# Письма к И. С. Тургеневу

Илья Вучетич

Тургеневский сборник. Материалы к полному собранию сочинений и писем И. С. Тургенева

М.-Л., "Наука", 1964


## ПИСЬМА К И. С. ТУРГЕНЕВУ


## ИЛЬЯ ВУЧЕТИЧ


Дошедшие до нас три письма Вучетича к Тургеневу связаны с переводом романа "Дым" на сербский язык.

Видный общественный деятель Сербии, адвокат Илья Вучетич (1844-- 1904) был в 60-х годах прошлого столетия активным участником широкого патриотического движения сербской молодежи, известного под названием "Омладенски покрет" и направленного против австро-венгерского гнета. Вучетич возглавил будапештский кружок этой организации. По его инициативе участники кружка решили издавать "Собрание избранных переводов", для которого Вучетич, тогда еще студент последнего курса юридического факультета, сделал перевод "Дыма".

Летом 1869 г. Вучетич послал свой перевод вместе с сопроводительным письмом Тургеневу в Баден-Баден (см.: М. Савиh. Д-р Илиjа Вучетиh. "Бравково коло за забаву, поуку и кньнжевност", 1607, No 24--25, стр. 712). Тургенев ответил Вучетичу благодарственным письмом от 9 (21) августа 1869 г., где отмечал, что "перевод необычайно точен и близок", благодарил своего переводчика за лестные отзывы о его "посильной" деятельности (см.: Письма, т. VIII, стр. 73). Тургенев приложил к письму свою фотографию и просил Вучетича прислать ему свою.

Так началась эта переписка, которая, по словам "Сербского литературного вестника", "может быть однажды непосредственно связала сербский парод с Тургеневым" ("Српски кньижевни гласник", Београд, 1901, No 19, стр. 238).

Об этом любопытном эпизоде русско-сербских литературных отношений второй половины XIX в. имеется довольно много упоминаний в сербской печати того времени (см.: Й. Скерлиh. Омладина и ньена кньижевност. У Београду, 1906, стр. 276--277; Maretic. LS. Turgenev u hrvatskim i srpskim prijevodima. Rad Jugoslavenske Akademije Znanosti i Umjetnosti, kn. 157, Zagreb, 1904, стр. 39--41). Ему посвящена и специальная заметка "Тургенев и его сербский переводчик" современной сербской исследовательницы Души Перович (И. С. Тургенев (1818-1883--1958). Орел, 1960, стр. 499--509). Однако приводимые здесь сведения неполны, а порой и не совсем точны.

Из писем Тургенева видно, что все они, в том числе первое его письмо от 9 (21) августа 1869 г., были ответами на письма к нему Вучетича. Следовательно, Вучетич послал Тургеневу не три, как считалось ранее, а четыре письма, из которых первое до нас не дошло.

Заслуживает внимания также вопрос о судьбе писем Тургенева. Впервые их опубликовал журнал "Явор" (Нови Сад, 1885). В следующем году Вучетич поместил их в предисловии ко второму изданию романа "Дым" на сербском языке (Дим од Ивана Тургенева. Друго издание. Нови Сад, 1886). Как указывает Д. Перович, в 1901 г. с этого издания их перепечатал петербургский "Литературный вестник", но с неточностями. Любопытное свидетельство о письмах Тургенева содержится в приписке Йована Максимовича на письме к Я. П. Полонскому в октябре 1888 г.

Видный сербский критик и переводчик, автор ряда интересных исследований о творчестве Чехова и связях сербской и русской литератур, Й. Максимович работал в 1888 г. над статьей о Тургеневе. В письме к Я. П. Полонскому Максимович просил его, как ближайшего друга Тургенева, прислать ему ряд недостающих материалов. Он просил, в частности, "Воспоминания и критические очерки" П. В. Анненкова, статьи Белинского о Тургеневе, седьмой том сочинений А. В. Дружинина, критические статьи Добролюбова о великом романисте и воспоминания самого Полонского "И. С. Тургенев у себя в его последний приезд на родину" из последних номеров журнала "Нива" за 1884 г. Со своей стороны Максимович выражал готовность прислать Полонскому "или еще кому-нибудь" имеющиеся у него письма Тургенева к "одному сербу, переводчику его романа "Дым"", из Баден-Бадена от 1869 г. (ИРЛИ, 12233. LXXб.1, л. 2).

Нет сомнения, что речь шла о письмах Тургенева к Вучетичу.

В 1894 г. увидела свет статья Максимовича "И. С. Тургенев" ("Матице Српске", 1894, св. друга, кнь. 178, стр. 33--66; св. треhа, кнь. 179, стр. 1--28), где были использованы те самые статьи Белинского, Добролюбова, Дружинина, Полонского, о которых он просил в своем письме.

Однако дальнейшая судьба писем Тургенева к Вучетичу пока остается неясной. Известно, что одно из этих писем хранится в г. Нови Сад (Югославия) и опубликовано в издании: Тургенев, Сб. (Алексеев), стр. 504--505.

Письма Вучетича представляют несомненный интерес. Они проливают свет на судьбу романа Тургенева "Дым" в Сербии и являются ярким свидетельством широкой популярности произведений "великого Руса" в сербских читательских кругах. С другой стороны, эти письма служат доказательством живого интереса Тургенева к языку и истории этого славянского народа, судьба которого продолжала волновать его еще долгое время,-- см. письмо Тургенева к 10. Вревской от 27 июля (8 августа) 1876 г., где он писал: "... и будь мне только 35, кажется, уехал бы туда" (Щукинский сб., вып. V, стр. 481).

Необходимо заметить, что о причине своего собственного интереса к "Дыму" Вучетич говорит в предисловии к первому изданию романа на сербском языке (Будапешт, 1869). Вучетич считает заслугой романа резкую критику Тургеневым русской аристократии, многие черты которой свойственны тогдашнему сербскому обществу; любовь к народу, которому Тургенев "не стесняясь указывает на недостатки". Близким и понятным Вучетичу было отношение Тургенева к будущей судьбе сербского народа, условием беспрепятственного и быстрого развития которого Тургенев считал "стремление к самосознанию, просвещение и безустанную деятельность".

Три письма Вучетича к Тургеневу в подлинниках находятся в составе той части архива писателя, которая после его смерти была вывезена из Парижа П. В. Анненковым, и хранятся в ИРЛИ (5806.ХХХб.96).


## 1


У Пешти, 3 нов. 1869 г.

Grünbaumgasse, 23.


Поштовани Господине!


Има већ скоро три месяца, како сам добио ваше драго писмо заједно са сликом вашом, што ме je врло пријатно изненадило. Извините, што вам одмах нисам могао одговорити, јер сам непре-стано све досад боловао у очима; и тек сад, кад ми je доиуштено нешто мало писати, долазим да вам се захвалим на вашој пријатељској наклоности и пажњи, коју сте ми поклонили обрадовавши ме вашим писмом и сликом.

По вашем захтевању и жељи гааљем вам и ja моју фотографску слику. Знам да ће вас занимати, кад вам речем, како je српски читалачки свет лепо примио превод вашег "Дима". Ja сам "Дим" печатао у 1000 примерака па поред свега тога што je круг српских читалаца join врло малеи, ипак су за десет дана све шьиге разграбљене и join су се јако тражили тако, да сам већ био намеравао друго издање да печатам, но у томе ми je стала на пут болеет у очима, која и сад join непршшдно траје.

Могу вас уверити, да су ваши списи код нас Срба јако омильени, и зато ћу, чим ме очи прођу и послови ми допусте, опет прихватити се, да које ваше дело на српски преведем; истина да je на српски преведено већ скоро све, што сте ви досад писали, али ja се надам, да ће ваше вешто перо скорим обрадовати читалачки свет новим каквим умотвором.

Ja вам пишем ово писмо српски, јер руски само разумем, а говорити и писати на руском језику не знам. Мислио сам да вам пишем немачки, но држао сам да не ће бити у реду, да Славени међу собом на страном језику дописују; а поштовани ваш пријатељ који вам je мој предговор превео, биће тако добар, те îie вам и ово моје писмо протумачити, на чему му ja још унапред усрдно благодарим.

Примите ердачно поздравље и уверенье мојега особитог пошто вања.


Илија Вучетић.


Перевод:


Будапешт, 3 ноября 1869 г.

Грюнбаумгассе, 23.


Милостивый государь!


Скоро будет уже три месяца, как я получил ваше любезное письмо с вашей фотографией, что меня приятно поразило. Извините, что не смог сразу же вам ответить,-- у меня все время болели глаза. Только теперь, когда мне разрешили понемногу писать, я получил возможность поблагодарить вас за дружеское расположение и внимание, которым вы меня одарили, прислав свое письмо и фотографию. По вашей просьбе и желанию и я вам посылаю свою фотографию.

Вам, вероятно, будет интересно узнать, что сербские читательские круги восторженно приняли перевод вашего "Дыма".1 Я напечатал "Дым" в тысяче экземпляров, и хотя круг сербских читателей пока очень невелик, за десять дней все книги расхватали. Поэтому я решил печатать второе издание, но мне помешала болезнь глаз, которая не прошла и до сих пор.2

Могу заверить вас, что мы, сербы, горячо любим ваши сочинения. И я намерен, как только поправятся глаза и позволят обстоятельства, заняться снова переводом какого-нибудь вашего произведения на сербский язык.3 Правда, на сербский переведено уже почти все, что вами до сих пор написано,4 но я надеюсь, что ваше вещее перо скоро порадует читательский мир новым творением.

Я пишу вам по-сербски, так как хотя и понимаю русский язык, но говорить и писать по-русски не умею. Думал написать по-немецки, но полагаю, что славянам не к лицу переписываться на иностранном языке. И пусть уважаемый ваш приятель, переводивший вам мое предисловие,6 окажет любезность перевести и это мое письмо, за что я заранее его благодарю.

Примите сердечные приветствия и уверение в особом к вам почтении.


Илья Вучетич.


1 Первый перевод романа "Дым" Вучетич издал в Будапеште в 1869 г. (Дим од Ивана Тургенева. С рускога превео Илија Вучетић. У Пешти, 1869, XVIII + 219 стр.). Из пяти переводов романа, перечисленных в статье сербского критика Т. Маретича "И. С. Тургенев в хорватских и сербских переподах" (Rad Jugoslavenske Akademije Znanosti i Umjetnosti, Zagreb, 1904, кн. 157, str. 39--41), перевод Вучетича, несмотря на ряд ошибок, назван наиболее удачным.

2 Второе издание романа Тургенева Вучетич осуществил лишь в 1886 г.

3 Замыслу Вучетича не суждено было воплотиться. Активно участвуя в борьбе своего народа против Австро-Венгрии, Вучетич больше не занимался литературной деятельностью. Однако интерес к русской литературе и, в частности, к Тургеневу он сохранил на всю жизнь. Среди книг его частично сохранившейся личной библиотеки, наряду с произведениями Тургенева на русском языке, имеется ряд сербских переводов и один венгерский перевод романа "Отцы и дети".

4 О популярности Тургенева в Сербии см. также: Г. Чуич. Русская литература на сербском языке. Опыт библиографии переводной русской литературы за период с 1860 по 1910 г. "Труды Воронежского университета", 1926, т. III, стр. 116--140; T. Maretic. Ук. соч.; Р. Лалиh. Капитању рускаго утицаја на кньижевност ерпског реализма. "Летопис Матице Српске. "Летопис Матице Српске", Београд, 1960, кть. 386, св. 2--3, стр. 155--167, и др.


## 2


У Пешти, 15 декембра 1869 г.


Поштовани Господине!


Особито ми e мило било, кад сте ме вашим драгим писмом изнена-дили; ja вам искрено благодарим на учествију, које сте ми изразили према мојој болести у очима. Сад вам могу рећи, да ми je болеет попустила и очи су ми скоро савсим здраве.

Веома сам се обрадавао, кад сам дознао, да ви хоћете да учите ерпски језик; одмах сам похитао да нотражим, може ли се гдегод добити граматика ерпског језика и лексикон за Русе, и једва јуче добио сам на моја питања одговора, да се нигде не може добити.

Молим Вас дакле да ме извините, што на ваше писмо нисам тако дуго времена одговарио: средиште наше књижевне радње je Нови Сад (Neusatz) и Београд, па сам се морао тамо обратити да се распитам за граматику и лексикон, а поштанска свеза с тим варошима je врло неуредна, нарочито сад у зиму, та због тога цела ствар тако друго времена отегла. Кад нисам могао нигде добити ерпску граматику на руском језику, ja сам набавио ову на немачком језику, коју вам овде прикључујем. Истина ова je граматика за вас мало неудесна, али так се може из ње добро научити ерпски језик, и боља je него све друге ерпске граматике, што су до сад изишле на немачком језику.

Што се тиче лексикона, то има само један српско-немачко-латински, који je добар, премда није потпун; може се добити само у Бечу, и ja сам већ тамо писао, да вам пошљу један примерак per Nachnahme, и надам се да ћете га скоро добити. У лексиконима са cрпског на други који језик ми смо врло оскудни; напротив немачко-cрпски или французко-cрпски имамо доста и добри, но такови вам не требају.

Примите уверење мога особитог уважења и оданости.

С искреним поштовањем.


Илија Вучетић.


Перевод:


Будапешт, 15 декабря

1869 г.


Милостивый государь!


Мне было очень приятно получить ваше любезное письмо;1 искренне благодарю вас за сочувствие, которое вы выразили по поводу болезни моих глаз. Сейчас могу сообщить вам, что болезнь прошла и глаза мои скоро будут совсем здоровы.

Я очень обрадовался, узнав, что вы собираетесь изучать сербский язык;2 сразу же попытался узнать, нельзя ли где-нибудь достать грамматику сербского языка и словарь для русских, и только что получил ответ, что достать их невозможно.

Итак, прошу меня извинить, что так долго не отвечал на ваше письмо. Нашими книжными центрами являются Нови Сад и Белград, и я бы мог сам узнать там относительно грамматики, но почтовая связь с этими городами очень нерегулярна, особенно зимой, и поэтому дело это так затянулось.

Не найдя сербской грамматики на русском языке, я купил грамматику на немецком, которую вам и посылаю. Правда, эта грамматика для вас мало удобна, но все же по ней можно хорошо выучить сербский язык -- она лучшая из всех сербских грамматик, изданных на немецком языке.

Что касается словаря, то имеется только сербско-немецко-латинский -- хороший, но неполный. Достать его можно только в Бече (Вене,-- Л. Р.), я туда уже написал, просил выслать вам один экземпляр per Nachnahme {наложенным платежом (нем.).} и надеюсь, что вы его скоро получите.3 Словарями с сербского языка на другие языки мы очень бедны; напротив, немецко-сербских или французско-сербских много и хороших, но они вам не нужны.

Примите уверение в моем особом уважении и преданности.

С искренним почтением.


Илья Вучетич.


1 Речь идет о письме Тургенева от 8 (20) ноября 1869 г. (Письма, т. VIII, стр. 120--121).

2 О своем намерении изучать сербский язык Тургенев писал Вучетичу в том же письме: "... мне хотелось бы узнать тот язык, на который мне делают честь переводить меня".

3 Вучетич выполнил просьбу Тургенева и послал ему сербскую грамматику Станоя Бошковича и словарь Вука Караджича. В последнем, третьем письме -- от 18 (30) января 1870 г. -- Тургенев пишет Вучетичу следующее: "Возвратившись из поездки в Париж, я нашел здесь Ваше письмо и присланный Вами сербский словарь, за который искренне благодарю Вас" (Письма, т. VIII, стр. 173).


## 3


У Пешти, 1 јануара

1870.


Поштовани Господине!


Пре неки дан добио сам ваше драго писмо, у коме ми јављате, да сте примили граматику, што сам вам je послао; а јуче сам добио сви седам књига новога издања ваших сочиненија, као што сте у поменутом писму обепали, да ћете ми их послати.

Не могу вам довољно исказати, како сам се силно обрадовао, кад сам ваше књиге примио. Заиста, то je за мене и сувише велика почаст, и ви сте ме тиме тако јако обвезали, да не знам хоћу ли икад бити у стању, да вам бар коликотолико то одужим. У тим књигама сам нашао као што сте ми ви писали, доста мени до сад непознатога; а особито сам с великом пажњом читао ваши "Литературные воспоминания". Да сам којом срећом имао ту књигу онда, кад сам писао мој предговор у преводу "Дима", много бих се могао њоме користити, јер бих овде могао са извора црпети оно, што сам тада тражио по другим страним, нарочито по немачким књигама, где сам на доста површно и оскудно наишао. Да мислим, да ћу вам се на пријатељству и љубави вашој, што сте ми овако леп поклон учинили, најбоље показати захвалан тако, ако будем из ових ваших кљига употребио оно, што јогд није на српски преведено, дапреса-дим у нашу литературу.

Истина досад бар за неко времето не ћу моћи учинити, пошто сам сада у великом послу, jep ce спремам за полагање доктората права, али колико могу поред учења мојих студија, радићу и сада; а кад будем једном ово свршио, онда ћу за цело моју реч испунити, и стараћу се, да бар у неколико одушим дуг, којим сте ме тако ?илно обвезали.

Ca срдачним поздрављем. Примите уверење мога особитог уважења и истиног поштовања.


Илиja Вучетић.


Перевод:


Будапешт, 1 января

1870


Милостивый государь!


Несколько дней тому назад я получил ваше любезное письмо, в котором вы сообщаете, что получили грамматику, посланную вам. Я уже получил все семь томов нового издания ваших сочинений,1 о чем вы писали мне в своем письме.

Не в силах выразить, как несказанно обрадовался я, получив ваши книги. Поистине, это очень большая честь для меня, и вы меня этим так сильно обязали, что не знаю -- буду ли когда-нибудь в состоянии вам в какой-то мере отплатить за это. В этих книгах я нашел, как вы верно писали, многое, мне до сих пор неизвестное; с особым вниманием читаю ваши "Литературные воспоминания".

Если бы, по счастью, я имел эту книгу тогда, когда писал свое предисловие к "Дыму", я многим бы мог воспользоваться и почерпнуть из первоисточника то, что мне пришлось искать в иностранных книгах, особенно немецких, в которых я обнаружил лишь немногие, и к тому же поверхностные сведения.2

Я полагаю, что лучшим доказательством благодарности за вашу дружбу и любовь, за то, что вы сделали мне такой подарок, будет перевод того, что еще не пересажено в нашу литературу.3

Правда, сейчас, в течение некоторого времени, я не смогу этого сделать, так как загружен работой -- готовлюсь держать экзамены на степень доктора прав.

По возможности, намерен делать это параллельно с моими занятиями, а когда закончу -- постараюсь исполнить свое слово, чтобы в какой-то мере оплатить долг, которым вы так сильно меня обязали.

С сердечным приветом. Примите уверение в моем особом уважении и истинном почтении.


Илья Вучетич.


1 Вучетич получил первые семь томов сочинений Тургенева в издании братьев Салаевых, вышедшем в 1808--1869 гг.

2 Своему первому переводу романа "Дым" Вучетич предпослал предисловие -- первую серьезную статью о Тургеневе в сербской критике. Пользуясь, главным образом, немецкими источниками (Фр. Боденштедт), а также произведениями самого Тургенева, Вучетич охарактеризовал творчество Тургенева и показал сербским читателям его подлинное значение.

3 Вучетич считал, что современная сербская литература очень бедна высокохудожественными произведениями и не удовлетворяет потребностей сербской публики. Поэтому он пришел к заключению, что "из иностранных, а главным образом из сродных нам славянских литератур, надо выбирать всё то, что в них является честным и правдивым, что нужно для нас, и это именно пересаживать в нашу литературу" (Дим од Ивана Тургенева. Друго издание. Нови Сад, 1886, стр. X).