# Скалы Финского залива

Йосеф Юлиус Векселль

("Минуя бурун и смерть, мы плывем...")

## Юлиус Векселль. (1838 - 1907)


## Скалы Финского залива


Минуя бурун и смерть, мы плывем;

Волна шипит и ревет,

И буря в диком танце своем,

Качаясь, канаты рвет,

Прикован к утесам родной страны

Завороженный взгляд,

Блаженной тоскою сердца полны,

И снова глаза блестят.

Ты видишь скалы - финский гранит?

Там круче водоворот;

Там глыба за глыбой в пене стоит;

На камне - мох не растет;

И с грустью утесы на нас глядят;

Ты хочешь в последний раз

Послушать, что скалы в тоске твердят,

Безрадостный их рассказ?

По зову Вяйно из этих вод

Реки серебро разлилось;

С цветами, солнцем, песней встает

Суоми в венках берез.

Там синих озер золотой отлив,

Там сосны глядят во тьму,

Там улыбается каждый риф

Создателю своему.

О девушке юной грезит цветок:

"Мы будем вместе расти!

Я б на груди ее нежной мог

Раскрыться и отцвести!

Я отдал бы блеск свой и аромат,

Весенние краски роз,

И венчик и слезы, что в нем дрожат,

Я в дар бы деве принес".

"О юное племя, приди! - сосна

Взывает с высоких круч. -

Поборемся! Крона моя стройна,

И тонкий мой ствол могуч!"

Береза: "Деревья чтит человек.

И ветви склонила б я

Над хижиной мирной, застыв навек

Вблизи воды и жилья".

Вздыхает серебряной грудью залив

В пылающих берегах:

"А мне бы влюбленных, от мира скрыв,

На сильных качать руках!

Плеснув серебром и луга создав,

Я б золото нив отразил,

Я в памяти зелень прибрежных трав

Любовно бы сохранил!"

"Набухли на лбу моем, - молвит утес, -

Узоры железных жил.

Я людям бы тайный мой клад принес,

К порогам хижин сложил

И знал, что защитником их слыву.

О, если б, воздвигнув храм,

Вершиной могучей уйти в синеву,

Поднять бы людей к богам!"

Но, в тяжкие думы свои погружен,

В слезах Вяйнемяйнен стоит,

И судьбы по звездам читает он

И горестно говорит:

"Здесь гордые будут сердца гореть,

Но участь твоя темна,

И страшно в грядущее мне смотреть,

Возлюбленная страна!

О береге юном твои мечты,

Ты, дева, из волн встаешь,

Но завтра в оковах проснешься ты

И так на века замрешь.

Веками ты будешь свободы ждать,

Дремать и не видеть снов,

Но сладко утешишься ты, о мать,

Любовью своих сынов!

Не лучше ль тому, кто, из волн восстав,

Трепещет, предчувствий полн,

Вернуться, безвестную смерть избрав,

Навеки в объятья волн?"

Но сосны покорны своей судьбе,

Озера, хмурясь, молчат,

Лишь вздыбились скалы и в страстной мольбе

Упрямо Вяйно кричат:

"Так брось же нас в бездну, в пучину вод,

В объятья гневной волны!

Пускай нас безвестная участь ждет,

Без трав, цветов и весны.

Незыблем, незыблем наш гордый покой!

Мы, вольные, будем стоять,

Но биться и пениться будет прибой,

Пожаром белым пылать!"

Пустынны утесы и холодны

В венце серебряных вод.

Свободна спокойная гладь волны,

И вольно бурун ревет.

Как поле ночное, уныл гранит -

Ни хижины, ни берез...

Что ж! Слезы не хлынут, не обагрит

Безвинная кровь утес.

Ведь никогда не касался враг,

Суоми, твоей груди,

Тебе незнакомы ни боль, ни страх,

Но счастья нет впереди.

И чужеземец с мечом в руке

На берег твой не вступал,

Но к небу никто не взывал в тоске,

Никто здесь любви не знал.

Ты, глядя в синюю бездну вод,

Лишь сумрак видишь воды,

Ты видишь, глядя на небосвод,

Лишь призрачный свет звезды.

Веками пусть будет кипеть волна,

К утесам твоим припав...

О славься, Суоми, моя страна,

Такую судьбу избрав!

Перевод Веры Френкель.

Исходник здесь: http://vekperevoda.com/1900/vfrenkel.htm