричной санитаріи въ Россіи, изъ всѣхъ 15 группъ, на которыя распадаются обязательныя постановленія, отдѣлъ "объ устройствѣ и содержаніи жилыхъ помѣщеній" имѣлъ наибольшее количество (въ 25 губ.) этихъ постановленій. Главное вниманіе послѣднихъ обращено было на вопросъ о нормировкѣ кубическаго пространства на одного человѣка. Въ этомъ "предписанія" не обнаружили большого единства мнѣній. Наименьшая норма, въ половину кубической сажени, требовалась въ маленькомъ Бѣлостокѣ, Гродненской губерніи, и затѣмъ въ Петербургѣ въ три четверти куб. сажени. Въ 36 мѣстахъ предписывалось по одной, въ 21-мъ по полторы куб. сажени и, наконецъ, въ трехъ уѣздахъ Курской губерніи норма опредѣлялась въ 2 и 2 1/2 куб. сажени на человѣка.

"Значительно рѣже,-- говоритъ г. Погожевъ,-- встрѣчается установленіе размѣровъ каморокъ для семей рабочихъ, высоты помѣщенія, устройства наръ для спанья, отношенія оконной поверхности къ площади пола, размѣровъ и числа оконныхъ форточекъ, а также воспрещеніе подвальныхъ жилищъ" (стр. 11).

Въ области вопроса о жилищахъ рабочихъ кое-что сдѣлано у насъ нѣкоторыми отдѣльными образцовыми мануфактурами, какъ Жирардовской подъ Варшавой, Раменской подъ Москвой и пр., но, къ сожалѣнію, дѣятельность ихъ мало извѣстна въ печати, куда проникаютъ только случайныя свѣдѣнія.

Въ самое послѣднее время квартирный вопросъ снова всплылъ на поверхность общественной жизни. Движеніе исходитъ отъ санитарныхъ врачей города Москвы, результаты изслѣдованія которыхъ были представлены въ докладѣ одного изъ гласныхъ въ московскую городскую думу {См. Русская Мысль, октябрь 1895 г., стр. 200.}. Выводы, къ которымъ пришелъ докладчикъ, слѣдующіе: "Помѣщеніе бѣднѣйшаго класса населенія столицы, размѣщающагося въ подвалахъ, углахъ, спеціально приноровленныхъ для этого домахъ и т. п., находятся въ Москвѣ въ безусловно неудовлетворительномъ состояніи. Лица эти живутъ внѣ всякихъ мала-мальски сносныхъ гигіеническихъ условій и часто въ отвратительной нравственной обстановкѣ". Это заявленіе подтверждается рядомъ данныхъ,-- измѣреніе количества воздуха на одного человѣка, вліяніе скученности населенія на смертность и заболѣваемость и пр.,-- краснорѣчиво свидѣтельствующихъ о безотрадномъ квартирномъ положеніи московской бѣдноты. Но страдаетъ отъ этого не одна городская бѣднота. "Дома для бѣдныхъ,-- говорится на стр. 12 доклада,-- составляютъ въ Москвѣ центры, гдѣ гнѣздится, и источники, откуда распространяется зараза. Отъ ужаснаго вліянія этихъ домовъ никому нельзя спастись. Не спасаютъ отъ нихъ и отдѣльные особняки-дома, окруженные садами и цвѣтниками. Дѣйствительно, если трудно уловить пути, по которымъ проникаетъ зараза, то самый фактъ не подлежитъ сомнѣнію. Повидимому, что можетъ быть общаго между роскошнымъ домомъ гдѣ-нибудь на Тверской и каморочными квартирами въ домѣ Рогожиной, или коечными квартирами въ домѣ Румянцева, на Хитровомъ рынкѣ? Между тѣмъ извѣстно, напримѣръ, что большіе магазины, поставляя вещи на людей богатыхъ, часто отдаютъ ихъ работать мелкимъ ремесленникамъ, живущимъ по каморкамъ; разъ въ той квартирѣ дифтеритъ, скарлатина или другая какая-нибудь заразительная болѣзнь, очень легко можетъ случиться, что вмѣстѣ съ купленной дорогой вещью мы внесемъ къ себѣ заразительную болѣзнь. Заноситъ эту болѣзнь также прислуга и разный рабочій людъ. Находясь безъ мѣста, прислуга проживаетъ, вѣдь, въ этихъ домахъ по каморкамъ".

Это доказала, между прочимъ, московская эпидемія сыпнымъ тифомъ (1886 года), когда зараза ночлежныхъ домовъ отозвалась, какъ то было доказано, въ семьяхъ лучшихъ домовъ Москвы.

Докладъ этотъ не остался безъ послѣдствія. Организованная думою коммиссія вошла въ соглашеніе съ тремя учеными обществами: гигіеническимъ, архитектурнымъ и юридическимъ (статистическое отдѣленіе), которыя, организовавъ особыя коммиссіи, охотно отозвались на призывъ къ коллективной работѣ по столь важному и насущному для населенія вопросу. Нельзя, конечно, отъ души не пожелать Москвѣ успѣха въ этомъ крайне полезномъ дѣлѣ.

Вопросъ о жилищахъ городской бѣдноты, не долженъ отодвигать вопроса о жилищахъ вообще всего рабочаго населенія Имперіи.

Жилище русскаго фабричнаго рабочаго не разъ уже подвергалось изученію. Какъ фабричные врачи, такъ и чины фабричной инспекціи въ достаточной степени обнаружили безотрадность положенія дѣла. Но до сихъ поръ оставался сравнительно мало извѣстнымъ бытъ цѣлой особой группы рабочаго класса -- именно горнорабочихъ. Рабочіе рудниковъ и копей, впрочемъ, вообще повсемѣстно забываемая категорія тружениковъ. Этому, согласно мнѣнію проф. Spenser'а Baldwin'а, автора недавно изданной исторіи горнорабочаго законодательства въ Англіи, первой научной попыткѣ этого рода, способствуетъ то обстоятельство, что горное дѣло меньше обращаетъ на себя вниманіе общества, копи и рудники отдалены отъ городскихъ центровъ и между ними и послѣдними нѣтъ такой связи во время эпидемій, сравнительная съ фабрично-заводскимъ міромъ малочисленность горнорабочихъ, незнакомство съ горными порядками и пр. Все сказанное Baldwon'омъ про Англію можно до нѣкоторой степени перенести и на русскія условія. Посколько фабрично-заводская промышленность и бытъ фабричныхъ рабочихъ у насъ давно обратилъ на себя вниманіе общества и правительства, постолько горнорабочій вопросъ оставался у насъ до самаго послѣдняго времени незатронутымъ. Какъ извѣстно, въ 1892 году положеніе вещей значительно измѣнилось. Изысканія д-ра Л. Б. Бертенсона {Л. Бертенсонъ: "Санитарно-врачебное дѣло на горныхъ заводахъ и промыслахъ Урала". Спб., 1892 г., и "Санитарно-врачебное дѣло на горныхъ заводахъ и промыслахъ Царства Польскаго". Спб., 1893 г. Эти два, равно какъ и третье упоминаемое въ текстѣ сочиненіе г. Бертенсона, даютъ вполнѣ объективную картину дѣла, написанную въ томъ строго-научномъ духѣ, въ какомъ были исполнены первые, къ сожалѣнію, прекратившіеся печатаніемъ, отчеты фабричной инспекціи.}, члена горнаго ученаго комитета, завершились цѣлымъ рядомъ правительственныхъ постановленій по учрежденію горно-рабочей инспекціи и особыхъ технико-санитарныхъ предписаній. Въ текущемъ году вышло новое изслѣдованіе г. Бертенсона, которое открываетъ намъ, между прочимъ, картину квартирнаго вопроса у нашихъ русскихъ горнорабочихъ подмосковныхъ и средне-волжскихъ округовъ {Л. Бертенсонъ: "Санитарно-врачебное дѣло на горныхъ заводахъ и промыслахъ замосковскихъ и средне-волжскихъ округовъ". Спб., 1895 г.}.

"Особые жилые дома для рабочихъ имѣются далеко не на всѣхъ заводахъ и промыслахъ, и рабочіе либо, въ большинствѣ случаевъ, ютятся по окрестнымъ деревнямъ, гдѣ, конечно, живутъ въ самыхъ негигіеничныхъ условіяхъ, либо, при удаленности деревень, живутъ въ самодѣльныхъ домахъ, какъ, наприм., на Выксунскомъ заводѣ, гдѣ въ зимнее время они сами устраиваютъ такъ называемые "балаганы",-- помѣщенія въ родѣ пресловутыхъ "каютокъ",-- которыя описаны мною въ отчетѣ о санитарно-врачебномъ положеніи заводовъ и промысловъ южной Россіи (этотъ отчетъ еще не напечатанъ). "Балаганъ", или полуземлянка, представляетъ собою вырытое въ землѣ на аршинъ углубленіе, надъ которымъ находятся бревенчатый срубъ и крыша, покрытая дерномъ; потолка нѣтъ, и окна устраиваются рѣдко, да и то "волоковыя", т.-е. просто отверстія, задвигаемыя дощечками. По срединѣ балагана -- очагъ, съ дымовой трубой въ крышѣ. Подобныя помѣщенія темны, дымны и тѣсны. Если подобныя самодѣльныя помѣщенія, представляющія для нѣкоторыхъ рабочихъ пріятный теплый уголъ, чудовищны по своей антигигіеничности, то и весьма немногія заводскія казармы и квартирные дома могутъ похвастать хорошими гигіеническими условіями: въ очень многихъ помѣщеніяхъ кубическое содержаніе воздуха не превышаетъ % сажени, въ нѣкоторыхъ оно менѣе того, и нѣтъ, кажется, ни одного такого, которое имѣло бы требуемыя обязательнымъ постановленіемъ 1 1/2 сажени. Скученность рабочихъ въ жилыхъ помѣщеніяхъ бросается въ глаза не только на малыхъ заводахъ и бѣдныхъ промыслахъ, но и на крупныхъ и богатыхъ".

Въ отчетѣ г. Бертенсона перепечатаны выдержки изъ инспекторской книги окружнаго горнаго инженера г. Іордана, подтверждающія на описаніи отдѣльныхъ заводовъ вышеприведенное мнѣніе. Всѣ онѣ говорятъ относительно скученности и антисанитарнаго содержанія крайне недостаточныхъ и въ архитектурномъ и въ гигіеническомъ смыслѣ жилищъ горно-рабочаго населенія. Между тѣмъ, для наблюденія надъ бытомъ горно-рабочихъ имѣется особая окружная инспекція и рядъ полезныхъ постановленій, въ нѣкоторыхъ своихъ пунктахъ далеко оставившія за собою соотвѣтствующія постановленія ряда европейскихъ государствъ. Объясняетъ это г. Бертенсонъ слѣдующимъ образомъ: "Окружные инженеры, на которыхъ возложенъ надзоръ не только техническій, но и надзоръ по исполненію закона 9 марта 1892 года, по многочисленности возложенныхъ на нихъ обязанностей и при обширности горныхъ округовъ, не въ состояніи слѣдить вообще за выполненіемъ обязательныхъ постановленій по санитарной части и, въ частности, за соблюденіемъ въ помѣщеніяхъ той воздушной нормы, которая признана за минимальную". "Только съ введеніемъ строгаго и неусыпнаго надзора за жилыми помѣщеніями со стороны самихъ заводовладѣлъцевъ, которые должны постоянно знать, сколько въ каждой квартирѣ живетъ людей, можно будетъ ожидать,-- по мнѣнію автора доклада,-- соблюденія той изъ статей обязательнаго постановленія, которою охраняется одна изъ важнѣйшихъ физіологическихъ потребностей рабочаго".

Все это, безспорно, заставляетъ усиленно задуматься надъ положеніемъ квартирнаго дѣла въ Россіи. И прежде чѣмъ приступить къ какимъ бы то ни было начинаніямъ, необходимо обратиться за свѣдѣніями и опытомъ туда, гдѣ квартирный вопросъ началъ обсуждаться и разрѣшаться со всею полнотою и строгостью, которая соотвѣтствуетъ и которую требуетъ дѣло. Поэтому обзоръ постановки квартирнаго вопроса въ государствахъ Западной Европы, описаніе главнѣйшихъ формъ квартирныхъ неурядицъ и, наконецъ, изложеніе главнѣйшихъ системъ мѣропріятій, практикующихся въ борьбѣ съ этимъ видомъ соціальнаго бѣдствія и кажутся мнѣ необходимымъ введеніемъ въ дѣло изученія квартирнаго вопроса и у насъ въ Россіи.


## I. Постановка квартирнаго вопроса на Западѣ.


На извѣстной культурной высотѣ, на жилищѣ сосредоточивается вниманіе самыхъ разнообразныхъ отраслей науки и техники, а представители различныхъ спеціальностей такъ или иначе являются заинтересованными въ разрѣшеніи квартирнаго вопроса. Отсюда весьма понятно, что именно государства Западной Европы, съ ихъ громаднымъ городскимъ населеніемъ, съ ихъ раздѣленіемъ труда и дифференціаціею профессій, съ ихъ настойчивымъ и массовымъ, и индивидуальнымъ стремленіемъ къ возможно высшему экономическому благосостоянію, являются наиболѣе типичными и интересными при изслѣдованіи этого предмета. При этомъ, само собою понятно, вопросъ о доставленіи населенію хорошаго жилища, поскольку оно касается удобства, здоровья или доступной цѣны, касается архитектуры, гигіены и политической экономіи, и особенно двухъ послѣднихъ областей научнаго знанія.

Каковы же задачи современнаго квартирнаго вопроса и въ чемъ состоитъ его особенный характеръ?

Отвѣтъ на это даетъ сама жизнь, весь тотъ духъ современнаго общественнаго строя, которымъ обусловливаются и характеризуются вопросы нашего времени. Весьма понятно, что ученые и публицисты, поднявшіе этотъ вопросъ до степени одной изъ наиболѣе жгучихъ злобъ дня,-- не занимаются ни описаніемъ комфортабельныхъ жилищъ сильныхъ міра сего, ни разработкою плановъ идеальныхъ жилищъ нормальнаго человѣка, ни, наконецъ, преслѣдованіемъ тѣхъ цѣлей, которыя могутъ представиться особенно важными, напримѣръ, архитектору, статистику или финансисту. Все вниманіе общественной мысли Запада обращено въ квартирномъ дѣлѣ на одно,-- и это, повторяю, ярко характеризуетъ современный квартирный вопросъ,-- именно на соціальную сторону дѣла.-- Такого рода отношеніе заставляетъ сосредоточиваться исключительно на отрицательныхъ качествахъ, на изслѣдованіи отрицательныхъ условій жилищъ городского населенія.

И такъ какъ сумма всѣхъ отрицательныхъ качествъ, весь тотъ комплексъ различныхъ недостатковъ современнаго жилья (Wohnungsnoth) мало извѣстенъ богатымъ классамъ {Здѣсь квартирный вопросъ остается во всей своей силѣ относительно помѣщеній для прислуги. Ср. Дворницкія помѣщенія въ Варшавѣ проф. К. П. Ковальковскаго и Подвальныя жилища г. Варшавы д-ра В. В. Святловскаго 1-го, т. I. Труды варш. пост, санит. комитета. В., 1881 г.}, то и самый квартирный вопросъ является, по существу дѣла, вопросомъ неимущихъ.

Дѣйствительно, въ мѣстностяхъ, гдѣ сильно скучено городское населеніе и гдѣ на рабочіе классы падаетъ существеннѣйшій процентъ всего числа жителей, всякія квартирныя неурядицы обнаруживаются особенно рѣзко. Квартирный вопросъ тамъ является важною составною частью всего рабочаго и eo ipso соціальнаго вопроса. Извѣстный знатокъ этого дѣла, французскій ученый J. Picot {J. Picot: "Un devoir social et les logements d'ouvriers".}, говоритъ даже, что жилищный вопросъ составляетъ краеугольный камень всей соціальной проблемы настоящаго времени.

Не только основательное знакомство съ дѣломъ, но и одно только первое, поверхностное впечатлѣніе уже говоритъ о неутѣшительномъ положеніи вещей. Но и не одно только первое впечатлѣніе. Постоянно появляющіяся изслѣдованія раскрываютъ вопіющіе факты. Въ крупныхъ городскихъ центрахъ, среди кварталовъ, обстроенныхъ домами-дворцами, среди роскоши и комфорта, какіе только могутъ быть доступны при высокомъ современномъ развитіи цивилизаціи, встрѣчаются сотни и даже тысячи жилищъ, признаваемыхъ безусловно вредными для здоровья и поглощающими львиную долю бюджета неимущихъ классовъ. Такъ, напримѣръ, секретарь одной недавно функціонировавшей въ Брюсселѣ правительственной коммиссіи пишетъ: "Рабочіе, приходящіе изъ деревень въ воскресенье вечеромъ или въ понедѣльникъ утромъ въ Брюссель на работы и остающіеся тамъ на всю недѣлю, ночуютъ въ зловонныхъ конурахъ, гдѣ кровати соприкасаются другъ съ другомъ и всѣ постоянно заняты, гдѣ встрѣчаются самые постыдные пороки, гдѣ ночлежники заражаются чесоткою и другими накожными, а также заразными болѣзнями, тифомъ и т. п., съ которыми въ субботу вечеромъ возвращаются въ свои семьи" {Дешевыя жилища въ Западной Европѣ, отдѣльный оттискъ изъ Изв. Москов. Городской Думы. Извлеченіе изъ статьи того же заглавія, помѣщенной въ Вѣсти, общ. гигіены, судебн. и практ. мед., мартъ 1894 г., сдѣланное по порученію статистич. отдѣл. Московск. гор. управ. Л. М. Рейнгольдомъ.}. Положеніе квартирнаго дѣла въ Германіи еще хуже. То же и въ другихъ странахъ Европы, не исключая и Россіи.

Но особенно неудовлетворительно обставлено дѣло у фабричнаго населенія, живущаго, въ большинствѣ случаевъ, въ громадныхъ зданіяхъ казарменнаго типа. Никакое доброе чувство не можетъ держаться въ жалкихъ логовищахъ современнаго рабочаго. Семейное начало подрывается въ корень и гибнетъ. Бѣднякъ возвращается въ свою конуру съ отвращеніемъ и при первой возможности бѣжитъ въ кабакъ! Жена и дѣти тоже не выносятъ такой "домашней" жизни.

И если вспомнить, что стоимость жилища составляетъ львиную долю расходовъ бѣдняка, что условія найма ложатся на него особенно тяжелымъ гнетомъ, что антисанитарныя условія жилищъ сильно и рѣзко вліяютъ и на нравственность, и на заболѣваемость, и на смертность народонаселенія, то становится вполнѣ понятнымъ, почему квартирный вопросъ всплылъ на поверхность именно теперь, въ нашъ вѣкъ широкаго соціальнаго доброжелательства и занялъ среди другихъ текущихъ темъ важное мѣсто.


I.


Квартирный вопросъ во всѣхъ его характерныхъ проявленіяхъ давно извѣстенъ исторіи. Онъ одинаково знакомъ какъ культурнымъ центрамъ античнаго міра, такъ и средневѣковымъ городамъ и селеніямъ. Квартирный вопросъ извѣстенъ Риму со временъ Катона. Впрочемъ отъ того времени не уцѣлѣло ни одного акта, свидѣтельствовавшаго о вмѣшательствѣ власти въ квартирныя дѣла. Императорскій періодъ создаетъ начатки квартирнаго законодательства. Оно касается предписаній относительно высоты домовъ, ширины улицъ и проч. Предписанія такого рода, въ виду быстраго роста римскаго населенія, были крайне необходимы. За недостаткомъ мѣста дома скорѣе напоминали ночлежныя казармы. Особенно же плохи были зданія въ кварталахъ, населенныхъ рабами. Средніе вѣка унаслѣдовали тѣ же порядки. Скученность населенія кромѣ того усиливалась первоначально военною ролью городскихъ пунктовъ. Они, какъ то теперь вполнѣ доказано, были всегда крайне неблагопріятны въ квартирномъ отношеніи, и положеніе жилищъ средневѣковыхъ городовъ всегда обращало на себя вниманіе болѣе просвѣщенныхъ правителей. Впрочемъ, въ виду постройки ихъ изъ дерева, первоначально преимущественно обращалось вниманіе на пожарную сторону дѣла. Много подобныхъ интересныхъ историческихъ данныхъ собрано, между прочимъ, д-ромъ LeuthoId'омъ, однимъ изъ сотрудниковъ обширнаго обслѣдованія нѣмецкихъ городовъ, произведеннаго извѣстнымъ Verein'омъ für Socialpolitik.

Съ теченіемъ времени, какъ извѣстно, среди неимущихъ классовъ дифференцировался особый классъ -- классъ рабочихъ. Впрочемъ съ первымъ появленіемъ рабочаго вопроса, т.-е., напримѣръ, для Англіи со времени 14 и 15 столѣтій, дѣло объ ихъ помѣщеніяхъ не составляло особаго труда, да и самъ рабочій со временемъ переходилъ въ положеніе хозяина. Но съ расширеніемъ торговыхъ сношеній, съ развитіемъ мірового рынка начала усиленно расти крупная промышленность, вызвавшая въ свою очередь прогрессъ техники. Осложненіе производства уничтожило прежній переходъ рабочаго на высшую хозяйственную ступень, потребовало увеличенія рабочихъ рукъ и вызвало приливъ пришлаго населенія въ города. Съ этого момента вопросъ о жилищѣ принялъ ту острую и типичную форму, которую мы и теперь повсемѣстно наблюдаемъ.

Неутѣшительную картину даютъ намъ и крупные города на всемъ протяженіи текущаго вѣка, до нашихъ дней включительно, напримѣръ, характерный симптомъ, всегда сопровождающій квартирныя неурядицы,-- частая перемѣна квартиръ жильцами,-- наблюдался въ Берлинѣ и въ началѣ и въ концѣ вѣка. Такъ по даннымъ 1828 года, собраннымъ извѣстнымъ нѣмецкимъ статистикомъ Энгелемъ изъ 52 тысячъ лицъ, нанимавшихъ себѣ квартиры въ тогдашнемъ Берлинѣ, 18 тысячъ, т.-е. около одной трети всѣхъ нанимателей, перемѣнили въ теченіе года свои квартиры. По даннымъ же статистическаго бюро города Берлина за 1872 годъ, т.-е. спустя полвѣка, число перекочевавшихъ относительно всего числа наемщиковъ осталось то же самое, т.-е. равное одной трети. Наконецъ, то же было обнаружено и изслѣдованіями самыхъ послѣднихъ лѣтъ.

И во многихъ другихъ отношеніяхъ новѣйшія описанія послѣднихъ изслѣдователей,-- стоитъ только открыть любую спеціальную по этому дѣлу работу,-- даютъ намъ не лучшую, хотя въ то же время и не худшую картину человѣческаго жилья, чѣмъ, наприм., тѣ данныя, которыми Форней (Formey) рисуетъ Берлинъ прошлаго и Гассе -- Лейпцигъ XVII столѣтія. Въ извѣстной нѣмецкой enquêter по квартирному вопросу 1843 г., первому нѣмецкому изслѣдованію подобнаго рода жилища рабочихъ названы собраніемъ грязныхъ собачьихъ конуръ, т.-е. въ своемъ отзывѣ вполнѣ сходятся съ мнѣніемъ послѣдняго отчета 1893 года о результатахъ изслѣдованія, произведенныхъ въ германской столицѣ "берлинскою рабочею санитарною коммиссіей".

Если, съ одной стороны, наше жилище особенно у зажиточныхъ людей и обставилось въ абсолютномъ смыслѣ болѣе раціонально и даже съ комфортомъ прежде и не слыханнымъ, если повсюду мы сможемъ указать на ощутительное вліяніе прогресса техническихъ знаній, прогресса санитарной науки и культурныя стремленія въ управленіи, то, съ другой стороны, единовременно и параллельно повысился и весь уровень потребностей населенія, само населеніе сильнѣе дифференцировалось въ экономическомъ отношеніи, обострилась впечатлительность къ воспріятію соціальныхъ нуждъ, повысились развитіе и самоанализъ, смѣнившій прежній индифферентизмъ живо воспринимающимъ чувствомъ. А все это, конечно вполнѣ компенсируетъ одно другое и оставляетъ для насъ съ соціальной точки зрѣнія и квартирныя неурядицы и весь квартирный вопросъ въ прежней силѣ.

Итакъ, квартирный вопросъ не новость въ исторіи хозяйственнаго быта Европы. Но заслуга поднять и всесторонне изучить квартирный вопросъ, а равно и начать дѣятельно бороться съ неурядицами квартирнаго дѣла, безспорно, принадлежитъ только нашему XIX. столѣтію.

Горное вѣдомство прусскаго правительства, владѣющее значительными копями, начало еще въ 1820 году строить для своихъ силезскихъ рабочихъ небольшіе домики, вызвало рядъ подражаній со стороны частныхъ копевладѣльцевъ и явилось такимъ образомъ однимъ изъ первыхъ иниціаторовъ дѣла.

Нѣкто Андрей Кехлинъ, фабрикантъ въ одномъ изъ городовъ Эльзаса, началъ еще въ 1835 г. строить для своихъ рабочихъ домики въ 2 комнаты съ кухнею и своимъ примѣромъ вызвалъ впослѣдствіи въ свѣтъ извѣстную мюльгаузенскую ассоціацію дешевыхъ квартиръ для рабочихъ.

И въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ къ этому времени имѣлись уже кое-какія отдѣльныя попытки подобнаго рода. Но со времени изданія сочиненій Сиднея Смайрка, въ 1834 году въ Англіи, Людовика-Наполеона Бонапарта въ 1845 году во Франціи, Дюкпетіо въ 1837 и 1846 годахъ въ Бельгіи, Франца, Фаухера и Губера въ 1840, 1845 и 1846 гг. въ Германіи,-- квартирный вопросъ впервые начинаетъ обсуждаться въ научной литературѣ и повседневной прессѣ.

Дѣло устройства дешевыхъ, здоровыхъ и доступныхъ по цѣнѣ жилищъ для рабочихъ получило наибольшее развитіе въ Англіи, Франціи и Бельгіи. Но въ научномъ отношеніи, въ смыслѣ богатства изслѣдованій и литературы, главная заслуга принадлежитъ Германіи.

И это само собою понятно. Квартирный вопросъ есть, по своему существу, вопросъ "мирной реформы". Между тѣмъ, въ Германіи всегда было значительно стремленіе къ мирной реформаторской дѣятельности. Экономическая наука въ университетахъ -- въ рукахъ ученыхъ, ставящихъ реформу своимъ девизомъ.

Основанное въ Эйзенахѣ "общество для соціальной политики" -- Verein für Socialpolitik -- назначило на первый свой конгрессъ двѣ слѣдующихъ темы: О фабричномъ рабочемъ законодательствѣ, референтъ Л. Брентано, и О квартирныхъ неурядицахъ, референтъ Энгель.

Извѣстный статистикъ изложилъ вопросъ очень тщательно. Онъ охарактеризовалъ главнѣйшія типичныя формы, которыя возможно выдѣлить въ рядѣ всевозможныхъ видовъ квартирныхъ неурядицъ, и послѣдовательно изложилъ положеніе квартирнаго вопроса въ Берлинѣ, начиная съ 1813 года. Много свѣдѣній доставилъ ему въ данномъ случаѣ статистическій отчетъ: Statistische Uebersicht von der gestigenen Bevölkerung der Stadt Berlin 1815--1828 und der Komunaleinamen und Ausgaben derselben im Jahren 1825 -- 1828. Заслугу поднятія квартирнаго вопроса въ Германіи Энгель цѣликомъ приписываетъ теперь почти что забытому политико-эконому 40-хъ годовъ Губеру. Послѣдній много писалъ о нуждахъ и реформѣ квартирнаго дѣла и считается отцомъ необъятной нѣмецкой литературы по этому предмету. Выдающееся значеніе въ практическомъ стремленіи къ разрѣшенію квартирнаго вопроса принадлежитъ, по мнѣнію Энгельса, мужу королевы Викторіи и Наполеону III. Въ силу реформъ того времени, вообще сильно возросло количество помѣщеній, улучшилось ихъ санитарное положеніе, многіе изъ наемщиковъ превратились въ домовладѣльцевъ, чему способствовало соединеніе квартирной платы съ амортизаціей.

Затѣмъ Энгель указалъ на способы разрѣшенія квартирнаго вопроса, отмѣтивъ особенно дѣятельность общественной иниціативы, и обратилъ вниманіе присутствовавшихъ на англійскій и вѣнскій (проф. F. Neumann'а) отчеты о всемірной выставкѣ въ Парижѣ въ 1869 году, гдѣ вопросу жилищъ было отведено соотвѣтствующее мѣсто. Изъ различныхъ нѣмецкихъ изслѣдователей, такъ или иначе разсматривавшихъ дѣло, Энгель указалъ на Бернхарта Фридмана и Эмиля Сакса о Вѣнѣ (1857 г.) и др.

Руководствуясь книгой д-ра Stolp'а: Die Wohnungsfrage und ihre practische Lösung (1870 г.), Энгель слѣдующимъ образомъ характеризуетъ отрицательныя стороны квартирнаго дѣла крупныхъ городовъ: недостатокъ квартиръ вообще, неудовлетворительность имѣющихся квартиръ относительно самыхъ примитивныхъ требованій гигіены, отсутствіе правъ у наемщиковъ, дурная въ техническомъ и санитарномъ отношеніи постройка домовъ, произволъ сосѣдей и хозяевъ, постановка квартирнаго контракта, заключаемаго всегда въ пользу домовладѣльца, произволъ хозяевъ при повышеніи цѣнъ на квартиры и вообще повышеніе цѣнъ до высоты, недоступной населенію, отдача въ наймы угловъ и превращеніе большихъ зданій въ ночлежныя казармы и пр. Разрѣшеніе квартирнаго вопроса должно, по Энгелю, распадаться на три вопроса: кому помогать, кто долженъ помогать и какъ помогать.

Нѣмецкій экономическій конгрессъ 60-хъ годовъ вызвалъ въ свѣтъ изслѣдованіе Die Wohnungsfrage mit besonderer Rücksicht auf der arbeitender Klassen etc. (1865 г.). Трудъ этотъ состоялъ изъ ряда статей заинтересованныхъ квартирнымъ дѣломъ врачей, инженеровъ и политико-экономовъ. Главнѣйшіе изъ нихъ вошли въ составъ особой коммиссіи по тому же вопросу. Коммиссія пришла къ заключенію, что хорошая квартира -- фундаментъ общественнаго благосостоянія и нравственности.

Конгрессъ по тому же вопросу въ Нюренбергѣ, гдѣ Паризіусъ говорилъ о юридической, а Клетте о технической сторонахъ дѣла, высказался въ пользу уничтоженія препятствій при постройкѣ дешевыхъ домовъ, болѣе объединенной дѣятельности благотворителей, уменьшенія промышленно-эксплуатирующаго характера строительныхъ обществъ, постройки малыхъ домовъ и пр. Тотъ же вопросъ занималъ и конгрессъ 1867 года въ Гамбургѣ. Главное вниманіе всѣхъ этихъ конгрессовъ было направлено на вредъ, наносимый спекуляціей при постройкахъ.

Но не одна только интеллигенція была заинтересована дѣломъ квартирной реформы. Этотъ вопросъ обсуждался германскою рабочею партіей, на собраніи соціалъ-демократовъ, въ Альказарѣ, 24 сентября 1871 года. 2 дня спустя собраніе нѣмецкихъ рабочихъ ферейновъ подъ предсѣдательствомъ ихъ основателя, д-ра Макса Гирша, также диспутировало эту тему. Резолюціи обоихъ собраній касаются главнымъ образомъ реформъ, близко подходящихъ къ реформаціоннымъ планамъ нашего времени.

Что касается государственной помощи при разрѣшеніи квартирнаго вопроса, то главнѣйшая заслуга здѣсь принадлежитъ корифеямъ полицейскаго права (Verwaltungsrecht): Гнейсту, Штейну, Пёцлю, Гельду и Гольцендорфу. Экспропріація земельныхъ участковъ, измѣненіе правъ экспропріаціи вообще, а равно политика системы налоговъ -- два самые главные пункта, на которыхъ останавливались первоначально при разсмотрѣніи вопроса. Съ тѣхъ поръ кое-что было сдѣлано государствомъ какъ на пути прямого законодательства о квартирахъ, такъ и примѣромъ образцовыхъ жилищъ для своихъ чиновниковъ.

Въ дебатахъ по докладу Энгельса принимали участіе Адольфъ Вагнеръ, Шёнбергъ, Рёслеръ и др. А. Вагнеръ поставилъ вопросъ съ общей точки зрѣнія. По его мнѣнію, причины квартирныхъ неурядицъ глубоко коренятся въ условіяхъ современнаго соціальнаго строя и вызываются свободой передвиженія, облегченнымъ сношеніемъ и развитіемъ путей сообщенія, ростомъ крупной, концентрирующей населеніе, промышленности, свободой мобилизаціи городской земельной собственности и связаннымъ съ этою свободой просторомъ для крайностей спекуляціи. Крупная промышленность и желѣзныя дороги, концентрирующія населеніе, могутъ, по Вагнеру, и, конечно, при наличности хорошаго управленія, вмѣсто вреда приносить и существенную пользу странѣ. Для этого необходимо, чтобы, во-первыхъ, въ крупныхъ городскихъ центрахъ были значительно улучшены городскіе пути сообщенія; во-вторыхъ, чтобы были введены лучшія нормы обложенія и, въ-третьихъ, чтобы было расширено право экспропріаціи. Интересно, что первый путь, предложенный Вагнеромъ, совпадаетъ съ программой дѣйствій англійскихъ муниципалитетовъ.

Другой извѣстный нѣмецкій экономистъ, Густавъ Шёнбергъ, говорившій послѣ Вагнера, полагалъ, что квартирный вопросъ долженъ быть разрѣшенъ по разному въ различныхъ городахъ, такъ какъ рѣдко какое дѣло должно болѣе, чѣмъ квартирное, согласоваться съ мѣстными условіями. По мнѣнію Шёнберга, государственная забота въ этомъ дѣлѣ не имѣетъ вообще серьезнаго значенія, и, притомъ, если и имѣетъ, то лишь въ нѣкоторыхъ городахъ и при нѣкоторыхъ особыхъ условіяхъ.

Пятнадцать лѣтъ спустя Verein für Socialpolitik снова вернулся къ этому вопросу. Но это были уже не отдѣльные доклады хотя и компетентныхъ, но малочисленныхъ ученыхъ, и не общія соображенія, требовавшія провѣрки и анализа. Конгрессу Verein'а предшествовала громадная подготовительная работа. Всѣ болѣе крупные города Германіи, какъ Берлинъ, Франкфуртъ, Гамбургъ, Страсбургъ, Лейпцигъ и мн. друг., были тщательно обслѣдованы. Описано было и положеніе дѣла въ другихъ странахъ.

Громадный статистическій матеріалъ, который дали по отношенію къ квартирному вопросу всѣ крупные нѣмецкіе города, былъ сжато обработанъ М. Neefe изъ Бреславля. Пространство площадей, занимаемыхъ всѣми постройками городовъ, количество народонаселенія и ростъ его за послѣднія 20 лѣтъ, количество квартиръ на отдѣльномъ участкѣ и ихъ устройство, высота квартиръ, ростъ населенія квартиръ, распредѣленіе его по этажамъ, отопляемость жилищъ, стоимость найма квартиръ, размѣръ квартирной платы по отношенію ко всему бюджету и рядъ другихъ важныхъ и интересныхъ вопросовъ излагается въ его работѣ помощью краткихъ, но весьма удачныхъ сравнительныхъ таблицъ для ряда болѣе крупныхъ городовъ.

Неудовлетворительность квартиръ городского населенія, несмотря на разницу въ мѣстныхъ условіяхъ, проявляется почти повсюду въ однѣхъ и тѣхъ же своихъ типическихъ формахъ. Это доказывается рядомъ произведенныхъ въ различныхъ мѣстностяхъ изслѣдованій.

Современная гигіена требуетъ, чтобы жилище, предназначенное для помѣщенія взрослаго рабочаго, вмѣщало въ себя 25 кубическихъ метровъ или, что то же, 800 кубическихъ футовъ воздуха. Спальня семьи изъ двухъ взрослыхъ и 4 дѣтей должна по меньшей мѣрѣ содержать 100 куб. метровъ или 3,200 куб. футовъ воздуха. При всѣхъ этихъ вычисленіяхъ ребенокъ до 10-лѣтняго возраста считается за 1/2 взрослаго.

Между тѣмъ практическая жизнь выработала себѣ нѣсколько иную, много меньшую норму, именно 1 кубическую сажень или, что почти то же, 350 куб. футовъ или 11 куб. метровъ. Это -- та норма, которую одинъ гигіенистъ считаетъ "тѣмъ минимумомъ, ниже котораго не могутъ идти компромиссы науки съ практикой, даже въ крайнихъ случаяхъ".

Но и эта "норма компромисса" часто недосягаема въ практической жизни. Приведемъ нѣсколько примѣровъ изъ русской дѣйствительности.

В. Козловъ {В. Козловъ: "Изслѣдованіе сахарныхъ заводовъ Сумскаго уѣзда, Харьковской губерніи 1884 г."}, описывая девять большихъ сахарныхъ заводовъ въ центрѣ свеклосахарной промышленности, въ Харьковской губерніи, измѣрилъ объемъ воздуха рабочихъ казармъ. Оказалось, что размѣры, колебавшіеся для отдѣльныхъ заводовъ между 1,63 куб. саж. и 0,50 куб. саж., дали въ среднемъ 0,94 куб. саж. на одного человѣка.

И. Песковъ {П. А. Песковъ: "Санитарное изслѣдованіе фабрикъ по обработкѣ волокнистыхъ веществъ въ г. Москвѣ", вып. I. Труды коммиссіи для осмотра фабрикъ и заводовъ въ Москвѣ. М., 1882 г.} для крестьянскихъ избъ Дурыкинской волости, Московскаго уѣзда, нашелъ 0,73 куб. саж. на человѣка.

Санитарные врачи {Думскій докладъ гласнаго М. Духовского.} Пречистенскаго участка города Москвы, для дома Алексѣевой, нашли въ одной изъ квартиръ 0,71, для дома Жигаревой около Крымскихъ бань, въ одной изъ квартиръ 0,5, въ домѣ Рогожиной, по Нижне-Лѣсному переулку, 0,48, 0,41 и даже 0,4.

Наконецъ, П. Песковъ {Цит. по книгѣ В. В. Святловскаго 1-го: "Фабричный рабочій. Глава о жилищѣ рабочихъ", стр. 71.} указываетъ на слѣдующіе объемы, найденные для спальныхъ помѣщеній фабричныхъ казармъ (служащихъ и квартирою) Московской губерніи. На фабрикѣ Щекина въ женскихъ спальняхъ обнаружено 0,61--0,31, на фабрикѣ Носовыхъ въ спальняхъ мастеровыхъ и прядильщиковъ 0,34--0,32, въ женскихъ спальняхъ на суконной фабрикѣ Щекина (bis) 0,30 и, наконецъ, въ женской спальнѣ фабрики Садомовой 0,23 куб. саж. на человѣка, т.-е. менѣе 1/20 нормы гигіенистовъ. Объ этой поразительной спальнѣ въ изслѣдованіи г. П. А. Пескова (стр. 211) говорится такимъ образомъ: "Особенно замѣчательна женская спальня на отбѣльной Садомовой, которая кромѣ того, что тѣсна до невѣроятной степени, лишена сверхъ того всякой вентиляціи и не имѣетъ даже оконъ. Спальня эта (1,4 куб. саж.) помѣщается въ темномъ углу, за перегородкою около кухни, и имѣла, даже при отсутствіи въ ней (6) спящихъ, температуру въ 21 1/2 (по R). Какова же должна быть температура и духота въ этой спальнѣ въ то время, когда въ ней спятъ?!"

Я не буду останавливаться на другихъ показателяхъ качества помѣщеній: ихъ освѣщенія, измѣряемаго отношеніемъ свѣтовой (оконной) поверхности къ площади пола, температуры и влажности, прекрасно рисующихъ достоинства жилища, и перехожу къ мѣстоположенію послѣдняго въ самомъ зданіи.

Каждый человѣкъ не задумываясь опредѣлитъ, что изъ различныхъ помѣщеній въ домѣ жизнь на вышкѣ подъ крышею или въ подвалѣ является для обитателей дома наименѣе приглядною. Между тѣмъ мы знаемъ, что громадная часть населенія обречена жить, въ вынужденной погонѣ за дешевизною квартиры, именно въ подвалахъ. Такъ, напримѣръ, гамбуржцевъ ютится въ подвальныхъ помѣщеніяхъ около 32 тыс. человѣкъ, что составляетъ для города и предмѣстья 7,11%, для подгородныхъ мѣстностей 6,55% всѣхъ жителей. Но это еще очень хорошо въ сравненіи съ Варшавою {"До какой степени велика скученность варшавскаго населенія, видно всего лучше изъ слѣдующаго сопоставленія: въ Лондонѣ на всякій домъ приходится лишь 8 жильцовъ, въ Парижѣ эта цифра доходитъ до 30, а у насъ (въ Варшавѣ) она больше Парижской. Перепись показала, что въ Варшавѣ имѣлось 79,477 квартиръ и 207,120 комнатъ. Изъ числа этихъ квартиръ 46,1% состояли изъ 1 комнаты, 23% изъ 2 и 2/3 населенія живутъ, вообще, весьма плохо и бѣдно. На подвалы сырые и холодные, да мансарды приходится почти 1/5 часть всѣхъ жилыхъ помѣщеній и 1/5 часть всего населенія, т.-е. 60,000 чел." В. Святловекій 1-й: "Подвальныя жилища города Варшавы", стр. 6. T. I. Труды постоян. варшав. санитарнаго комитета. Варшава, 1891 г.}, гдѣ размѣры подвальнаго міра поистинѣ громадны. Одна десятая всего населенія, т.-е. около 30 тыс. душъ, живетъ въ темныхъ и сырыхъ помѣщеніяхъ, почти всегда лежащихъ много ниже уровня земли {Подвальныхъ помѣщеній въ Петербургѣ (свѣдѣнія за 1890 г.) -- 7,374 съ 49,569 жителями, въ Москвѣ (1882 г.) -- 7,258 квартиръ съ 58,850 человѣкъ.}. Подумайте о томъ населеніи, о тѣхъ поколѣніяхъ, которыя родились и выросли въ этихъ мрачныхъ норахъ, и вы согласитесь съ гигіенистомъ Ленертомъ, полагавшимъ, что ранѣе всякаго разрѣшенія квартирнаго вопроса "первымъ и единственнымъ радикальнымъ средствомъ противъ вреднаго вліянія подвальныхъ жилищъ на здоровье живущихъ въ нихъ является полное ихъ уничтоженіе".

Оффиціальная статистика города Гамбурга, да и данныя другихъ европейскихъ городовъ показываютъ, что въ послѣдніе годы количество подвальныхъ помѣщеній и число ихъ обитателей не только не уменьшается, но, наоборотъ, дѣятельно возрастаетъ. Въ Гамбургѣ число лицъ живущихъ въ подвалахъ въ наблюдавшійся пятилѣтній періодъ (отъ 1880 по 1885 г.) возросло ни много, ни мало на 91%. При этомъ въ различныхъ частяхъ города этотъ ростъ шелъ различно. Въ то время, когда въ части города Hohenfeld число подвальныхъ жителей съ 748 возросло до 1,107, въ Bourmbek'ѣ съ 634 до 935, въ Uhlenhorsts съ 345 до 602, въ Eimsbüttels вмѣсто 971 чел. 1880 г. Жило уже 1,851, въ Rotherhaum'ѣ вмѣсто 671 -- 1,282 и т. д. {Въ Берлинѣ число подваловъ (сутеренъ) съ 9,654--1861 года обратилось въ 1871 г. до 19,240 и въ 1880 г. до 23,289. Тоже наблюдалось въ Лейпцигѣ, Франкфуртѣ, Гамбургѣ и другихъ городахъ. Впрочемъ, въ нѣкоторыхъ городахъ послѣ 1875 года число подвальныхъ помѣщеній, какъ и вообще дурныхъ помѣщеній, въ виду паденія земельной ренты и друг. экономическихъ причинъ нѣсколько уменьшилось. Срав. М. Neefe: "Hauptergebnisse der Wohnungsstatistik deutscher Grosstädte", t. I. Sohr. V. f. 5. Leipzig, 1886, т. XXX.}.

Поэтому возможно, конечно, чисто-апріористически предположить, что сравнительно не далеко было время, когда не существовало ни одного подвальнаго жилища. Дѣйствительно, по компетентному мнѣнію проф. Ѳ. Ѳ. Эрисмана, подвальныя жилища -- самоновѣйшее изобрѣтеніе. "Подвальныя жилища нашихъ большихъ городовъ,-- говоритъ онъ,-- возникли только въ самое послѣднее время. Еще до сихъ поръ въ деревняхъ и мелкихъ городахъ Западной Европы подвалы употребляются (исключительно) для сохраненія съѣстныхъ припасовъ, сбереженія товаровъ и т. д. И никто не думаетъ возвести эти помѣщенія на уровень человѣческаго жилища. Устройство въ домахъ подваловъ, вообще, очень полезно, потому что они изолируютъ полъ жилища отъ земли и этимъ защищаютъ жилые этажи отъ сырости и сильной теплопроводимости. Но возвышающаяся дороговизна земли въ большихъ городахъ побудила домохозяевъ строить дома въ 5--6 и болѣе этажей и превратить даже подвалы въ человѣческія жилища. Съ другой стороны, стремленіе людей къ жизни въ большихъ городахъ и сильное желаніе домовладѣльцевъ получить какъ можно больше доходовъ, хотя бы даже на счетъ здоровья жильцовъ, возвысили до такой степени цѣны на квартиры, что бѣдные люди едва могутъ найти себѣ кровъ, а почти весь рабочій классъ вынужденъ жить уже не въ жилищахъ, а въ грязныхъ, вонючихъ ямахъ; но даже и въ притонахъ бѣдняки до такой степени стиснуты въ кучу, что отдѣльныя семейства, не имѣютъ отдѣльной комнаты, а занимаютъ "уголъ" или маленькое мѣсто на общихъ нарахъ".

И еще сверхъ того они ухитряются отдавать кое-что изъ своего "помѣщенія" одинокимъ рабочимъ. Послѣдніе, работая въ разное съ хозяиномъ время, спятъ на его кровати, когда она свободна. Наконецъ, сама кровать или койка дѣлится между двумя взрослыми.

Въ смыслѣ крайностей спальныхъ неурядицъ, кажется, вообще мы превзошли остальной міръ, если не считать китайцевъ, у которыхъ жилища устраиваются и на лодкахъ.

Въ данномъ случаѣ любопытенъ наивный ужасъ иностранцевъ, хотя создавшихъ квартирный вопросъ, но все же еще съ кое-чѣмъ не знакомыхъ. Я позволю себѣ привести дословно одинъ маленькій образчикъ. Въ упомянутыхъ выше трудахъ Verein'а. f. Socialpolitïk, въ I т. имѣется статья Dr. Luthold'а изъ Фрейбурга (въ Саксоніи) директора мѣстнаго горнаго вѣдомства, т.-е. человѣка уже по одной своей профессіи видавшаго, какъ

Введеніе въ изученіе квартирнаго вопроса. 37 говорится, виды. Онъ повѣствуетъ: "Существенное вліяніе при обсужденіи квартирнаго вопроса оказываетъ климатъ, народный бытъ и степень культуры. Напримѣръ, русскіе фабричные рабочіе соединяются въ квартирное товарищество, въ такъ называемыя артели, состоящія отъ 5 до 20 лицъ, съ общимъ надзоромъ и кассою, причемъ они обнаруживаютъ относительно квартиръ самыя низкія требованія. Въ Петербургѣ они безъ различія пола и возраста живутъ въ холодныхъ и сырыхъ помѣщеніяхъ, часто безъ постелей, а въ этажахъ въ четыре постели" (стр. 5). Наши нары въ четыре яруса и ихъ порядки кажутся другому изслѣдователю чѣмъ-то вымышленнымъ, и онъ (Lavollée: "Les classes ouvrières de l'Europe", II, стр. 414) просто заявляетъ, что русскимъ совершенно неизвѣстны особыя похмѣщенія для спанья.

То же самое, что я говорилъ о подвальныхъ помѣщеніяхъ, можно сказать про чердаки (мансарды) и другія помѣщенія шестого и даже больше этажа громадныхъ европейскихъ построекъ. Въ нихъ, также въ виду ихъ дешевизны, скучивается значительная часть бѣднаго населенія большихъ городскихъ центровъ. Въ статистическихъ изслѣдованіяхъ нѣмецкихъ городовъ приблизительно съ 75 года замѣчается прибавленіе V и VI этажей (нашихъ VI и VII) и еще совсѣмъ новаго помѣщенія подъ крышею -- Dachraum, также начинающагося усиленно населяться. Вредъ и затрудненія при жизни въ такомъ помѣщеніи сами собою очевидны.

Впрочемъ, пресловутая многоэтажность европейскихъ и американскихъ зданій, кажется, имѣетъ свой предѣлъ. Въ наиболѣе высокихъ домахъ городовъ Сѣверной Америки, Нью-Йорка, Чикаго, Филадельфіи, Сенъ-Луи, Мильвокэ, Миніаполисса, далеко ушедшихъ впередъ въ этомъ направленіи, мнѣ лично ни разу не удавалось видѣть жилыхъ помѣщеній на извѣстной высотѣ 15--20 и даже 22 этажныхъ построекъ, какъ, напримѣръ, Masonik Temple въ Чикаго. Да и вообще въ такихъ зданіяхъ жилищъ почти не существуетъ. Зданія-гиганты, достигающія до 20 этажей (что, впрочемъ, не соотвѣтствуетъ нашимъ двадцати, а значительно меньшему числу въ виду особенностей строительной техники), строятся преимущественно въ тѣхъ частяхъ города, гдѣ земля безумно дорога въ силу сконцентированія тамъ всего дѣлового торговаго и промышленнаго міра. Поэтому въ многоэтажныхъ домахъ центра помѣщаются въ верхнихъ этажахъ только конторы, бюро, правленія, редакціи, а въ нижнихъ -- магазины, рестораны, склады и пр. Все населеніе живетъ далеко отъ центра, при прекрасно устроенномъ и дешевомъ городскомъ сообщеніи.

Но, конечно, жизнь на извѣстной высотѣ въ хорошо обставленной квартирѣ еще не очень плачевна. Можно жить и въ подвальномъ этажѣ и подъ крышею, и все же пользоваться свѣтлымъ, просторнымъ, сухимъ и теплымъ жильемъ въ хорошей въ санитарномъ отношеніи мѣстности. Но это случается, къ сожалѣнію, болѣе чѣмъ рѣдко. Дѣло въ томъ, что было бы крайне ошибочно думать, что всѣ жилища отопляются. Оказывается, что, по свѣдѣніямъ городской статистики, имѣются помѣщенія и ихъ не мало, которыя потому не отопляются, что въ нихъ нѣтъ печей. Такихъ жилищъ на тысячу квартиръ города Любека приходится 5,5 процента, Гамбурга -- 6,3, Альтоны -- 13,7, причемъ въ нихъ ютится 10,4оо/оо всѣхъ жителей. Нѣсколько хуже дѣло обстоитъ въ Берлинѣ и Штеттинѣ. Въ первомъ въ 1871 году ихъ было 26 pro mille, во второмъ 27. При этомъ въ неотопляемыхъ квартирахъ (въ нихъ просто нѣтъ печей) въ Берлинѣ зимовало въ 1871 году 12,545 человѣкъ.

Случается также, что въ семейныхъ и отопляемыхъ квартирахъ, хозяева которыхъ берутъ къ себѣ еще и жильцовъ, совсѣмъ нѣтъ плиты, т.-е. что населеніе такой квартиры лишено горячей пищи и дома можетъ питаться исключительно холоднымъ. Такихъ жилищъ приходится въ Гамбургѣ 17,9%, во Франкфуртѣ 99,2, въ Мюнхенѣ 276,0, въ Бреславлѣ 415,2% и т. д.

Ко всему этому нужно добавить, что также значителенъ % жилищъ безъ оконъ, т.-е. что имѣется рядъ человѣческихъ жилищъ или всегда погруженныхъ въ темноту, или, конечно, скудно искусственно освѣщаемыхъ. Въ одномъ Парижѣ такихъ квартиръ въ 1885 году считалось около двухъ съ половиной тысячъ!

Ступенью выше такихъ жилищъ,-- я опускаю совершенно вопросы о сырости квартиръ {Доходящей до 20% всѣхъ жилищъ и болѣе. См. Подвальныя жилища Варшавы, стр. 26. В. Святловскаго 1-го. Варшава, 1891 г.}, процентъ которыхъ во многихъ мѣстахъ очень и очень значителенъ, о направленіи относительно улицы и странъ свѣта и пр. {Въ Кельнѣ на улицу не выходятъ 5,6% всего числа городскихъ квартиръ, въ Ганноверѣ во дворъ обращены 15,9, а въ Берлинѣ -- 43,9%, т.-е. почти половина всѣхъ квартиръ прусской столицы.}, стоятъ тѣ квартиры, которыя составляются изъ одной комнаты съ печью, плитою и каминомъ. Но ихъ преимущество -- возможность сварить пищу и не коченѣть отъ холода -- парилизируется громадными размѣрами числа лицъ въ нихъ живущихъ. Почти во всѣхъ большихъ городахъ число квартиръ въ одну и двѣ комнаты -- преобладающее. Въ нихъ именно и живетъ главная масса населенія. Квартиры эти до крайности переполнены. Такъ, наприм., въ одномъ изъ богатѣйшихъ и сравнительно благоустроенныхъ городовъ Германіи, во Франкфуртѣ на Майнѣ, найдено было въ одной небольшой комнатѣ, составлявшей всю квартиру, четверо взрослыхъ, изъ которыхъ двое были жильцы-наниматели и пятеро дѣтей,-- всего 9 душъ, Примѣры такіе не рѣдки и извѣстны каждому городскому статистику или санитарному врачу не только европейскихъ, но и нашихъ городовъ.

Вопросъ о плотности населенія, опредѣляемой отношеніемъ ея къ занимаемому пространству, въ настоящее время тщательно выясненъ и разработанъ. Маленькое сопоставленіе наглядно рисуетъ дѣло. Въ то время, когда въ мало населенной Россіи на одного жителя приходится -- въ Петербургѣ 21,8 кв. саженъ, въ Москвѣ 20,2, въ столицѣ высококультурной Англіи 17 1/2, въ Вѣнѣ 15,3, въ Варшавѣ 13, въ Берлинѣ 11,8, въ Парижѣ 6,9 кв. саженъ и д. т.

Такая скученность населенія опредѣляетъ важность общаго урегулированія квартирнаго вопроса не для однихъ неимущихъ, а вообще для всего населенія. Здоровье всего общества всегда въ опасности, такъ какъ доказано, что эпидеміи въ такихъ мѣстахъ легче зарождаются и распространяются въ плотно населенныхъ мѣстностяхъ.

Экономическая, въ тѣсномъ смыслѣ этого слова, сторона квартирнаго дѣла является еще и понынѣ сравнительно мало изученной. Можно только вообще говорить о крупной долѣ приходящейся на квартиру суммы изъ всей цифры расходовъ рабочаго, какъ о явленіи уже замѣченномъ.

По вычисленіямъ (конечно, только приблизительнымъ) Neefe получается слѣдующаго рода сопоставленіе между величиной дохода и размѣрами платы за квартиру. У имѣющихъ до 600 марокъ годового дохода расходъ на квартиру въ 5 крупнѣйшихъ городахъ Германіи (Берлинъ, Гамбургъ, Дрезденъ, Лейпцигъ и Бреславль) колеблется между 22,3 и 29,9% всего дохода. Для получающихъ отъ 601 до 1,200 марокъ въ годъ 18,4 до 24,7; для группы 1,201--1,800 м. 16,3 -- 21,8; для группы 1,801 -- 2,400 м. 15,9 -- 20--21,6 и т. д. Наконецъ, для группы владѣющей отъ 6,000 -- 12,000 марками годового дохода расходъ на квартиру между 13 -- 16,7, для имѣющихъ отъ 12 -- 30 тыс. 8,4 -- 12,2, для группы отъ 30 -- 60 тыс. 3,6 -- 8,8%, для группы имѣющей сверхъ 60 тыс. мар. расходъ на квартиру отъ 1,9 до 3,9%. Наблюденія въ вышеупомянутыхъ городахъ были произведены: въ Берлинѣ въ 1876 году надъ 6,170 случаями, въ Гамбургѣ въ 1868, 1874, 1882 гг. каждый разъ приблизительно на 15 тыс. случаевъ, въ Бреславлѣ въ 1880 г.-- 35 тыс., Лейпцигѣ въ 1875 г.-- 4 тыс. и Дрезденѣ въ 1880 г.-- 31 тыс. случаевъ, изъ которыхъ и были высчитаны приведенныя выше среднія.

По Ашроту, цитирующему статистика Mulhall'я (Contemporary Review, II, стр. 233,1884 г.) въ Англіи, можно установить приблизительно слѣдующую скалу для квартирныхъ расходовъ:

Богатые расходуютъ на квартиры 10% изъ дохода, средній классъ около 20%, рабочее населеніе около 25%.

По Ашроту, цитирующему инспектора Villiamus'а, для расходовъ рабочихъ на квартиру получается слѣдующая картина:

12% рабочаго населенія тратятъ менѣе 20% ихъ доходовъ 42% " " " отъ 20 до 25% " "

46% " " " " 25 " 50% " "

т.-е. 88% всего рабочаго населенія Лондона тратятъ на квартиру болѣе Vs всего своего заработка. Въ нѣкоторыхъ случаяхъ такая высота извѣстна и другимъ крупнымъ городамъ, наприм., нѣкоторые лейпцигскіе рабочіе платятъ до 35, вѣнскіе до 36,7% и т. д.

Я совершенно не затрогиваю здѣсь вопроса о цѣнѣ квартиръ и факторовъ, вліяющихъ на ее высоту, какъ -- цѣна на землю, количество лицъ пересдающихъ квартиры, характеръ и размѣры квартирнаго налога, условія контракта и проч.,-- которые должны подлежать особому изслѣдованію. Вопросъ о вліяніи путей сообщенія (наприм., въ Петербургѣ, благодаря ихъ развитію, цѣны на квартиру въ среднемъ за десять лѣтъ 1881--1890 г., понизились на 8%, а въ Берлинѣ за то же время повысились на 13%), равно какъ и рядъ другихъ чисто-экономическихъ вопросовъ, хотя и врывается въ сферу квартирнаго дѣла, но ни въ какомъ случаѣ не подлежитъ сужденію при вопросѣ о возможномъ разрѣшеній квартирнаго вопроса при наличности данныхъ условій извѣстнаго хозяйственнаго строя.


-----


Мнѣ остается еще одинъ пунктъ, на которомъ, впрочемъ, въ виду его общеизвѣстности, я не буду долго останавливаться: это -- вопросъ о вліяніи жилищъ на здоровье населенія. Въ сущности, это вопросъ давно рѣшенный, и въ настоящее время остается только сказать, что вліяніе дурныхъ квартирныхъ условій рѣзко и непосредственно отзывается на заболѣваемости и смертности населенія. Чѣмъ анти-гигіеничнѣе квартира, тѣмъ чаще болѣютъ населяющіе ее и тѣмъ меньше продолжительность ихъ жизни. Врачами и гигіенистами было произведено громадное количество наблюденій, всѣхъ давшихъ однородное показаніе этой строгой зависимости между качествомъ жилья и здоровьемъ и жизнью его обитателей. Несмотря на труизмъ этого положенія, позволю себѣ одинъ маленькій примѣръ, взятый изъ жизни Берлина. Наблюденіе было произведено въ 1885 году. Средняя смертность въ городѣ являлась 20 на тысячу. И въ то время, когда среди живущихъ въ квартирахъ въ четыре и болѣе комнатъ умирало всего 5,4 на тысячу, у тѣхъ, что ютятся въ квартиркахъ въ два помѣщенія, умирало 22,5, и на тысячу тѣхъ несчастныхъ, что были стиснуты съ семьями въ однокомнатное жилище, смерть выхватывала по 65,5 человѣка.


## II. Новыя изслѣдованія квартирнаго вопроса.


За самое послѣднее время квартирный вопросъ, благодаря ряду новыхъ изслѣдованій, снова сталъ на Западѣ, и именно въ Германіи, Швейцаріи, Австро-Венгріи и Англіи, предметомъ оживленнаго обсужденія. Впрочемъ, въ Англіи квартирное дѣло постоянно привлекало всеобщее вниманіе во все время послѣднихъ десятилѣтій.

Я остановлюсь на нѣкоторыхъ изъ наиболѣе интересныхъ новыхъ изслѣдованіяхъ. Два изъ нихъ касаются европейскихъ столицъ, одно -- провинціи. Первое -- работа извѣстнаго вѣнскаго профессора Филипповича {D-r Eugen von Philippovich, professor: "Wiener Wohnungsverhältnisse". Berlin, 1894.}. Она написана со всею строгостью научнаго метода и детально анализируетъ положеніе квартирнаго дѣла въ Вѣнѣ. Главное вниманіе Филипповича направлено на небольшія квартиры -- въ одно и два помѣщенія, а также на жилища, лишенныя кухни. Результаты его изслѣдованія мало утѣшительны. Для удобства изслѣдованія авторъ раздѣлилъ всю Австрію на три группы въ 25 городскихъ округовъ:


Въ послѣдней группѣ нѣкоторыя цифры просто невѣроятны; въ городѣ Пильзенѣ -- 67%, въ Прагѣ -- предмѣстьѣ -- 70, а въ Рейхенбергѣ -- предмѣстьѣ -- даже 88% всѣхъ жителей приходится на одну-двухкомнатныя квартиры. Это превышаетъ даже Варшаву, считавшуюся съ ея 69% крайнею рѣдкостью.

Ту же невѣроятную высоту % нашелъ изслѣдователь и для жилищъ безъ кухонь.

Что же касается общаго распредѣленія населенія, то оказывается, что почти 22% всего двухъ съ половиною милліоннаго городского населенія, принятаго въ изслѣдованіи во вниманіе,-- живетъ въ квартирахъ въ одно помѣщеніе, т.-е. на каждое такое помѣщеніе приходится отъ 3 до 5 и даже болѣе человѣкъ. Для центральной Вѣны, конечно, эти цифры еще значительнѣе. Проф. Филипповичемъ плотность населенія опредѣлена въ 47 человѣкъ на одинъ домъ, цифра внушительная по сравненію, напримѣръ, съ Лондономъ, гдѣ на 1 домъ приходится всего 7--8 человѣкъ.

Переполненность вѣнскихъ жилищъ и связанная съ этимъ смертность весьма значительны. При этомъ интересна слѣдующая параллель. Два участка Вѣны: въ одномъ 7,43% одно и двухъ -- комнатныхъ помѣщеній, въ другомъ ихъ 61,51%. Перенаселенность въ первомъ едва достигаетъ одного (0,84) во второмъ -- девяти 8,94% всѣхъ жилищъ, а отсюда и смертность въ первомъ только (11,6%), во-второмъ 35, т.-е. въ три раза большая. Нечего уже и говорить о дороговизнѣ. На квартиру въ бюджетѣ вѣнскаго рабочаго приходится до 25% всѣхъ его расходовъ.

Что касается мѣропріятій, помощью которыхъ въ Вѣнѣ стараются облегчить квартирный вопросъ, то профессоръ Филипповичъ думаетъ, что все, что дѣлаютъ для вѣнскихъ квартиръ санитарные чиновники, хотя и дѣлается хорошо, но въ общемъ не только мало, но крайне неопредѣленно и разрозненно. Филипповичъ предлагаетъ дать санитарнымъ чиновникамъ право закрывать своею властью плохія квартиры и запрещать сдавать въ наемъ необходимыя для передѣлки. Требуется болѣе тщательная разработка строительнаго устава, такъ какъ техническое устройство домовъ и улицъ страдаетъ съ чисто-архитектурной строительной стороны дѣла. Всю положительную дѣятельность по урегулированію квартирнаго вопроса нельзя, по мнѣнію автора, цѣликомъ сложить на частныхъ лицъ. Вѣрнѣйшій путь къ разрѣшенію вопроса -- постройка самимъ государствомъ и общинами (городами) мелкихъ, необходимыхъ населенію квартиръ и широкая помощь всѣмъ тѣмъ, кто собирается воздвигать новыя удобныя и здоровыя жилища.

Другое новое изслѣдованіе касается Берлина. Берлинская рабочая санитарная коммиссія пришла также къ мало утѣшительнымъ выводамъ. Впрочемъ, эта коммиссія изслѣдовала не весь Берлинъ, а лишь одну въ среднемъ, ничѣмъ не разнящуюся отъ остальныхъ улицъ рабочаго квартала столицы. Въ ней тщательно были изслѣдованы свыше 800 квартиръ. Всѣ характерные симптомы: перенаселенность, смертность, неотопляемость -- тутъ также на лицо, какъ и въ Вѣнѣ, и только цифры нѣсколько варьируютъ въ зависимости отъ мѣстныхъ условій.

Въ этомъ же изслѣдованіи берлинской коммиссіи приведены вычисленія размѣровъ куб. метровъ воздуха, приходящихся на одного человѣка. Редакторъ труда, упомянутый экономистъ Браунъ, говоритъ, что полученныя данныя много ниже минимальныхъ требованій профессора Эрисмана, Баэра, Новака и даже ниже размѣровъ славящейся своею антигигіеничною обстановкою тюрьмы на Плеценскомъ озерѣ. Дѣйствительно, около половины (42,75%) всего населенія изслѣдованной улицы пользуется меньше чѣмъ 20 кубич. метрами воздуха.

Въ общемъ вздорожаніе земельныхъ участковъ, увеличеніе наемной платы и перестройки центральныхъ частей столицъ привели къ тому, что, особенно съ развитіемъ городскихъ путей сообщеній, масса рабочаго люда отхлынула на отдѣльныя городскія окраины, въ предмѣстья и еще дальше въ подгородныя части, гдѣ, впрочемъ, завела еще худшіе порядки, чѣмъ прежде въ центрѣ большихъ городовъ.

Относительно большихъ городовъ уже давно сложилась репутація какъ о мѣстностяхъ крайнихъ квартирныхъ неурядицъ. Мнѣніе это общепринятое и давно установившееся. Но вышедшее недавно изслѣдованіе доктора фонъ-Мангольда о двухъ маленькихъ нѣмецкихъ городахъ нѣсколько поколебало это общераспространенное положеніе.

Оба городка, взятые авторомъ, самые обыкновенные маленькіе нѣмецкіе города промышленныхъ округовъ, ничѣмъ не отличаются отъ легіона имъ подобныхъ.

И что же?-- фонъ-Мангольдъ убѣдительно показываетъ, что гигіеническія и соціальныя условія этихъ провинціальныхъ городковъ ничуть не лучше большихъ центровъ и что тамъ нашли себѣ такое же типичное выраженіе, какъ и въ столицахъ, всѣ характерные симптомы квартирныхъ неурядицъ.

Кромѣ того, изслѣдованіе автора вновь подтверждаетъ раньше измѣнившіеся результаты (Sinder'а и Bücher'а), что дома съ мелкимъ квартирантомъ доходнѣе домовъ съ крупнымъ и что цѣна квартиръ поднимается медленнѣе, чѣмъ параллельно возрастаетъ число комнатъ въ нихъ, т.-е., что неимущіе платятъ за свои комнаты много дороже, чѣмъ люди зажиточные.

Но возвратимся опять къ книгѣ Мангольда {Earl ти Mangold: "Aus zwei deutschen Kleinstädten". Jena, 1894 г.}. Въ ней изслѣдуются два города -- Мерзебургъ и Вейсенфельсъ. Мерзебургъ выбранъ авторомъ случайно. Это самый обыкновенный нѣмецкій городокъ промышленной мѣстности. Другой городъ, Вейсенфельсъ, какъ городокъ и близко лежащій и сходный по условіямъ съ Мерзебургомъ. Въ обоихъ мѣстахъ изслѣдованію подвергается только рабочее населеніе и притомъ работающее на хозяина. Экономическія и строительныя условія городъ отъ другихъ ему подобныхъ Мерзебургъ ничѣмъ не выдѣляютъ. Жителей въ немъ въ 1892 году считалось 18,007. Надо замѣтить, что вообще Мерзебургъ считается чиновнымъ городомъ, хотя рабочихъ въ немъ 55%. Городъ старый, X столѣтія. Дома строились съ поразительною небрежностью въ гигіеническомъ отношеніи. Улицы узки и гористы, дома въ 1--2 этажа. Комфорту почти никакого, только кое-гдѣ требованія новаго времени наложили свою улучшающую руку. Въ 80-хъ годахъ, благодаря сильной стройкѣ, положеніе жилищъ нѣсколько улучшилось. У города 4 предмѣстья. Изъ нихъ 2 только немного лучше самаго города, одно занято самымъ зажиточнымъ классомъ и одно спеціально рабочее, съ домами въ 2 этажа на 6--8 семействъ.

Въ Вейсенфельсѣ жителей 24,803, изъ коихъ 70% рабочихъ. Городъ по преимуществу промышленный.

По характеру построекъ Вейсенфельсъ похожъ на Мерзебургъ. Въ то время какъ въ Мерзебургѣ населеніе удвоилось, въ Вейсенфельсѣ оно учетверилось (за время 1819 -- 1890). Типъ зданій занимаемыхъ рабочими чисто казарменный. Въ этомъ городѣ на домъ приходится столько же населенія, какъ и въ крупныхъ городскихъ центрахъ Германіи -- Галле и Гамбургѣ.

Фонъ-Мангольдъ въ своемъ изслѣдованіи пытается связать анализъ квартиръ съ описаніемъ экономическаго положенія живущихъ въ нихъ. Соотвѣтствіе, конечно, наблюдалось полное и населеніе ютилось въ жилищахъ сообразно своему хозяйственному положенію. Для обоихъ городовъ можно было установить три класса рабочаго населенія. Къ первой группѣ принадлежатъ "ученые" рабочіе (gelernte Arbeiter), которымъ въ трудѣ необходима извѣстная профессіональная подготовка. Вторую группу составляютъ смѣшанно и ученые (въ Мерзебургѣ до 44%) и не ученые рабочіе. Третью категорію -- почти исключительно послѣдніе. При этомъ было констатировано, что чѣмъ меньше въ семьѣ дѣтей, тѣмъ и качество и видъ квартиры (во всѣхъ группахъ) лучше. Характеръ квартиръ слѣдующій. Въ квартирахъ причисленныхъ къ первому классу обыкновенно три комнаты или иногда и больше. Комнаты выходятъ окнами на улицу. Помѣщеніе не дурно, довольно свѣтло, сухо и удовлетворительно обставлено. Квартиры этой группы становятся плохими, когда въ семьѣ болѣе четырехъ дѣтей. Число комнатъ во второй группѣ значительно ниже: или 2 съ кухнею или всего въ квартирѣ два помѣщенія. На то же количество комнатъ, что и въ первой группѣ, живетъ большее, чѣмъ въ первой, количество лицъ. Комната съ каморкою или каморка съ кухнею -- составляетъ квартиру рабочаго населенія третьей группы, бѣднѣйшей. Здѣсь на комнату приходится еще большее количество лицъ; въ квартирѣ рѣзко замѣтны сырость и вонь. Въ этой группѣ часто встрѣчались случаи ужасной нищеты, и хотя они здѣсь не такъ многочисленны, какъ въ большихъ городахъ, но все же крайне часты. Ихъ очень много указано изслѣдователемъ.

Что касается размѣровъ квартиръ, то объемъ 55% всѣхъ квартиръ настолько малъ, что, по Мангольду, позоръ -- для гигіены! Особенно плохіе результаты получались при вычисленіи вмѣстимости спаленъ. До 80% спящихъ пользуются самыми антисанитарными условіями. Обыкновенно спятъ по нѣсколько человѣкъ на одной кровати.

Нѣтъ, конечно, никакого сомнѣнія, что описанныя Мангольдомъ квартиры, въ виду ихъ сырости, малыхъ размѣровъ, дурныхъ клозетовъ и обращенія жилыхъ комнатъ, оказываютъ самое дурное вліяніе на здоровье населенія и сообщаютъ ему необычайную легкость зараженія, что и не однократно наблюдалось въ обоихъ городкахъ. Излишне распространяться о дурномъ вліяніи, оказываемомъ на нравственность общими спальнями.

Но въ то же самое время, по сравненію съ столицами Европы, Мерзебургъ и Вейсенфельсъ имѣютъ и кое-какія преимущества маленькихъ городовъ. Свѣтлыя стороны ихъ квартирнаго вопроса выражаются въ обладаніи населеніемъ сравнительно большимъ числомъ комнатъ, въ почти повсемѣстной наличности кухни, въ лучшемъ устройствѣ "коекъ", въ отсутствіи тѣхъ стѣснительныхъ условій контракта, которыя наблюдаются, наприм., въ Берлинѣ и пр. Но главное преимущество этихъ городовъ -- дешевизна ихъ квартиръ. Въ Мерзебургѣ одна комната съ кухнею отдается за 60--80 марокъ, въ Берлинѣ 225--275. Конечно, эти цифры мало значущи безъ сравненія высоты заработной платы въ обѣихъ мѣстностяхъ, но въ виду рѣзкости контраста и а priori можно согласиться, что преимущество здѣсь на сторонѣ Мерзебурга.


В. Святловскій 2-й.


(Окончаніе слѣдуетъ).


"Русская Мысль", кн.IV, 1894