# Двойники

Аноним Тэффи

Н. А. Тэффи


Двойники


Тэффи Н. А. Собрание сочинений. Том 1: "И стало так..."

М., "Лаком", 1997.


Не случалось ли с вами, что вдруг совершенно незнакомый человек поклонится вам на улице? Или даже заговорит, называя вас дорогим Николаем Ивановичем, когда вы всю жизнь для всех были Петром Николаевичем?

И не случалось ли с вами, что кто-нибудь вдруг скажет: "А я вас вчера видел в цирке", тогда как вы самым честным образом были на вечернем заседании?

Все это кажется удивительным только на первый взгляд. На самом же деле это объясняется очень просто.

Вся суть в том, что у каждого человека есть свой двойник.

Увидеть этого двойника вам никогда не удастся. Лучше и не старайтесь. Но слышать о нем приходится слишком часто и, к сожалению, почти всегда вещи, не делающие ему чести. Мне, по крайней мере, никогда еще не приходилось слышать лестных отзывов о чьем-нибудь двойнике.

У одного почтенного доктора двойник -- известный одесский шулер.

Двойник Толстого -- какой-то скверный мужичонка, спекулирующий этим своим сходством.

Почти у каждой знаменитости двойник ведет себя очень скверно, подводит своего принципала и ставит его часто в самое незавидное положение.

Сколько драм, сколько семейных несчастий произошло из-за недобросовестного двойника! Подумать страшно!

Говорю обо всем этом смело и открыто, потому что в настоящее время считаю себя в безопасности: мой собственный двойник, после какой-то скверной истории, уехал навсегда в Америку.

Двойник этот мучил меня несколько лет подряд, не оставляя ни на минуту в покое. Я мстила ему, как могла и умела, но не знаю, достигла ли цели.

Теперь, когда все кончено, приятно вспомнить былые беды, зная, что они не повторятся.

Первый раз, когда я узнала о существовании у меня двойника, я отнеслась к этому очень весело и легкомысленно.

Мне сказали:

-- Понравилось вам вчера в цирке?

-- В цирке? Да я вчера просидела весь вечер дома! Почему вы думаете, что я была в цирке?

Спросивший немножко смутился и сказал:

-- Да? Ну, простите, я, значит, спутал. Переменим разговор.

Все посмотрели на меня подозрительно, а спросивший, уходя, шепнул мне:

-- Не сердитесь! Дело в том, что я видел вас собственными глазами.

Несколько дней мы смеялись над этой историей и рассказывали ее всюду.

Недели через две трое знакомых видели меня в каком-то скверном маскараде, и хотя я очень скоро доказала им их ошибку, это уже не рассмешило меня, а скорее раздосадовало.

Я многих просила:

-- Да покажите же мне, наконец, моего двойника!

Двойник оставался неуловимым и вел себя очень некрасиво. Затем притих, и одна знакомая дама удивленно расспрашивала меня, что это мне пришло в голову сняться в подвенечном платье с каким-то офицером. Она собственными глазами видела мою карточку, в какой-то маленькой фотографии, в какой -- не помнит.

Я поняла, что мой двойник вышел замуж. Это меня порадовало. Может быть, немножко остепенится.

Мои надежды не оправдались. Не прошло и двух месяцев, как меня уже стали встречать выходящей из отдельных кабинетов, играющей на скачках, на бегах. Мало того -- почти каждую ночь видели меня в каком-то клубе, где я дулась до утра в карты и в лото.

Положение мое было отчаянное!

Почти каждый новый знакомый начинал со мной разговор словами:

-- А я уже имел удовольствие видеть вас...

Одно время я даже думала постричься в монастырь. Но потом решила, что никто этой вести не поверит, и мой двойник развернется вовсю.

Раз судьба улыбнулась мне в образе старухи, вылезающей из трамвая. Я ответила судьбе тоже улыбкой и приостановилась, выжидая, что будет.

Старуха с любопытством вглядывалась в меня и жала мне руку.

-- Скажите, милая, -- спросила она, -- правда, что он вас выгнал?

Я сразу поняла, что она принимает меня за моего двойника, и решила не упускать случая отмстить своему врагу.

-- Ну, разумеется, выгнал, -- отвечала я самым наглым голосом, какой только могла придумать. -- Выгнал! Как это вам нравится? А?

-- Ну, вы же, милая, сами виноваты! Как же можно так?

-- А вот еще, очень нужно. Скажите, пожалуйста.

-- Но ведь он все-таки муж!

Дело прояснялось.

-- Э! Какой там муж. Все это вранье. Никогда мы и венчаны не были, если хотите знать правду.

-- Милая! -- завопила старуха... -- Да что вы говорите! А как же Сережа у вас шафером был? Господи!

-- Что же тут непонятного? Расстрига венчал. Дали сто рублей в зубы -- и делу конец. Нам венчаться -- так обоим на каторгу идти, а я и так трехлетний срок в тюрьме отсидела, довольно.

-- Вы? В тюрь... Да что вы говорите? Да за что же?

-- Как за что? За двоемужество да еще за разные мелкие штучки. Ну, а теперь мне пора.

Но старухе не хотелось со мной расставаться. Она вцепилась мне в рукав.

-- Милочка вы моя! А Сергей Иванович и не знал?

-- Где ему, такой вороне! Ну-с, мне пора.

Я еле вырвалась.

-- Только смотрите, никому не говорите! -- раззадоривала я старуху. -- Все это в целом мире только вы одна и знаете!

Месяца через два, на вокзале, где я провожала знакомых, остановился передо мной какой-то удивленный господин, развел руками:

-- Дунечка! Как вы сюда попали?!

-- Ага! -- подумала я. -- Сейчас узнаем, куда Дунечка делась.

-- А где же я, по-вашему, должна быть? А?

-- Как где? Да ведь вы же после той истории с полковником уехали в Америку! Когда же вернулись?

-- Вернулась вчера. Меня, понимаете, оттуда тоже выгнали. Только, пожалуйста, никому не говорите! В целом мире об этом известно только вам.

Он прижал руку к сердцу и раскланялся.

Через четверть часа я видела его в толпе. Он показывал на меня какому-то господину и что-то рассказывал и шептал на ухо. А тот смотрел на меня с любопытством и ужасом.

Бедная Дунечка! Я за себя отмстила.