# Заметка о первом провинциальном журнале "Уединенный Пошехонец"

Леонид Николаевич Трефолев

## Замѣтка о первомъ провинціальномъ журналѣ "Уединенный Пошехонецъ".


Ярославль можетъ гордиться, какъ родина русскаго театра. Это -- фактъ общеизвѣстный. Но едва-ли многіе знаютъ, что Ярославлю принадлежитъ другая честь, другая заслуга, хотя и менѣе важная, чѣмъ первая, однако, все-таки, заслуга почтенная предъ отечествомъ.

Разумѣемъ изданіе здѣсь, въ Ярославлѣ, перваго (по времени) русскаго провинціальнаго журнала: "Уединенный Пошехонецъ", основаннаго при Екатеринѣ II, въ 1786 г., довольно извѣстнымъ тогда труженикомъ-стихотворцемъ Василіемъ Демьяновичемъ Санковскимъ, секретаремъ приказа общественнаго призрѣнія. Благодаря ему, а также ярославскому и вологодскому намѣстнику Алексѣю Петровичу Мельгунову, -- личности исторической, игравшей особенно важную роль при Петрѣ III, -- Ярославль, первый изъ русскихъ провинціальныхъ городовъ, получилъ возможность имѣть свой печатный органъ.

Здѣсь не мѣсто говорить о достоинствахъ и недостаткахъ названнаго журнала. На него, конечно, слѣдуетъ смотрѣть ужъ никакъ не съ точки зрѣнія современной литературной критики. Такъ (скажемъ для сравненія), ни одинъ изъ нынѣшнихъ моряковъ не рѣшится хвалить или охуждать "дѣдушку русскаго флота" и дѣлать какія-либо сравненія между нимъ и настоящимъ его потомствомъ. "Уединенный Пошехонецъ" былъ "дѣдушкой" русской провинціальной печати, зародившейся въ Ярославлѣ. Вотъ и все. Этими словами ясно опредѣляется его библіографическое значеніе и право на уваженіе къ нему со стороны его многочисленнаго, хотя, къ сожалѣнію, еще слабаго и далеко не повсемѣстнаго потомства, иначе сказать -- со стороны русской провинціальной журналистики.

Думается, что она, изъ уваженія къ себѣ и къ своему отдаленному предку -- "Уединенному Пошехонцу", отпразднуетъ столѣтній юбилей его въ недалекомъ будущемъ, именно въ январѣ 1886 года.

Исполнится ли это задушевное желаніе наше, какимъ образомъ и гдѣ, мы не вѣдаемъ. Конечно, всего приличнѣе было бы отпраздновать этотъ скромный, но многознаменательный юбилей на мѣстѣ родины русской провинціальной печати, т.-е. въ Ярославлѣ, съ участіемъ представителей мѣстныхъ ученыхъ и литературныхъ силъ, а также города и земства, при добрыхъ "гостяхъ" -- иногородныхъ журналистахъ. Но, не вдаваясь въ напрасныя мечты, мы считаемъ своей обязанностью заблаговременно напомнить тѣмъ, кому вѣдать надлежитъ, т.-е. нашимъ собратамъ -- потомкамъ "Уединеннаго Пошехонца", что на всѣхъ ихъ лежитъ нравственный долгъ почтить, такъ или иначе, память перваго (по времени) провинціальнаго журналиста, Василія Демьяновича Банковскаго. Право, стыдно и грѣшно забывать нашихъ литературныхъ піонеровъ!-- Ярославцы же, если позабудутъ ихъ, совершатъ двойной грѣхъ, ибо "Уединенный Пошехонецъ", кромѣ своего библіографическаго обще-русскаго значенія, имѣетъ еще значеніе туземное, мѣстное. Въ этомъ журналѣ встрѣчается много такихъ статей, которыя и понынѣ могутъ пригодиться для исторіи и "исторической статистики" нашего ярославскаго края. Въ немъ печатались матеріалы, такъ-сказать, земскіе -- въ видѣ очерковъ всей губерніи и отдѣльныхъ ея уѣздовъ. Все это "предавалось тисненію съ указнаго дозволенія" на маленькихъ листочкахъ сѣрой бумаги... Но мы не смѣемся надъ ними; напротивъ, мы смотримъ съ невольнымъ уваженіемъ на эти сѣрые листочки, которые теперь составляютъ величайшую библіографическую рѣдкость.

Слѣдуетъ вновь воспроизвести эту рѣдкость, для того, чтобы она не исчезла окончательно, какъ исчезли, напримѣръ, для большинства любителей старины нѣкоторыя періодическія изданія Екатерининскаго времени. Если на это возразятъ намъ, что ихъ можно найти въ Императорской публичной библіотекѣ, то такое замѣчаніе въ сущности ничего не значитъ: не каждый изъ насъ,-- уважающихъ памятники литературной старины, можетъ отправиться въ означенное книгохранилище и познакомиться тамъ съ ними, болѣе или менѣе тщательнымъ образомъ. Вотъ почему русская читающая публика и отнеслась сочувственно къ трудамъ нашихъ лучшихъ библіографовъ. Разумѣемъ П. А. Ефремова, А. Н. Неустроева и покойнаго Афанасьева. Ими изданы вновь, между прочимъ: "Трутень", "Пустомеля", "живописецъ", "Кошелекъ", "Поденьщина", "С.-Петербургскія Ученыя Вѣдомости на 1777 годъ" и нѣк. др. Почти всѣ эти новыя изданія составляютъ теперь уже сами библіографическую рѣдкость.

Что касается "Уединеннаго Пошехонца", то намъ извѣстны всего лишь три-четыре экземпляра; но всѣ они неполны: утрачены не только отдѣльныя страницы, но и цѣлые нумера. Составляя свой весьма почтенный трудъ: "Историческое розысканіе о русскихъ повременныхъ изданіяхъ и сборникахъ за 1703--1803 года" (Спб., 1874), г. Неустроевъ встрѣтила, затрудненіе относительно "Уединеннаго Пошехонца", который хотя и оказался въ Императорской публичной библіотекѣ, "но, увы! (писалъ намъ г. Неустроева.) съ большими недостатками". Намъ было пріятно сдѣлать, за" этомъ случаѣ, посильную услугу почтенному библіографу {О другомъ ярославскомъ журналѣ: "Ежемѣсячное Сочиненіе" (1787 г.), служившемъ продолженіемъ "Уединеннаго Пошехонца", г. Неустроевъ замѣчаетъ, что "этого журнала ни въ одной библіографіи не значится; его не нашли мы и ни въ одной изъ петербургскихъ библіотекъ".-- Указаніе на "Ежемѣсячное Сочиненіе", съ описаніемъ его содержанія, получено г. Неустроевымъ отъ насъ же. Л. Т.}. Затѣмъ мы напечатали въ "Русскомъ Архивѣ" (1879 г.) довольно обширное изслѣдованіе объ "Уединенномъ Пошехонцѣ",-- а нынѣ заявляемъ предъ русскими читателями твердое намѣреніе издать этотъ журнала, въ непродолжительномъ времени, однако при нѣкоторыхъ (далѣе высказанныхъ) условіяхъ.

Перепечатка будетъ сдѣлана самая тщательная, изъ буквы въ букву, съ соблюденіемъ довольно-своеобразной орѳографіи этого журнала и даже съ сохраненіемъ "погрѣшностей" (опечатокъ), кромѣ лишь тѣхъ, которыя оговорены были самимъ редакторомъ его, Санковскимъ {Въ предисловіи мы помѣстимъ его біографію, основанную на рукописныхъ и печатныхъ источникахъ. Л. Т.}. Къ сожалѣнію, типографскія условія не позволятъ намъ приступить ко второму изданію въ форматѣ перваго изданія; отсюда неминуемо произойдетъ между ними разница въ страницахъ. Только въ этомъ и будетъ заключаться несходство изданій 1786 и 1883 годовъ,-- несходство, думаемъ, маловажное и способное огорчить развѣ только однихъ "отчаянныхъ библіомановъ", но ужъ никакъ не разумныхъ библіофиловъ. Между ними, какъ извѣстно, лежитъ цѣлая бездна.

Замѣтимъ еще, что для предположеннаго нами изданія мы воспользуемся экземпляромъ, который нѣкогда принадлежалъ самому редактору "Уединеннаго Пошехонца", что доказывается автографическими поправками Санковскаго {Экземпляръ этотъ потомъ принадлежалъ покойному ярославскому любителю древностей, письменныхъ и печатныхъ, купцу Егору Васильевичу Трехлѣтову, и, наконецъ, путешествуя изъ рукъ въ руки, достался намъ, по счастливой случайности, впрочемъ, за хорошую цѣну. Л. Т.}. Лучше, полнѣе этого экземпляра нигдѣ, смѣемъ предполагать, не имѣется.

Итакъ, мы высказали наше намѣреніе возсоздать "первообразъ" того журнала, отъ котораго должна вести свою генеалогію русская провинціальная журналистика. Дѣло будетъ исполнено добросовѣстно, старательно, насколько это зависитъ отъ нашего умѣнья. Тѣнь перваго журналиста-провинціала Василія Демьяновича Санковксаго не упрекнетъ насъ за торопливую, небрежную работу. Любители книжной старины, авось, также скажутъ намъ спасибо. Но вотъ роковой вопросъ: много ли ихъ у насъ въ Россіи, и поддержатъ ли они наше изданіе?-- Безъ этой же поддержки оно немыслимо. Далекіе отъ надежды на матеріальныя выгоды, мы, однакожъ, не рѣшимся дѣйствовать здѣсь на "авось". За это насъ упрекнула бы сама вышеозначенная "тѣнь", которая, будучи "плотью" въ 1786 году, по собственному ея признанію, встрѣчала множество "житейскихъ обстоятельствъ". (См. стихотвореніе Санковскаго "Охъ!" въ "Уед. Пошех.", No 9, стр. 568--577). Право, не большое будетъ удовольствіе, какъ въ матеріальномъ, такъ и въ литературномъ отношеніи, если издателю (говоримъ о себѣ) придется продать только два-три десятка книгъ, всѣ же остальные экземпляры осудить на аутода-фе, или, что нисколько не лучше, спустить ихъ въ лавочки, для завертыванія мыла и ваксы. Вовсе не желательно (да и накладно, скажемъ откровенно) уподобляться одному изъ творцовъ "одъ" Екатерининскаго времени:

...И оду ужъ его тисненью предаютъ,

И въ одѣ ужъ его намъ ваксу продаютъ...

Разсчитывать исключительно на мѣстную, ярославскую публику... нѣтъ, это слишкомъ страшно! "Никто въ своемъ отечествѣ пророкомъ не бывалъ...." Это -- горькая, но святая истина, не въ обиду будь сказано нашимъ родичамъ-туземцамъ. Остается надежда на иногородныхъ подписчиковъ, преимущественно на лицъ, болѣе или менѣе близкихъ къ провинціальной журналистикѣ. Авось хоть они-то поинтересуются узнать: "А каковъ-то былъ нашъ дѣдушка "Уединенный Пошехонецъ? А о чемъ же онъ толковалъ, и какъ толковалъ?"

...Толковалъ онъ (худо ли, хорошо ли,-- разумѣется, это иной вопросъ) весьма о многомъ. Программа его была, по тому времени, довольно обширная. Напримѣръ, въ нее входили2"достопамятныя происшествія въ здѣшней странѣ (т.-е. въ Ярославской губерніи) издревле и нынѣ". Затѣмъ былъ отдѣлъ "благотворительныхъ и человѣколюбивыхъ дѣяній, у оказанныхъ частными людьми къ общественной пользѣ". Помѣщались въ "Уединенномъ Пошехонцѣ", по примѣру тогдашнихъ столичныхъ изданій, "разныя духовныя, философическія, нравоучительныя и историческія сочиненія". Кромѣ того, въ ярославскомъ "ежемѣсячномъ сочиненіи" давалось мѣсто статьямъ, "до естественной исторіи, домоводства и до наукъ принадлежащимъ". Въ продолженіи года составилась объемистая книжка въ 782 стр., о которой и идетъ наша рѣчь.

Заключаемъ ее, эту рѣчь, слѣдующимъ предложеніемъ, обращеннымъ къ любителямъ и цѣнителямъ отечественной книжной старины:

1) Второе изданіе "Уединеннаго Пошехонца" выйдетъ въ ограниченномъ числѣ экземпляровъ: отъ 400 до 450, не болѣе. Еслибъ (сверхъ ожиданія) число пренумерантовъ оказалось больше, то и въ этомъ случаѣ мы остановимся на означенной послѣдней цифрѣ, какъ удовлетворяющей вполнѣ наши (далеко не эгоистическіе) разсчеты и въ то же время очень близкой къ количеству экземпляровъ перваго изданія названнаго журнала. Для библіографической цѣли, которую мы главнымъ образомъ имѣемъ въ виду, вовсе не требуется большаго числа пренумерантовъ.

2) Выйдетъ это изданіе въ 1883 году лишь въ томъ случаѣ, если заблаговременно (не далѣе 1-го декабря сего 1882 года) нижеподписавшійся получитъ заявленія отъ подписчиковъ (но безъ приложенія денегъ) по-крайней-мѣрѣ за 350 экземпляровъ.-- Для отвѣтовъ требуется почтовая марка.-- Получивъ къ означенному сроку упомянутыя заявленія, мы немедленно приступимъ къ печатанію, съ полной увѣренностью, что подписка состоялась, и что пренумерангы не замедлятъ высылкою денегъ, по первому нашему требованію.-- Книга выйдетъ въ мартѣ 1883 года.

3) Цѣна за экземпляръ: безъ пересылки 1 р. 75 к., съ пересылкою по почтѣ -- 2 руб. Выписывающіе болѣе трехъ экземпляровъ за пересылку не платятъ. Книгопродавцамъ, кромѣ того, дѣлается уступка отъ 10-ти до 20%, смотря по числу требуемыхъ экземпляровъ и по взаимному соглашенію, но безъ отдачи на коммиссію.

4) Адресъ: Ярославль, въ губернскую управу, въ редакцію "Вѣстника Ярославскаго Земства", Леониду Николаевичу Трефолеву.

Мы будемъ глубоко обязаны редакціямъ тѣхъ столичныхъ и провинціальныхъ изданій, которыя познакомятъ своихъ читателей съ настоящею "замѣткой". Безъ этого благосклоннаго участія она можетъ остаться гласомъ вопіющаго въ пустынѣ". Тогда, поневолѣ, придется сказать, обратившись къ "Уединенному Пошехонцу":


Спи, милый прахъ, до радостнаго утра!


Когда же засіяетъ "это радостное утро", о томъ мы скромно умалчиваемъ, но вѣримъ, что оно когда нибудь да наступитъ для правнучатъ нашего добраго, хотя наивнаго столѣтняго старца, "Уединеннаго Пошехонца", желающаго вновь выглянуть въ Ярославлѣ на божій -- земскій свѣтъ.


Л. Трефолевъ.


"Восточное Обозрѣніе", No 32, 1882