# Путешествие на Восток Е. И. В. Государя Наследника Цесаревича 1890-91

Эспер Эсперович Ухтомский

## Путешествие на Восток Е. И. В. Государя Наследника Цесаревича 1890-91


Рецензия на книгу кн. Э. Э. Ухтомского "Путешествие на Восток Е. И. В. Государя Наследника Цесаревича 1890-91"


Это обширное издание еще не кончено, но характер его достаточно определился. Описания природы и людей на Востоке (особенно в Индии, которой посвящены 2-я и 3-я части) читаются с живым интересом. Хотя тон книги вообще слишком восторженный, и язык у автора-поэта местами чересчур цветистый, однако нельзя упрекнуть кн. Ухтомского в отсутствии трезвой наблюдательности. Так, несмотря на свое стремление всячески сближать Россию и Индию, он делает, между прочим, следующее замечание: "По возвращении в Европу большинству из нас, без сомнения, будет предлагаться довольно странный праздный вопрос, -- любят ли и ждут ли русских за Гималаями, как будто на это может существовать какой-нибудь подходящий ответ". Народы азиатского Юга и Востока, справедливо поясняет автор, "никого кроме себя, в принципе не признают и отнюдь не жаждут иноплеменного вмешательства в их судьбу; но рядом с тем нет земель на свете, где бы население легче свыкалось с событиями исторического порядка и глубже преклонялось перед совершившимся фактом". О правдивости автора свидетельствует также его описание пресловутых баядерок: "Под широким навесом-шатром, у обеденного шалэ, пестрою группою скучились "баядерки". Они еще не поют, не пляшут, неподвижно посматривают на иностранцев, лениво оправляя одежду и ожерелья; но уже от одного внешнего вида этих плясуний сколько получается недоверия к дутым восторженным отзывам туристов, сколько прозы, сколько разочарования! Невзрачные, коричневые, неуклюже затянутые в тяжелую дорогую ткань, облекающую их с ног до головы, они производят далеко не эстетическое впечатление... Фантазия художников, рисующая их воздушными, полуобнаженными видениями, здесь на месте теряет крылья, прикована к довольно отталкивающей действительности, при дисгармонии сопутствующей музыки (небольшого барабана и грубой скрипки), не видит искры огня в медленных и холодно размеренных телодвижениях каждой пляшущей девушки".

В начале "Путешествия" кн. Ухтомский нередко прерывал свою прозу звучными стихами. Жаль, что их стало меньше в последующих частях. Зато в 3-й части автор не раз возвращается к вопросам высшей политики. Неизбежная в данном случае форма беглых заметок не позволила ему, к сожалению, развить как следует свои мысли. В настоящем виде они представляются недостаточно обоснованными и не совсем согласованными между собою. Чего собственно хочет автор для народов дальнего Востока? То он желает им вполне самостоятельного развития, с устранением влияния не только западно-европейского, но и русского, то указывает на всю Азию как на такую же естественную и неизбежную добычу российской державы, какою некогда были царства казанское и астраханское. Первый взгляд весьма симпатичен и с христианской точки зрения обязателен. Без сомнения, по отношению к низшим расам мы должны держаться высшего правила: трости надломленной не сокрушать, льна курящего не угашать. Но и применяя добросовестно это правило, мы все-таки знаем, что независимо от нас надломленная трость рано или поздно сокрушится сама собою, лен курящийся сам собою угасает и пережившие остатки низших рас утратят свою отдельную индивидуальность и станут простым этнографическим материалом для будущего человечества. Вот, например, бедные лопари: никто их не теснит и не эксплуатирует, а между тем этот интересный народец с каждым годом тает как льдинка на летнем солнце. Конечно, такие громады, как Индия и Китай, нельзя причислить к вымирающим народцам, но требование для них самобытного развития без вмешательства Европы все-таки основано на недоразумении. При всех национальных отличиях у исторического прогресса есть общие условия, одинаково обязательные для каждого народа. Без науки, например, без понятия о правде общественной, о достоинстве и правах личности и т.д. невозможно никакое национальное развитие. Все эти общие условия и формы выработаны историческою активною частью человечества, которая и создала всемирную культуру, ошибочно называемую европейскою или западною {Она не есть специально-европейская, ибо в создании ее участвовали азиаты (финикияне, евреи) и африканцы (древние египтяне); она не есть исключительно западная, ибо к ней примкнула великая восточная страна -- Россия.

}. Между тем нынешние народы Востока чуждаются этих необходимых условий всякого прогресса, ибо, по словам нашего автора, они не признают ничего кроме себя самих. В особенности это должно сказать о Китае, который слишком самодоволен и самоуверен, чтобы добровольно подчиниться высшим началам культуры. В предстоящей рано или поздно борьбе Россия, как авангард всемирно-христианской цивилизации на Востоке, не имеет ни возможности, ни надобности действовать изолированно или враждебно относительно прочего христианского мира. Даже помимо высших принципов, практическая необходимость заставит нас выступить против Китая в тесном союзе с европейскими державами, особенно с Францией и Англией, коих владения примыкают к Срединной Империи. Что касается до Индии, то нам нет ни малейшего повода вытеснять оттуда уже утвердившихся там англичан, с которыми и туземцы более или менее свыклись к собственной своей пользе. Диатрибы нашего автора против английского владычества в Индии в высшей степени неубедительны. Подобные вопросы решаются не реторикой, а статистикой. То, что англичане делают для Индии -- школы, больницы, правильные суды, пробуждение общественного сознания, выражающееся в возникновении новой туземной литературы, как периодической, так и книжной -- все это доказывается цифрами, с которыми нужно считаться. Большинство индийского населения находится в бедности, -- не в такой ужасной, однако, как народные массы в "самостоятельном" Китае. Чтобы жалобы на угнетение Индии англичанами имели какой-нибудь смысл, нужно доказать, что до англичан, при туземных или при мусульманских владыках, положение народа было лучше, а этого утверждать не решается и наш автор. Конечно, английское правительство, как и всякое другое, эксплуатирует свою колонию в свою пользу, но зато англичане и делают многое для Индии, тогда как прежние тамошние правители грабили народ в десять раз больше и ничего для него не делали. Анекдоты, которыми кн. Ухтомский подкрепляет, между прочим, свой взгляд, довольно забавны, но говорят скорее против него. Таков рассказ о старухе-вдове, которую английские сборщики заподозрили в укрывательстве соли, чтобы не платить налога; в подтверждение они предъявили найденный ими у нее ящик с каким-то беловатым порошком. "Проклятые дьяволы! -- вопила старуха: -- они не только требуют моих денег, но еще хотят отнять у меня священный прах моего покойного супруга!" Жаль, конечно, что англичане не отменили соляного налога, но зато они уже отменили обычай сожигания вдов; а без вмешательства проклятых дьяволов благочестивой вдове не пришлось бы проявить похвальной привязанности к телу своего мужа: она сама волей-неволей была бы уже давно превращена в пепел.

Напрасно также автор повторяет избитые упреки англичанам за жестокости при усмирении восставших сипаев. Чтобы придать этим упрекам какое-нибудь значение (по отношению собственно к англичанам и к их владычеству в Индии), следовало бы указать хоть один пример в истории, когда подобные восстания укрощали без жестоких мер. Совершенно непонятно, почему автор видит в расстреливанье из пушек что-то более ужасное, чем в расстреливанье из ружья.

Несмотря на указанные недостатки в отдельных местах "Путешествия", оно содержит в целом много интересного и поучительного. Еще более такого содержания будет, вероятно, в дальнейших томах, когда автору придется говорить о Китае и Сибири -- странах, в которых он был уже не в первый раз.


Источник: журнал "Вестник Европы", 1894, No 9, с. 395-398.

Оригинал здесь -- http://www.archipelag.ru/geopolitics/nasledie/east/journey/