# Разговор

Аноним Тэффи

Н. А. Тэффи


Разговор


Тэффи Н. А. Собрание сочинений. Том 3: "Городок".

М., Лаком, 1998.


-- Ничего, милый Иван Петрович. Все понемногу устроится. Главное, не теряйте вашей bonne humeur {хорошее настроение (фр.).}. Ну, раз жизнь в Берлине стала немыслима, ясное дело, что вы должны переехать в Париж.

-- Вы думаете, что так? -- уныло и недоверчиво протянул Иван Петрович.

-- Подождите, найдем вам какое-нибудь meuble... {меблированная квартира, комната (фр.).}

-- А в каком бецирке {район, округ (от нем. -- "bezirk").} дешевле?

-- Что?

-- Я спрашиваю, в каком бецирке...

-- Господи, да вы совсем по-русски говорить разучились. Ну, кто же говорит "в бецирке"!

-- А как же по-русски?

-- По-русски это называется арондисман {от фр. "arrondissement" -- район, округ.}.

-- Вы думаете, что так?

-- Фрр! "Думаю"! Не думаю, а знаю. Ну, вы не сердитесь, если у меня такой тон belieux {желчный (фр.).}. Я сегодня вообще с левой ноги проснулся.

-- Как?

-- Да вот так. А кроме того, меня уже давно раздражает, когда кувыркают русскую речь.

-- Николай Сергеич, а Николай Сергеич! А ведь, по-моему, нельзя сказать кувыркают. Уж вы не сердитесь, а, ей-Богу, так. Ну, виноват, не буду, не буду.

-- Много вы понимаете!

-- А знаете, вы шикарно устроились.

-- Да, недурно. Холодновато -- здесь ведь отопления нет, зато вид чудесный. Тут, конечно, двор, а вот если вы так до половины в окно высунетесь (только, конечно, держаться надо) и перевернетесь вот так, почти на спину, понимаете? -- так вы сможете Эйфелеву башню увидеть. Большое удобство!

-- А вы не мерзнете?

-- Чудак! Если на улице пять градусов, так ведь у меня уже во всяком случае не меньше. И потом у меня в комнате ветру нет.

-- Н-да, это, как говорится, dazu.

-- Что?

-- Dazu kein Wind {притом нет ветра (нем.).}. Ветру нет dazu.

-- Ничего не понимаю! Вы какой-то странный.

-- Э, чего там! Как говорится, даровому коню на роток не накинешь платок.

-- Как?

-- Ничего, это я так...

-- Ну-с, найдем вам meuble! Уж я постараюсь. Не успокоюсь, пока не увижу вас сидеть в уютном meuble. Ничего, все понемногу устраиваются. Водоватин -- помните, этот генерал от инфантерии -- плетет шапочки из крашеной соломы. И очень, очень мило. Профессор химии Крылов -- шофером. Барон Зельф оказался соло-цыган. Чудесно! Адмирал Кельт делает маникюр. Из Константинополя получил письмо -- там тоже наши понемножку устраиваются. Петя с Сонечкой открыли притончик...

-- Ну, дай им Бог...

-- Вы чего ищете? Бросайте пепел прямо на пол. У них тут сандриешки {от фр. "cendrier" -- пепельница.} не полагается. Ах, кстати, хотел у вас спросить, так сказать, на свежее ухо: как правильнее говорить: "дайте вы мне покой" или "дайте вы мне покоя", потому что кого-чего -- родительный падеж. А?

-- По-моему, уж ежели по-русски, так не покой, а спокой. Дайте спокоя. Ведь слово-то "спокойно", а не "покойно". Ведь вы скажете: "Он преспокойно взбесился", а не "препокойно взбесился".

-- По-моему, можно и "препокойно". Он препокойно бросился с лестницы...

-- Сбросился, а не бросился.

-- Тогда, уж если хотите, -- выбросился.

-- Выпросился?

-- Выспроси лся...

-- Высбросился...

-- Подождите! Это надо на свежее ухо. Я очень педантик на счет русского языка. Ведь это единственное, что у нас осталось. Сокровище наше...

-- Скажу вам откровенно, -- мне теперь уже трудно определить, какое выражение эхт, какое не эхт {от нем. "echt" -- подлинный, настоящий.}.

-- Это что же?

-- Не эхт... не эхт руссиш. Не эхт-русское.

-- Не этрусское?

-- Как?

-- Так можно прямо с ума сойти. Ну, на что вам этруски дались?

-- Ничего не понимаю! Впрочем, есть такие русские слова, которые, чувствую, безвозвратно забылись. Деверь, мерин...

-- Постойте! Деверь -- это, кажется, брат жены, а брат мужа -- это будет уже свояк... А еще есть шурин...

-- А шурин -- это кто кому как?

-- Вот шурин, это, кажется, и есть брат жены. А деверь тогда, значит, брат двоюродной жены...

-- Да такой и не бывает...

-- Постойте, не сбивайте. Потому что есть свекровь и есть сноха, это, значит, жена снохача, и есть золовка, и есть невестка, золовкина сестра,что ли, а брат снохача -- золовкин деверь...

-- А мерин -- это кто кому как?

-- Ничего не помню. Придется в Ларуссе посмотреть. Беда! А знаете, зашел ко мне недавно солдатик, наш русский солдатик, лудильщиком он здесь. Адреса спрашивал. Я его послал к Фрикам, объяснил, как пройти, а он говорит: "Ладно, я до собору доеду, а оттентелева рукой подать". Понимаете, -- "оттентелева"! Да вы подумайте только! В Париже живет человек, который говорит "оттентелева". Как сказал, верите ли, словно березовым духом на меня пахнуло... И все увидел. Забор и рубаха на ней распялена, сохнет, красная, кумачовая с белыми ластавицами, телега стоит, колесо густо дегтем намазано и солома в деготь влипла... куры под телегой носами долбят... сбруйка веревочная на лошади-то... ведь нигде в мире такой нет... Оправят сбруйку эту, причмокнут, да через леса дремучие долго-долго трюх-трюх, а там какой-нибудь Машкин поворот, а "оттентелева уж рукой подать, верстов сорок не больше"... Да... так и скажут: "верстов сорок, ежели целиной оттентелева-то"... Господи!..

-- Да вы никак плачете?

-- Я-то? Ничего подобного... Уж во всяком случае не от этого... А вот вы, вы чего такой?

-- Нет, я тоже ничего. Я не от этого. Я вообще нервный. Их бин нервоз... {Я нервный (нем.: "Ich bin nervös").}


КОММЕНТАРИИ


Разговор. Ларусс -- парижское издательство (Librairie Larousse), основанное в 1852 г. педагогом и лексикографом П. Ларуссом (1817--1875), специализирующееся на издании энциклопедических словарей. В 1865--1876 гг. был выпущен "Большой универсальный словарь XIX века" в 15 тт. (2 дополнительных тома вышли в 1878 и 1890 гг.), с 1906 г. ежегодно выходит однотомный "Малый Ларусс".