# Г. Роос. С Наполеоном в Россию. Записки врача великой армии

Евгений Викторович Тарле

Из литературного наследия академика Е. В. Тарле

М., "Наука", 1981


## Г. РООС. С НАПОЛЕОНОМ В РОССИЮ. ЗАПИСКИ ВРАЧА ВЕЛИКОЙ АРМИИ. Пер. с нем. под ред. И. Н. Бороздина. М., 1913.


Генрих Роос в качестве полкового врача проделал весь поход 1812 г. и попал в плен к русским в самом конце бедственного отступления. Вернувшись после заключения мира на родину, в Германию, он принялся за составление записок о великой войне, в которой ему довелось участвовать. Эти записки теперь впервые появляются на русском языке (в хорошем литературном переводе). Записки хороши тем, что написаны человеком наблюдательным, который, не мудрствуя лукаво, передает то, что больше всего его поразило, и нисколько при этом не занят собственной особой. Любопытны слова разведчика, который ездил в фуражировку при переходе Великой армии из Литвы в собственно русские области: "Здесь приходит конец таким местам, где население за нас; дальше люди становятся другими. Все против нас; все готовы либо защищаться, либо бежать; везде меня встречали неприязненно, с упреками и бранью. Никто ничего не хотел давать; мне приходилось брать самому, насильственно и с риском, меня отпускали с угрозами и проклятиями. Мужики вооружены пиками, многие на конях; бабы готовы к бегству и ругали нас так же, как и мужики". Интересны впечатления еще в победоносный для Наполеона добородининский период Войны: "На прекрасной дороге и близ нее виднелись остатки сожженных или брошенных и начисто разграбленных домов и деревень... Жителей тех мест мы не видели даже тогда, когда мы ради корма лошадям и пропитания себе далеко отклонялись от большой дороги. И не только города и села, но и прилегавшие к дороге леса носили на себе самые явные следы этой опустошительной войны".

При Бородине Роос работал с утра до вечера в день страшного побоища, перевязывая раны, ампутируя беспрерывно приносимых раненых. "Французы в общем обнаруживали спокойствие и терпение, и многие умирали от тяжелых пушечных ран прежде, чем очередь перевязки доходила до них. Наоборот, вестфалец, лишившийся правой руки, ругался и проклинал Наполеона и жалел, что не может отомстить". В разгар боя мимо оврага, где работал доктор, "проехал с большой свитой Наполеон. Медленность его передвижения, казалось нам, означает спокойствие и внутреннюю удовлетворенность ходом битвы, ведь мы до сих пор не научились разбираться в выражении его серьезного лица, ибо всегда, в счастье и в беде, при всех обстоятельствах, он являл нам зрелище холодного спокойствия, не знающего мягкости". Страшно в простоте и бесхитростности своей описание поля битвы на другой день: трупы и трупы, совсем застилающие землю, срываемые наскоро окопы, которыми засыпали "мертвых и полумертвых", -- все это "в тихое, ясное утро" представляется еще ужаснее, чем при грохоте канонады в самый день битвы. Москвы Роос не видел вблизи, его часть стояла вдали от столицы. Бедствия отступления описаны не менее живо и жизненно. "Огромное количество трупов... лежало вокруг потухших костров", -- вот постоянное впечатление, однообразный фон рассказа об отступлении. Есть и строки, живо напоминающие "замерзшую совесть": "Чувства справедливости, дружбы, порядка притуплялись. Я, например, особенно любил из всех офицеров полка ротмистра фон Рейнгардта; уже пять лет мы жили по-братски, душа в душу, в часы радости и печали, а в эту войну постоянно делились тем немногим, что было у нас". Здесь, в Смоленске, автор случайно получил кусок белого хлеба с маслом. "Рейнгардт издали приметил этот редкий дар и подошел ко мне со словами: ну, вы поделитесь сегодня со мной? -- Нет, -- отвечал я... Он удалился, а я один съел свой дар". Доктора Рооса долго мучила потом совесть за это "нет"; в записках он рисуется человеком не только искренним, но и добрым и самоотверженным...

Книга Рооса является интересным вкладом в мемуарную литературу, посвященную эпопее 1812 г.

Русское издание снабжено превосходными бытовыми рисунками, взятыми из альбома участника похода Фабер ди Фора ("Листки из моего портфеля"). Эти "Листки" имеются во французском и немецком изданиях, но у нас они мало известны.


## ПРИМЕЧАНИЯ


Автограф не сохранился. Печатается по журнальной публикации (Русское богатство, 1913, No 4, с. 379--381).