# Переписка с Вильямом Рольстоном

Иван Сергеевич Тургенев

Переписка И. С. Тургенева. В 2-х т. Т. 2.

М.: "Художественная литература", 1986.-- (Переписка русских писателей).


## И. С. ТУРГЕНЕВ И ВИЛЬЯМ РОЛЬСТОН


СОДЕРЖАНИЕ


Тургенев -- Вильяму Рольстону. 7(19) октября 1866 г. Баден-Баден

Тургенев -- Вильяму Рольстону. 22 января (3 февраля) 1869 г. Карлсруэ

Тургенев -- Вильяму Рольстону. 24 июня (6 июля) 1869 г. Баден-Баден

Тургенев и английский критик, фольклорист, историк литературы Вильям Рольстон (1828--1889) познакомились в середине 1860-х годов и до последних дней жизни русского писателя состояли в деятельной переписке. В своих "Воспоминаниях", напечатанных в лондонском журнале "Athenaeum" вскоре после смерти Тургенева (1883, 15 сентября), Рольстон писал: "Я знал его близко в течение почти пятнадцати лет. Я посещал его в Бадене, в Париже и в Буживале; я прогостил дней десять в его русском поместье в 1870 году, по раз встречался с ним в Англии, по различным поводам и в разных местах; и повсюду, во всякое время я находил его все тем же очаровательным собеседником, добрейшим и скромнейшим из людей" (И. С. Тургенев в воспоминаниях современников, т. 2. М., 1901), с. 326).

Еще в начале 1860-х годов Рольстон начал занятия русским языком, и впоследствии его научные и литературные интересы были связаны главным образом с Россией. Академик М. П. Алексеев назвал Рольстона "одним из пионеров изучения русской литературы в Англии <...>, память о котором всегда будут чтить в России" (Alexeyev M. P. William Ralston and Russian Writers of the Later Nineteenth Century.-- Oxford Slavonic papers, vol. XI, 1964, p. 83).

Имя Рольстона хорошо было известно у нас уже в 1860--1870-х годах. В периодике того времени регулярно печатались отзывы о его переводах русских писателей и о его статьях (см. об этом: Маслов В. И. Письма к Вильяму Рольстону.-- ЛА, т. 6, с. 25--26). Сам Рольстон неоднократно посещал Россию н был знаком со многими литераторами, учеными и издателями, в частности с фольклористом А. Н. Афанасьевым, с Фетом, с М. М. Стасюлевичем, состоял в переписке с Львом Толстым. Однако именно Тургенев стал одним из главных помощников Рольстона в его переводческой и научно-пропагандистской деятельности. Так, Рольстон послал в 1872 году Тургеневу корректуру книги о русских народных песнях и национальных обрядах и исправил в ней, в соответствии с рекомендациями Тургенева, все ошибки (об этом см. Письма, т. IX, с. 204--205 и примеч. на с. 539--540). Когда книга вышла в свет, Тургенев просил В. В. Стасова написать о ней рецензию для "Вестника Европы" и отозвался о работе Рольстона весьма лестно: "Составлена она (книга) очень добросовестно, по источникам, и мы, русские, обязаны всячески поощрить этот труд. Ничего подобного ни на одном европейском языке еще не являлось..." (Письма, т. IX, с. 231). Тургенев высоко оцепил также перевод "Дворянского гнезда", сделанный Рольстоном, сказав в письме к нему, что этот перевод "прекрасный, превосходный" (см. ниже).

Кик ученый-русист Рольстон завоевал известность статьями о Кольцове (1866), Островском (1869), Крылове (1869), а в 1870-е годы -- в период наивысшей творческой активности -- о Никитине, Тургеневе, Радищеве, Герцене, Писемском, Гончарове. В указанной выше статье М. П. Алексеев отмечает (см. с. 89--90), что в течение нескольких лет Рольстон занимался изучением творческой биографии Пушкина и в связи с этим специально встретился с другом поэта П. А. Вяземским.

Тургенева и Рольстона связывала не только общность литературных интересов -- и тот и другой стремились быть посредниками между западной и русской культурой,-- но и личные дружеские отношения, о чем свидетельствует характер и содержание их многолетней переписки. На изъявление "чувства дружбы" Рольстона Тургенев отвечал "полной взаимностью" (см. письмо от 24 июня (6 июля) 1869 г.) и доверием, делился с ним своими творческими замыслами. Так, Рольстон в "Воспоминаниях" рассказал о плане романа, который намеревался писать Тургенев и-который они вместе обсуждали. По словам Рольстона, этот роман "должен был иллюстрировать огромную разницу, существующую между социализмом России и социализмом Западной Европы" (И. С. Тургенев в воспоминаниях современников, т. 2, с. 329--330).

В настоящее время известны 46 писем Тургенева к Рольстону (1866--1882 гг.). Письма Рольстона к Тургеневу неизвестны. Письма Тургенева к Рольстону печатаются в переводах М. П. Алексеева.


## ТУРГЕНЕВ -- ВИЛЬЯМУ РОЛЬСТОНУ


7 (19) октября 1866. Баден-Баден


Bade.

Schillerstrasse, 277.

Vendredi, 19 oct. 66.


Monsieur,


J'ai reèu la lettre que vous avez bien voulu m'écrire 1 ainsi que le No du "Fortnightly Review" qui l'accompagnait 2. (Je vous demanderais la permission d'écrire en Franèais: je connais bien la littérature de votre pays, je parle l'anglais assez couramment, mais il me serait difficile d'c'rri-re en cette langue.) -- J'ai lu avec le plus grand intérêt votre excellent article sur Koltsoff; personnellement jo l'ai peu connu,l'ayant à peine rencontré une ou doux lois à Pétersbourg 3; mais j'ai été intimement lié avec beaucoup de ses amis, avec Bielinsky surtout, qui lui aussi mériterait qu'on le fît mieux connaître, qu'on appréciât l'influence qu'il a eue et le rôle social qu'il a joué. Koltsoff a été où vrai poète populaire, tel qu'on peut en voir dans In siècle où nous sommes -- et si c'est lui faire trop d'Iionnour que de le comparer à Burns 4, qui a une nature et une veine très autrement riches et fortes -- il ne manque pourtant pas de certains points de ressemblance avec lui -- et, il y a une. vingtaine de ses petits poèmes, qui dureraient autant quo la langue russe elle-même.

Je ne puis qu'être très heureux de voir que vous avez l'intention de répandre parmi vos compatriotes la connaissance de notre littérature. Sans parler de Gogol, je crois que les ouvrages du comte Léon Tolstoï, d'Ostrofski, de Pissemski, de Gontcharoff pourraient offrir de l'intérêt en présentant une nouvelle manière de comprendre et de rendre l'élément poétique; on ne peut nier que depuis Gogol noire littérature n'ait pris un caractère original; reste à savoir si ce caractère est assez prononcé pour arrêter l'attention des autres nations. La vôtre est celle dont l'approbation, la sympathie seraient les plus précieuses -- vous n'ignorez pas jusqu'à quel point l'influence anglaise est puissante chez nous -- et combien vos écrivains sont appréciés -- et je le répète, je ne puis qu'applaudir à votre intention et en féliciter mon pays.

Il me serait très agréable de nouer une liaison personnelle avec vous -- et je me serais volontiers mis à votre disposition pour tous les renseignements, dont vous pourriez avoir besoin. Dans tous les cas, je vous prie de compter sur moi.

J'ai l'intention de passer les mois de février, mars et avril en Russie; mais je crains bien que je n'y serai plus quand vous viendrez. Je ne doute pas de la réception amicale qui vous y attend -- et je serais heureux d'y contribuer.

J'apprends avec plaisir que le M-r Lewes, avec lequel j'ai étudié à Berlin en 1838, c'est la même personne que 1'eminent biographe de Goethe?. Je vous prie de lui présenlcr mes amitiés, et d'accepter pour vous-même l'expression de mes sentiments les plus distingués.


J. Tourgueneff.


P. S. Si vous voulez me répondre vous n'avez qu'a le faire en Anglais.

На конверте:


England

Monsieur W. R. S. Ralston,

Aide-libraire au

Musée Britannique

London


ПЕРЕВОД:


Baden-Baden,

Шиллерштрассе, 277.

Пятница, 19 окт. 66.


Милостивый государь,


Я получил письмо, которое Вы мне написали 1, а вместе с ним помер "Fortnightly Review" 2. (Я просил бы у Вас разрешения писать по-французски: я хорошо знаком с литературой Вашей страны, довольно бегло говорю по-английски, но мне было бы затруднительно писать на этом языке.) -- Я прочел с величайшим интересом Вашу превосходную craibio о Кольцове; лично я знал его мало, встречался с ним всего раз или два в Петербурге 3, но я был близок со многими его друзьями, в особенности с Белинским, который также заслуживает, чтобы его лучше знали и чтобы оказанное им влияние и его общественная роль получили должную оценку. Кольцов был подлинно народным поэтом, в той мере, как это возможно в наш век, и если для него слишком большая честь сравнение с Бернсом 4, натура и дарование которого значительно богаче и ярче,-- то у них имеются все же и черты сходства, и десятка два из его стихотворений не умрут, пока будет жив русский язык.

Я не могу не порадоваться Вашему намерению более широко знакомить Ваших соотечественников с нашей литературой. Не говоря уже о Гоголе, я полагаю, что произведения графа Льва Толстого, Островского, Писемского, Гончарова могут представить интерес, поскольку в них отразилось новое понимание поэзии и способов ее выражения; нельзя отрицать, что со времени Гоголя наша литература приобрела оригинальный характер. Остается лишь выяснить, достаточно ли отчетливо выражен этот характер, чтобы привлечь внимание других наций. Ваша нация именно та, чье одобрение и симпатия представили бы особенную ценность,-- Вы ведь знаете, насколько сильно у нас английское влияние и как ценят у нас ваших писателей; повторяю, я не могу не приветствовать Ваше намерение и радуюсь за свою страну.

Мне было бы очень приятно установить с Вами личную связь -- и я охотно предоставлю себя в Ваше распоряжение и буду сообщать Вам все те сведения, которые могли бы Вам понадобиться. Во всех случаях прошу Вас рассчитывать на меня.

Я намерен провести февраль, март и апрель в России, но опасаюсь, что Вы уже не застанете меня там, когда приедете. Я не сомневаюсь в дружеском приеме, который Вас там ожидает, и был бы счастлив в нем участвовать.

Я с удовольствием узнал, что г-н Льюис, с которым мы в 1838 г. вместе учились в Берлине, и выдающийся биограф Гете -- одно и то же лицо 5. Прошу Вас передать ему привет и одновременно принять уверение в самом высоком моем к Вам уважении.


И. Тургенев.


P. S. Если вы захотите мне ответить, можете писать по-английски.

На конверте:


Англия

Господину В. Р. С. Рольстону

помощнику библиотекаря

в Британском музее

Лондон.


Le Monde Slave, 1925, No 5. Письма, т. VI, с. 111--114.

1 Это письмо Рольстона, которым начинается многолетняя переписка его с Тургеневым, как п другие его письма, неизвестно.

2 Статья Рольстона о Кольцове "A Russian Poet", напечатанная в "Fortnightly Review" (1866, No 6, с. 272--288), была встречена сочувственно не только Тургеневым, но и английскими писателями. Так, получив от Рольстона эту статью, Диккенс писал ему 3(15) октября 1866 г.: "Прошу Вас принять мою благодарность за интересную статью о русском поэте, которую я прочел с большим удовольствием" (ЛА, т. 3, с. 365).

3 О встрече с Кольцовым весною 1838 г. Тургенев впоследствии рассказал в очерке "Литературный вечер у П. А. Плетнева" (ПСС, 2, т. 11, с. 14--17).

4 Рольстон в своей статье сопоставлял Кольцова с шотландским поэтом Робертом Бернсом. Тургенев, увлекавшийся стихотворениями Бернса в течение всей жизни, еще в 1860 г. сам собирался написать статью "Кольцов и Берне". Замысел не был осуществлен (Письма, т. IV, с. 491--492).

5 Льюис (Lewes) Джордж Генри, автор книги "Life of Goethe" ("Жизнь Гете") (1855); Тургенев встретился с ним и его женой, Джордж Элиот, в доме их общего друга В.-Г. Беллок-Холла в 1878 г. (Письма, т. XII, кн. 1, с. 367, 679).


## ТУРГЕНЕВ -- ВИЛЬЯМУ РОЛЬСТОНУ


22 января (3 февраля) 1869. Карлсруэ


Carlsruhe.

Hôtel Prinz Max.

Mercredi, 2 fév. 1869.


Cher Monsieur,


Je viens de lire avec beaucoup d'attention et le plus vif intérêt le volume sur Krilof que vous avez eu la bonté de m'envoyer 1. C'est excellent et ne laisse rien à désirer -- comme texte et publication. Nous ne parlerons pas des illustrations. Vous avez bien fait de mettre au commencement du volume les quelques lignes d'avertissement adressées aux Russes2. J'ai l'intention d'envoyer votre "Krilof" à un ami à moi à St-Pétersbourg -- pour qu'il en parle dans le "Вестник Европы" 3.

Les exemples de traductions fidèles et élégantes du russe en anglais sont trop rares pour qu'il ne faille pas appeler sur eux l'attention du public.

Je regrette beaucoup que vous n'ayez pas encore réussi à placer votre traduction de "Дворянское гнездо" '; il me serait pénible de penser que vous avez dépensé votre temps et vos soins en pure perte; et comme je ne doute pas de l'excellence de votre travail, je désire aussi, je l'avoue, avoir aux yeux de vos compatriotes, une revanche de "Smoke or Life in Baden -- Baden" i.

Recevez, s'il vous plaît, l'assurance de mes sentiments les plus affectueux,


J. Tourguéneff.


На конверте:


England.

W. Ralston, Esq-re,

London.

British Museum.


ПЕРЕВОД:


Карлсруэ.

Гостиница "Принц Макс".

Среда, 3 февр, 1869.


Сударь,


Я только что с большим вниманием и живейшим интересом прочел любезно присланный Вами том Крылова 1. Он великолепен и не оставляет желать лучшего -- ни в смысле перевода, ни с точки зрения издания, Не будем говорить об иллюстрациях, Вы хорошо сделали, поместив перед текстом несколько строк, обращенных к русским читателям 2. Собираюсь послать Вашего "Крылова" одному моему другу в С.-Петербург, чтобы он написал о нем рецензию в "Вестнике Европы" 3.

Точные и изящные переводы с русского на английский так редки, что на них необходимо обращать внимание публики.

Очень сожалею, что Вам до сих пор не удалось нигде поместить перевод "Дворянского гнезда"; 4 мне горько было бы думать, что время и все Ваши старания потрачены напрасно; и так как я совершенно ае сомневаюсь в том, что труд Ваш выполнен превосходно, я тоже хотел бы, сознаюсь в этом, взять реванш перед Вашими соотечественниками за "Smoke or Life in Baden-Baden" {"Дым, или Жизнь в Баден-Бадене" (англ.).}5.

Примите, пожалуйста, уверения в чувствах моей глубокой преданности.


И. Тургенев.


На конверте:


Англия.

В. Рольстону, эсквайру.

Лондон.

Британский музей.


Le Monde Slave, 1925, No 5. Письма, т. VII, с. 289.

1 Рольстон прислал Тургеневу подготовленную им книгу: "Krilof and his Fables" (London, 1869), в которой содержались прозаические переводы 94-х басен Крылова. Книга открывалась биографическим очерком, написанным по русским источникам; переводы басен были снабжены необходимыми пояснениями. В том же 1869 г. книга Рольстона вышла вторым изданием, а в 1871 г.-- третьим. На последнее издание книги -- дополненное новыми переводами -- Тургенев написал рецензию, опубликованную в английском журнале "The Academy" (1871, 15 July, No 28, с. 345). Автор рецензии писал: "Слова "третье издание", относящиеся к выходу басен Крылова в прекрасном переводе г. Рольстона, звучат особенно приятно для уха каждого русского, так как они показывают, что английский читатель начинает интересоваться его родной литературой, жизнью и характером его народа" (ПСС, 2, т. 10, с. 267--268).

2 Речь идет об обращении к русским читателям, которое Рольстон напечатал на отдельной ненумерованной странице перед предисловием: "Тех русских, которым попадется этот перевод уважаемого баснописца, переводчик покорнейше просит принять в соображение, что иллюстрирование книги нисколько от него не зависело". Рольстон тем самым снимал с себя ответственность за обнаруженное художниками незнание русского быта.

3 В "Вестнике Европы" обещанная рецензия не появилась. Книга Рольстона пользовалась успехом, о положительных отзывах о ней в Англии и России см. ПСС, 2, т. 10, с. 546.

4 О переводе "Дворянского гнезда", сделанном Рольстоном, см. ниже.

5 Тургенев имеет в виду английский перевод его романа "Дым". Рольстон и сам Тургенев вынуждены были выступить в английской печати с резкой критикой работы переводчика, допустившего многочисленные ошибки и искажения текста. Об этом см. Письма, т. VII, с. 246 и примеч. на с. 527--528.


## ТУРГЕНЕВ -- ВИЛЬЯМУ РОЛЬСТОНУ


24 июня (6 июля) 1869. Баден-Баден


Baden-Baden.

Thiergartenstrasse, 3.

Mardi, 6 juillet 69.


Cher Monsieur Ralston,


Je viens d'achever la lecture de "Liza" l, que j'ai reèue hier. Je vous le dis en toute sincérité: c'est -- de beaucoup -- la meilleure traduction qu'on ait faite d'un ouvrage de moi. Vous y avez mis un soin -- et je puis dire -- un amour, qui m'a vivement touché. Je vous en remercie de tout mon cœur. Si l'ouvrage n'a pas le suceès que lui promet votre amitié -- ce sera ma faute et non la vôtre. Je vous remercie aussi du sentiment amical qui vous a inspiré votre dédicace -- et je puis vous assurer que de mon côté j'y réponds pleinement 2.

Si votre éditeur le trouvait faisable, je vous serais bien reconnaissant de faire envoyer -- de ma part -- un exemplaire à M-r Charles Dickens -- un autre à M-r Th. Carlyle, et un troisième à M-r H. F. Chorley, 13, Eaton place, West, London 3.

Je n'ai trouvé en tout qu'une faute de sena -- très légère -- dans le texte -- et une dans une note:

Volume 1-er, page 221, ligne 6 -- il faut mettre l'interrogation: is it possible? is it allowable? -- au lieu de la simple affirmation. Mikhalewitch veut dire que Lavretzki n'a pas le droit -- parce qu'il a été trompé lui-même -- d'élever ce fait à une régie générale 4.

Volume 1-er, page 225. Note. Poltava n'est pas la ville d'université de la Petite Russie -- c'est Kharkoff; -- mais Poltava est comme qui dirait le centre de la Малороссия -- et c'est pour cela que Lavretzki traite son ami de Démosthène de Poltava5.

Mais vous voyez que ce sont des bagatelles; la traduction, je le répète -- est exquise, parfaite.

Je serai bien heureux de vous offrir l'hospitalité dans ma maison -- et je vous prie de m'avertir d'avance du jour de votre arrivée. En attendant je vous serre cordialement la main et vous prie de croire à la sincérité de mon amitié.


J. Tourguéneff.


P.S. L'édition en elle-même (le format, le papier, les caractères) est parfaitement réussie -- et je vous prie de faire mes compliments à M-rs Chapmane et Hall 6.


ПЕРЕВОД:


Баден-Баден.

Тиргартенштрассе, 3.

Вторник, 6 июля 69.


Любезный господин Рольстон,


Я только что закончил чтение "Лизы" 2, которую получил вчера. Скажу Вам совершенно искренне: этот перевод намного лучше всех других переводов моих произведении. Вы вложили в него много труда -- и могу сказать -- любви, которая меня весьма тронула. Благодарю Вас за это от всего сердца. Если книга не будет иметь того успеха, который Вы ей дружески сулите -- это будет моя, а но Ваша вина. Благодарю Вас также за чувство дружбы, вдохновившее Ваше посвящение -- и могу уверить Вас, что со своей стороны отвечаю на него полной взаимностью 2.

Если Ваш издатель найдет это возможным, я очень просил бы Вас распорядиться, чтобы послали -- от моего имени -- по экземпляру книги г.г.Чарлзу Диккенсу, Т. Карлейлю и Г.-Ф. Чорли, 13, Итон плейс, Запад, Лондон.

В общем я нашел только одну ошибку против смысла -- весьма незначительную -- в тексте и одну в примечании.

Том 1-й, стр. 221, строка 6 -- надо поставить вопросительную форму: is it possible? is it allowable? {возможно ли это? допустимо ли это? (англ.).} -- вместо простого утверждения. Михалевнч хочет сказать, что Лаврецкий не имеет права -- если он сам был обманут -- возводить этот факт в общее правило.

Том 1-й, стр. 225. Примечание. Полтава -- не университетский город Малороссии -- это Харьков; но Полтава, так сказать, центр Малороссии -- вот почему Лаврецкий называет своего друга полтавским Демосфеном3.

Но Вы видите, что это мелочи; перевод, повторяю, прекрасный, превосходный.

Я буду счастлив предложить Вам гостеприимство в моем доме -- и прошу Вас известить меня заранее о дне Вашего приезда. В ожидании этого жму сердечно Вашу руку и прошу верить в искренность моей дружбы.


И. Тургенее.


P. S. Издание само по себе (формат, бумага, шрифт) выполнено прекрасно -- и я прошу Вас передать мою благодарность г. г. Ченмену и Холлу 4.

Le Monde Slave, 1925, No5. Письма, т. VIII, с. 57--58.

1 Так по разрешению Тургенева был назван Рольстоном перевод романа "Дворянское гнездо" (Liza. By Ivan Turguenief. Translated from the Russian. By W. R. S. Ralston. In two volumes. London, 1869). См. также ПСС, 2, т. 6, с. 414--415.

2 Посвящая перевод романа Тургеневу, Рольстон написал: "Dedicated to the author by his friend the translator" ("Посвящено автору его другом-переводчиком").

3 Речь идет о неточностях перевода текста XXV главы романа (см. ПСС, 2, т. 6, с. 75--76 и с. 77).

4 Джон Чепмен и Самуэль Картер Холл -- лондонские издатели, выпустившие в свет "Дворянское гнездо" в переводе Рольстона.