# Письмо к Ф. Н. Глинке

Федор Иванович Тютчев

ПРОМЕТЕЙ 13


## Е. Кузнецова


## Письмо Ф. И. Тютчева к Ф. Н. Глинке


"Мафусаил русской поэзии" Федор Глинка родился на год раньше Батюшкова, а умер в год рождения Александра Блока. Его жизнь охватывает почти столетие, и трудно перечислить всех деятелей русской культуры, так или иначе связанных с ним, бывших посетителями его петербургского, московского и тверского салонов. Е. А. Штакеншнеидер вспоминала о вечерах у супругов Глинок в 50-е годы: "Настоящее вавилонское столпотворение! Писатели (но не все; Майков и Лавров, например, не бывают), писательницы, караимы, генералы, семинаристы, артисты, сановники, чиновники, грузины, греки, севастопольские герои, ханжи, актрисы... но всех не перечтешь!" 1 Литературные и общественные связи Глинки в 20--30-е годы подробно освещены в работах В. Базанова 2, но поздний период жизни и творчества поэта сравнительно мало изучен; не говоря уже об именах третьестепенных, в тени остаются контакты Глинки с крупнейшими поэтами той эпохи. Так, в недавно появившейся интересной статье

B. Ф. Шубина о петербургском салоне Глинки в 50-е годы 3 в перечне знакомых поэта отсутствует одно имя, едва ли не самое значительное для него: это имя Федора Ивановича Тютчева.

Личное знакомство Тютчева и Глинки произошло в конце 40-х годов. Но подспудные связи, приведшие к их духовному и литературному единству, прослеживаются уже в 20-е годы. Впервые их имена сойдутся в 1829 году в "Галатее", издававшейся С. Е. Раичем -- бывшим воспитателем Федора Тютчева и главой литературно-философского кружка, куда входил и Глинка (впоследствии Раич и Глинка поддерживали тесные дружеские отношения в течение долгих лет). Выросшие из этого кружка "Общество любомудрия" и журнал "Московский Вестник" объединяли вокруг себя многих общих знакомых Глинки и Тютчева -- настоящих и будущих: С. П. Шевырева, М. П. Погодина, В. П. Титова, А. С. Хомякова и других. Интерес к Глинке среди "любомудров" знаменовал определенный поворот в истории отечественной поэзии: "воскрешение философской оды у Шевырева <...> -- так же как и воскрешение Глинки -- были новым этапом развития стихового образа, стоящим в связи с лирикой Тютчева" 4. О популярности Глинки у "любомудров" свидетельствует тот факт, что редактор "Московского Вестника" Погодин "даже сам предложил ему денежное вознаграждение за его произведения" 6 (правда, простодушный Глинка от денег отказался).

В конце 20-х -- начале 30-х годов Глинка и Тютчев печатаются в одних и тех же журналах и альманахах: "Галатея", "Денница", "Телескоп", "Современник". Пожалуй, самой характерной чертой, объединяющей в это время обоих поэтов, является оригинальность, резкая своеобычность их произведений. С. Е. Раич о Глинке: "Его муза облекается в особенную одежду, говорит языком особенным..." 6.

C. П. Шевырев о Тютчеве: "Тютчев имеет особенный характер в своих разбросанных отрывках" 7. Впоследствии Тютчев и Глинка по достоинству высоко оценят поэтическую деятельность друг друга.


В 1848 году Глинка со своей супругой Авдотьей Павловной, тоже поэтессой, устроил в Петербурге целый ряд вечеров с чтением поэмы "Таинственная капля", написанной на сюжет легенды о разбойнике, распятом вместе с Христом (несколько раньше такие же чтения проводились в Москве). Очевидно, на одном из таких вечеров -- скорее всего у старого знакомого Глинки князя Вяземского -- и произошло знакомство с Тютчевым. Тютчеву поэма понравилась (см. об этом ниже), и в дальнейшем он следил за публикацией новых стихотворений Глинки -- оба они печатались в "Москвитянине".

Через год после знакомства Глинка пишет стихотворение "Ф. И. Тютчеву":

Как странно ныне видеть зрящему

Дела людей:

Дались мы в рабство настоящему

Душою всей!

. . . . . . . . . . . . . . .

А между тем под нами роются

В изгибах нор,

И за стеной у нас уж строются:

Стучит топор!..

. . . . . . . . . . . . . . .

Но принял не напрасно дикое

Лицо пророк:

Он видит -- близится великое

И близок срок!

Как бы ответом на эти строки звучит письмо Тютчева Глинке, являющееся подтверждением глубокой связи обоих поэтов:

"Почтеннейший Федор Николаевич, много вы утешили меня письмом вашим 8. Душевно рад, что статья 9 вам понравилась. Впрочем,-- простите мне самолюбивое признание -- я и не сомневался в вашем сочувствии и одобрении. Вы из малого, малого числа весьма зрячих и разумеющих 10.

Не на Западе -- поверьте мне -- в этот горький, противный век истинно встретишь совершенное, безусловное непонимание -- а здесь, в так называемом образованном кругу нашего отечественного общества. На Западе,-- слишком поздно, может быть, для его спасения -- но не поздно для истины -- найдутся многие самостоятельные умы, которые, вопреки вековым предрассудкам,-- не откажут в сочувствии к русской мысли -- но для русских, охмелевших на чужом пиру, она недоступнее, чем для кого-либо. И вот почему все, что теперь ни совершается на Западе, этот окончательный кризис многолетнего уклонения 11 -- все еще, для нашего образованного люда -- ничто иное, как тарабарская грамота. И как хотелось, чтобы там, где сам учитель стал в тупик, несчастный школьник совершенно не растерялся!.. 12

Стихи ваши, как и все ваши стихи, я читал с особенным наслаждением. В вас русский язык живет и дышит. Между тем как почти для всей нашей современной литературы они сделаны каким-то мутным, переводным языком -- для чего бы вам их не напечатать?

За сим, прося вас о передаче моего усердия почтеннейшей супруге вашей, поручаю себя вашему дружескому расположению.


Ф. Тютчев.


16 февраля 1850" 13.

В дальнейшем личное общение приостановилось (Тютчев жил в Петербурге, Глинка -- в Москве и Твери), но осталась родственность в самых различных сферах: от патриотических стихов во время Крымской войны до... увлечения спиритизмом 14.

В 1862 году Глинке пришлось попытаться воспользоваться старым знакомством -- и все из-за той же "Таинственной капли". Поэма была впервые напечатана в 1861 году в Берлине в Вольной русской типографии. В России духовная цензура запретила ее печатать из-за апокрифического характера легенды. Тогда Глинка обратился с письмами к Ф. И. Тютчеву -- председателю цензурного комитета и Я. П. Полонскому -- его секретарю, прося помочь снять запрещение. Приводим отрывок из письма к Тютчеву:

"С этой почтой посылаю Вашему превосходительству книгу в двух частях. По заглавию увидите, что это: "Таинственная Капля", та самая, которую Вы имели терпение слушать и выслушать вместе с кн. П. А. Вяземским. Тогда читал я рукопись Вам как поэту и владельцу стиха сильного, звучного и всегда осмысленного, и Вы,-- судья в полном смысле этого слова,-- почтили меня отзывом благоволительным. Теперь посылаю русскую поэму, напечатанную в чужой стороне. От Вас зависит открыть ей дверь в отечество... Пропустите же сиротку на родину!.. я уверен, что ничто не могло и не может погасить священного огня в поэтической душе Вашей, и по этой уверенности мой заветный экземпляр, мое заветное литературное произведение передаю в теплые Ваши руки" 15.

По каким-то причинам просьба Глинки осталась без ответа, и поэма была напечатана в России только почти десять лет спустя в типографии М. П. Погодина. Во всяком случае это произошло не по вине Тютчева, бывшего, по воспоминаниям современников, более чем либеральным цензором 16 и не отказавшего бы в услуге старому знакомому.

Таковы некоторые эпизоды из истории взаимоотношений двух поэтов XIX века.


## ПРИМЕЧАНИЯ


1 Штакеншнейдер Е. А. Дневник и записки. 1854--1886. М.--Л., "Academia", 1934, с. 176.

2 Базанов В. Г. Поэтическое наследие Федора Глинки (10--30-е гг. XIX в.).-- В кн.: Федор Глинка. Избранное. Петрозаводск, 1949; Базанов В. Г. Ф. Н. Глинка.-- В кн.: Ф. Н. Глинка. Избранные произведения. Б-ка поэта, большая серия. Л., "Сов. писатель", 1957.

3 Шубин В. Ф. Федор Глинка и его петербургский салон в 1850-е годы,-- "Русская литература", 1980, N 2.

4 Тынянов Ю. Н. Пушкин и его современники. М., "Наука", 1969, с. 170.

5 Барсуков Н. Жизнь и труды М. П. Погодина. Кн. 2. Спб., 1889, с 195.

6 "Отечественные записки", 1830, No 5, с. 255--256.

7 Письмо С. П. Шевырева к И. С. Гагарину. Пушкин в неизданной переписке современников (1815--1837).-- "Литературное наследство", 1952, т. 58, с. 132.

8 Не сохранилось.

9 Речь идет о статье Ф. И. Тютчева "La Papauté et la Question Romaine" ("Папство и римский вопрос"), 1849.

10 Ср. определение из цитированной выше статьи С. Е. Раича: "Ф. Н. Глинка принадлежит к весьма малому числу наших поэтов".

11 В статье "Папство и римский вопрос" Тютчев писал: "Глубокий и непримиримый разрыв, веками донимающий Запад, должен был наконец дойти до высшего своего выражения..." (Тютчев Ф. И. Полное собрание сочинений. С критико-биографическим очерком В. Я. Брюсова. Спб., 1911, с. 475; имеется в виду революционная ситуация в Европе).

12 (Светская власть церкви) -- "не в обиду будь сказано мудрым учителям Запада -- истинная и единственная причина, в силу которой движение реформы, христианское в своем начале, сбилось с пути и наконец пришло к отрицанию авторитета церкви..." (там же, с. 483).

13 ЦГАЛИ, ф. 141, оп. 1, No 421, л. 1--1об.

14 В тетради Глинка записывал ответы, "полученные им оттуда <...> от патриарха Никона, архангела Михаила и даже от... Наполеона Бонапарте..." (Розанов И. Н. От поэзии безличной -- к исповеди сердца. Федор Глинка.-- В кн.: "Русская лирика. Историко-литературные очерки". М., "Задруга", 1914, с. 218--219).

15 ЦГАЛИ, ф. 505, оп. 1, No 82, л. 1--1об. Е. А. Штакеншнейдер вспоминает по поводу издания поэмы: "Вот Глинка и пишет Полонскому письмо, да такое, что до смерти нахохочешься, просит оказать покровительство берлинской сироте и жмет Полонского "теплую поэтическую руку".

И Чаадаева приплел, и стихи на нигилистов сочинил..." (Штакеншнейдер Е. А. Указ. соч., с. 314). В примечании к этому отрывку приводится цитата изданного письма с указанием: "Ни "теплой поэтической руки", ни Чаадаева в приведенной выдержке нет" (с. 528). Но в публикуемом письме к Тютчеву есть близкие к этим выражения: "сиротка", "теплая рука",-- правда, без Чаадаева и нигилистов. Совершенно очевидно, что приведенное письмо к Полонскому -- не то, которое имеет в виду Штакеншнейдер. Остается предположить одно из двух: либо Штакеншнейдер перепутала адресата (что крайне маловероятно), либо -- скорее всего -- существует еще одно письмо Глинки к Полонскому, написанное одновременно с письмом к Тютчеву и в сходных выражениях.

16 "Федор Иванович Тютчев (известный поэт) пропускал к печати все, что ни посылали ему на одобрение. По своим большим связям, имея доступ к князю Нессельроде и к князю Горчакову, он разрешал гораздо более, чем обыкновенный чиновник министерства" (Усов П. Из моих воспоминаний.-- "Исторический вестник", 1882, No 1, с. 126).