# О литературной деятельности и литературных стремлениях А. А. Кудрявцева

Николай Иванович Тимковский

<Фрагмент>.

## Н.Тимковский


## О литературной деятельности и литературных стремлениях А.А.Кудрявцева


<...> Я всегда думал, что истинное призвание Александра Алексеевича это - деятельность в сфере искусства. Теперь, когда его нет в живых, когда невольно всплывает в душе длинный ряд воспоминаний о нем, внутренний облик его выступает передо мной так полно, ясно, так прозрачно, и я еще больше утверждаюсь в убеждении, что главным жизненным пульсом моего покойного друга было - служение искусству. Театр и литература - вот что всегда тянуло его к себе, как магнит стрелку тянет к северу. "Быть писателем - Господи, какое это счастье", - говорит он устами героя одной своей ранней повести ("Зарницын"). Это же самое я слышал от него (да, наверное, и не я один) в позднейший период его жизни. Куда бы ни уклонялся он от своего основного стремления, как бы долго и часто не подавлял он его в себе, оно не только не ослабело в нем, но даже в последнее время обострилось. Есть очень много людей, которые в юности писали и прозой и стихами; но одних побуждало к этому тщеславие, других - потребность выразить словом те лирические моменты, которыми особенно богата ранняя молодость, третьим казалось это одним из легких способов заработка и т. д. Все эти люди, когда их постигали литературные неудачи или просто кончалась литературная полоса в их жизни, бросали обыкновенно писательство, избирали ту или другую профессию и смотрели на свои литературные упражнения, как на грехи юности. Совсем не то у Александра Алексеевича: ни наука, которой он отдавал много сил, ни учительство, в которое он вложил часть души своей, - ничто не могло ослабить в нем тяготения к литературному творчеству. Это не тщеславие и уж, конечно, не какое-либо корыстное стремление: нет, это прямо потребность, глубоко заложенная в его душе. По своей профессии он был преподавателем, по своим занятиям в течение многих лет он был человеком науки; но по своей натуре, по всему душевному складу он был всегда и прежде всего литератором.

[НИОР РГБ. Ф. 566, к. 1, ед. хр. 4. Л. 24-25]