# Послы Египетские

Торквато Тассо

Из II-й книги Тассова Иерусалима

Перевод А. Ф. Мерзлякова (1810)

Послы Египетскіе.

Изъ II-й книги Тассова Іерусалима.


Какъ горы снѣжныя, казался ратной станъ.

Ужь тѣни вечера на грудь полей спустились;

Внезапно средь шатровъ два мужа появились:

Одѣжда чуждая, безвѣстна поступь, видъ;

Но дружество и миръ во взорахъ ихъ блеститъ.

То были два Посла отъ Нильскаго владыки;

За ними спутниковъ блистательные лики,

И челядь пышная, и воиновъ ряды. --

Единый былъ Алетъ. -- Отъ низкія среды,

Безвѣстный именемъ, безъ предковъ, въ бѣдной долѣ,

Фортуну покоривъ отваги полной волѣ?

Вознесся самъ собой до первыхъ онъ честей;

Коварствами Двора напитанный злодѣй,

Лукавъ, краснорѣчивъ, пронырливъ и притворенъ,

Привѣтливъ, чтобъ убить; чтобъ выситься, покоренъ,

Умѣетъ обольщать и самой клеветой,

И посрамленіе показывать хвалой.

Другой -- Аргантъ, Черкесъ. -- Отечества изгнанникъ,

Безъ вѣры, безъ любви, свободный въ мірѣ странникъ,

Египетскихъ вельможъ вступя въ блестящій кругъ,

Онъ почестьми сіялъ воинственныхъ заслугъ,

Свирѣпый, мстительный, какъ вихрь, неукротимый,

Другъ Марса и побѣдъ, въ бояхъ неутомимый,

Презрителъ Божества, презритель всякихъ правъ.

Война его есть богъ: и мечъ его уставъ!

Пришельцы требуютъ Готфредова вниманья;

Вошли въ его шатеръ. -- Не блескомъ одѣянья,

Не пышностью златой Готфредъ сердца плѣнялъ,

Во сонмѣ рыцарей смиренно предсѣдалъ.

Прямое дружество наружность презираетъ;

Въ почтенной простотѣ величіе сіяетъ.

Аргантъ, явясь Царя-вождя передъ лицемъ,

Едва остановилъ свои гордый взоръ на немъ,

Едва склонилъ главу съ привѣтствіемъ небрежнымъ,

За нимъ Алетъ, смущенъ, и шагомъ ненадежнымъ,

Прижавъ ко персямъ дланъ, и очи преклонивъ,

Идетъ, то робокъ вдругъ, то скоръ и торопливъ,

И се, какъ рабъ упалъ предъ сонмомъ униженно.

Потомъ возсталъ... гласитъ... вѣщанье ухищренно,

Какъ сладкой медъ; златой, изъ устъ его течетъ.

Въ молчаніи внималъ словамъ его Совѣтъ:


Герой единственный, достойный среди боевъ

Быть славой и вождемъ блистательныхъ героевъ,

Которые отъ силъ, отъ мудрости твоей,

Отъ дружбы нѣжныя, столь рѣдкой межъ Царей,

Пріяли скипетры и царства и награды;

Хваламъ твоимъ столпы Алкида не преграды:

Отъ запада онѣ къ востоку протекли,

И Нильскіе брега, какъ громомъ, потрясли!

Кто ими не плѣненъ, -- кто дѣлъ твоихъ не славитъ!

Мой Царь, дивиться имъ, своей утѣхой ставитъ!

Охотно о тебѣ заводитъ первой рѣчь,

И мысленно паритъ, гдѣ твой возблещетъ мечь.

Что зависть и раздоръ въ другомъ бы возродило,

То самое къ тебѣ любовь его склонило!

Пусть вѣра васъ цѣлитъ; но слава вашъ предметъ:

И, вѣрой раздѣленъ, онъ сердцемъ твой клевретъ!

Такими чувствами Султанъ воспламененный,

Шлетъ дружество и миръ воителю вселенны;

Для всѣхъ народовъ честь -- всеобщій сильный богъ;

Она да будетъ вамъ и вѣрности залогъ!

Посольства нашего къ тебѣ вина едина:

Солимскаго Царя сомнительна судьбина!

Владыка Нильскихъ странъ правамъ народнымъ щитъ,

Въ немъ друга своего, союзника въ немъ чтитъ;

Теперь познавъ, что ты, стезей завоеванья,

Притекъ лишить его наслѣдна достоянья,

Благоволилъ, доколь не грянулъ брани громъ,

Открыть намъ предъ тобой, что мыслитъ онъ о томъ.


Вотъ мысль его: -- когда, побѣдъ любимецъ, нынѣ,

Согласенъ ты подать оливу Палестинѣ,

Народамъ, щастливымъ оградою его:

Онъ будетъ самъ блюсти величья твоего

Колеблемый колоссъ, на зыби утвержденный.

Какъ смѣютъ, зря двухъ силъ громады сопряженны,

Какъ смѣютъ, возмечтать Царь-градъ и Испагань,

Вознаградить еще потерянную брань?

Великій Государь! -- ты временемъ немногимъ

Свершилъ пути, умамъ невѣроятны строгимъ!

Въ услышанье вѣковъ гремитъ твоя хвала!

Открытые пути, чудесныя дѣла,

Несчетны воинства, повсюду низложенны,

Престолы древніе, и грады разрушенны,

По слуху о тебѣ, велятъ противнымъ гасть.

Я вѣрю, можешь ты еще разширить власть,

Но славы... нѣтъ! -- ее ты не умножишь болѣ!

Она уже полна! -- Есть мѣра смертныхъ долѣ!

Твой долгъ блюсти сію добычу трудныхъ лѣтъ.

Страшись ласканія сомнительныхъ побѣдъ!

Пускай враги падутъ: -- чтожь плодъ? -- корысть, не слава!

Но будешь пораженъ: -- честь гибнешъ и держава!

Постыдно щастію свой жребій покидать,

Все вѣрное на часть невѣрнаго мѣнять!

Быть можетъ, ложный другъ, завистникъ твой коварной,

Манитъ тебя къ бѣдамъ стезей высокопарной,

Совѣтомъ пагубнымъ геройской нѣжитъ духъ,

Быть можетъ, заградя урокамъ правды слухъ,

Ты самъ себя вручилъ обманчивой надеждѣ,

Вновь также побѣждать, какъ побѣждалъ ты прежде;

Быть можетъ, горда страсть, великихъ страсть мужей,

Съ народовъ дани брать и въ плѣнъ влещи Царей,

Тебѣ являетъ брань полезняе покоя;

Быть можетъ, говорятъ: "миръ праздной -- гробъ Героя!

Гряди въ открытой путь: твой рокъ тебя зоветъ;

Твой страшный мечъ залогъ блистательныхъ побѣдъ!

Рази, доколь не палъ священный тронъ пророка,

Доколь не сотворишь пустынею востока!"

Обманчивы слова! -- Сиренъ прелестный хоръ!

Въ нихъ, въ нихъ себѣ внимай твой смертной приговоръ!

Но если хитростью враждебнаго совѣта

Твой разумъ не закрытъ отъ истиннаго свѣта,

Ты можешь видѣть самъ, что для тебя война

Богата страхами, надеждою бѣдна;

Что быстрокрылая владычица вселенной,

Фортуна, льетъ добро и зло поперемѣнно;

Что изощренныя тріумфовъ вышины

Нещастій безднами вокругъ ограждены!--

Что будетъ, ежели съ бреговъ гремящихъ Нила

Съ Египтомъ двигнется богатство; мудрость, сила,

И брани обновя, составятъ сонмъ единъ

И Персъ и Туркъ, и съ нимъ Кассана грозный сынъ!...

Безбрежный Океанъ! -- гдѣ ты найдешь препоны,

Разливъ сей удержать? -- гдѣ помощь, обороны?

Иль, данные свершивъ обѣты наконецъ,

Пріидетъ Грекъ дѣлить и гробъ твой и вѣнецъ?

О Честность Греческа! -- кто -- кто ее не знаетъ!

Довѣренность твою твой опытъ обличаетъ!

Скажи, коварной сей, корыстолюбной родъ

Однаждылъ измѣнилъ и въ сей тебѣ походъ?

Однаждыль строилъ онъ погибельныя ковы?

Измѣна первая родитъ измѣны новы!

Какъ! -- тотъ, кто не хотѣлъ стези тебѣ давать,

Тотъ будетъ за тебя кровь ратну проливать?...

Быть можетъ, основалъ ты твердь надеждъ блестящихъ

На легіонахъ сихъ? во слѣдъ тебѣ ходящихъ:

Но всель равно, сражать разсѣянны полки,

Иль силами одной поднятые руки? --

Но алчная война, но язвы, но печали

Не избранный ли цвѣтъ полковъ твоихъ пожали?

Но Персъ, но Магометъ еще не низложенъ! --

Агарянъ храбрый родъ въ Египтѣ оживленъ!

О Вождь! -- тебѣ судьбы побѣду обѣщали;

Ты самъ... твои льстецы судъ Неба прочитали;

Я вѣрю: Богъ -- твой Богъ! -- но предъ тобою гладъ!

Кто можетъ запереть зіяющій сей адъ?

Кто станетъ на сего рѣшителя сраженій,

Который все мертвилъ безъ силъ, безъ ополченій?

Подвигнись на него, прими твой мечь, сражай,

И послѣ намъ свои побѣды прославляй!

Что ждетъ тебя, смотри: -- поля огнемъ позженны,

Прекопанны пути, и горы взгроможденны;

Всякъ даръ, всякъ милой плодъ питающей земли

Враги твои въ стѣнахъ Солимы погребли!

О ты, котораго соблазны щастья смѣлы

Влекли на жертву бѣдъ въ столь дальные предѣлы!

Вѣщай мнѣ, чѣмъ питать тебѣ своихъ коней?

Гдѣ пища воинамъ?.. "Флотъ дастъ мнѣ дань съ морей!"

И такъ, великій Царь! -- свою и ближнихъ долю,

Свою и ближнихъ честь отдастъ волнамъ на волю!

Иль, силою боговъ отличной вдохновенъ,

Ты можешь и вязать и рушить вѣтровъ плѣнъ?

Иль дикая сія пучина и бездомна?

Къ моленьямъ и слезамъ всѣхъ смертныхъ непреклонна,

По гласу твоему унизитъ свой хребетъ,

И бури Аквилонъ въ пещеры узоветъ?...

Или ты мнишь, что Туркъ и Персъ, и Meмфисъ славный

Не могутъ флотъ послать, всѣмъ флотамъ свѣта равный?

Ты долженъ, Государь, чтобъ славу сохранить,

Двукратно весть воину, двукратно побѣдить!

Потерею одной все гибнетъ безъ возврата...

Помысли! кораблей возможная утрата

На брегъ твой изведетъ стенящій, бѣдный гладъ!

Но если на землѣ враги тебя сразятъ:

Тогда вѣщай, на что, къ чему тебѣ всѣ флоты?

Нещастнымъ бѣглецамъ постыдные оплоты!

Готфредъ! -- теперь ты зришь, и гдѣ и что ты есть:

Твой жребій изреченъ. -- Когда вражда и лесть,

Иль злоба черная затмятъ твой духъ великій,

Когда отвергнешь миръ могущаго Владыки:

Готфредъ! -- позволь сказать открытою душей,

Дивлюсь не мудрости -- a храбрости твоей!

Но Небо своего любимца не оставитъ:

Оно стопы твои на правый путь поставитъ,

Побѣда -- радостный всеобщихъ золъ конецъ:

Собрать плоды съ побѣдъ -- премудраго вѣнецъ!

Да узритъ Азія покой и миръ безцѣнный!

Да вкусишь ты плоды побѣдъ незараженны!

И вы, участники трудовъ его, честей,

Не вѣрьте, храбрые, надеждамъ льстивыхъ дней!

Фортуны рѣзвыя обманчиво ласканье:

Возвысьтесь, и надъ ней примите обладанье!

Почто искать вамъ битвъ? -- почто искать враговъ?

Пловецъ, игра стихій, упавъ на грудь бреговъ,

Клянется, не кидать родимаго селенья:

Спѣшите къ пристани, страшитесь треволненья!


Египтянинъ умолкъ. -- Глухой, смятенный шумъ

Несется по рядамъ героевъ у полныхъ думъ.

Какъ легкій листъ деревъ предъ бурнымъ дуновеньемъ,

Вдругъ встрепенулись всѣ: пылаютъ очи мщеньемъ!

Готфредъ на нихъ воззрѣлъ, всѣхъ души прочиталъ,

И, обратясь къ послу, съ величіемъ вѣщалъ:


Служитель гордаго престола ухищренный,

Ты лестью растворилъ угрозы дерзновенны!

Когда меня твой Царь любви достойнымъ чтитъ,

Умѣю отвѣчать! -- во мнѣ онъ друга зритъ;

Когда же долгъ его на битвы призываетъ,

Онъ, ратуя со мной, себя не унижаетъ!

Союзы противъ насъ? -- Реку тебѣ отвѣтъ,

Свободной и простой, въ которомъ лести нѣтъ.


Иноплеменникъ, знай! Прейдя пустыни дальны,

И море побѣдивъ, и времена печальны,

Одну сюда несли, одну питаемъ страсть,

Разрушить варваровъ надъ храмомъ Божьимъ власть,

И вѣрной путь открыть къ стѣнамъ святаго Града! --

Ревнители Христа, воюя съ злобой Ада,

Рѣшительны, чрезъ смерть наслѣдить Домъ Отца,

Приносятъ въ жертву все: жизнь, славу, блескъ вѣнца! --

Не алчность низкая ко злату, чести тлѣнной,

Вели насъ по стезѣ, слезами упоенной.

Къ Тебѣ, къ Тебѣ зовемъ, нашъ Пастырь, Вождь и Другъ!

Да не приблизятся къ намъ смертный сей недугъ,

Да сладкой ядъ его тлетворнаго дыханья

Не осквернитъ сыновъ Христовыхъ одѣянья!..

Посолъ! -- не мы себѣ, но Богъ изрекъ намъ путь,

Онъ въ крѣпость облачилъ Израилеву грудь;

Его благая длань покровъ племенъ единый, --

Велитъ, -- и служатъ намъ и пламень и пучины,

Бѣжитъ и мразъ и зной, и змеи сохнутъ вкругъ!

Велитъ, -- и горы -- долъ; и морѣ -- злачный лугъ,

Велитъ, -- и холмы волнъ кипящія нѣмѣютъ!

И бури передъ Ней безмолвны цѣпѣнѣютъ!

Преклонитъ небеса, -- и рати всей земли

Разсыпаны, какъ листъ, слякаются въ пыли!

Въ Ней сила наша, блескъ, въ Ней наше огражденье!

Не въ тьмахъ несчетныхъ темъ правдиваго спасенье,

Не въ бренномъ семъ мечѣ, не въ утлыхъ корабляхъ,

Ниже вселенныя въ союзахъ и Царяхъ:

Покрыты Грознаго десницей непреложной,

Мы помощь міра чтимъ безнужной и ничтожной!

Кто знаетъ Бога силъ, томy ль препоны знать?

Тому ли въ безднъ золъ другой руки искать?


Но если нашихъ душъ преступныя влеченья,

Иль непостижныя судебъ опредѣленья,

Нещастныхъ разлучатъ съ Опорою святой:

О братья! кто изъ васъ не жаждетъ всей душой,

При гробъ Господа поставить гробъ свой бренной?

И зависть возбудить въ оставшейся вселенной?

Умремъ... но не умремъ безъ мести никогда!

Азіецъ не узритъ здѣсь нашего стыда,

Не посмѣется намъ, жалѣть объ насъ не станетъ,

Но смерть Геройскую онъ тяжко воспомянетъ!

Посолъ! -- не мни притомъ, чтобъ алчныя къ боямъ,

Мы заперли сердца согласія къ дарамъ,

Чтобъ дружбу твоего владыки отвергали. --

Нѣтъ! нѣтъ! -- Но ты вѣщай, какія боги дали

Надъ Палестиною права ему Царей?

Кто поручилъ ему блюсти ея люей? --

Спокойно царствуй онъ надъ нильскими брегами,

A насъ оставь искать побѣды надъ врагами!"


Изрекъ, -- и воскипѣлъ въ груди Арганта адъ;

Не можетъ злобы скрыть; уста его дрожатъ;

Сверкаютъ углемъ пружащіеся взоры;

Приближился и рекъ, какъ громъ, трясущій горы;

Ты мира не хотѣлъ: тебѣ готова брань!

Игралище страстей! -- желанна року дань!

О ты, котораго и благость не смиряетъ,

Пріемли казнь! -- изрекъ, и ризъ края слагаетъ,

И, сгибы потряся: "война иль миръ! Готыредъ!

Рѣшисъ, рѣшись, сей мигъ: медленья больше нѣтъ!"

Война! война! гласятъ Герои воспаленны,

Воспрянувъ съ шумомъ съ мѣстъ, какъ пчелы раздраженны,

Которымъ встрѣтилась внезапная бѣда.

Война! -- рекли, не ждавъ Готфредова суда,

Аргантъ, края одеждъ раскинулъ изступленный:

"Вотъ вамъ не брань, но казнь! вотъ рокъ вашъ непремѣнный!"

Изрекъ. Таковъ былъ Жрецъ Капитолійскій, въ страхъ,

Разторгшій Яна дверь на мѣдяныхъ пятахъ.

Казалось, вкругъ него свистящихъ бурь въ волненьѣ

Носилось грозное души его рожденье,

Слѣпая ненависть и пагубной раздоръ;

Таковъ былъ гордый царь, вселенныя въ позоръ,

Мечтавшій, возвести до горняго селенья,

Громаду, зданіе страстей и заблужденья;

Такъ высился челомъ надменной Вавилонъ,

И мыслилъ, предписать другимъ мірамъ законъ!

Мрзлквъ.


"Вѣстникъ Европы". Часть XLIX, No 2, 1810