# Новая трагедия Отелло или Венециянской Мавр

Иван Александрович Вельяминов

-- Новая трагедія Отелло или Венеціянской Мавръ, съ недавняго времени играемая Россійскими актерами, написана подражаніемъ Шекспиру и Дюсису, образцамъ столь извѣстнымъ на театрѣ, что весьма бы не къ стати было объ нихъ здѣсь распространяться.-- Отелло, спаситель Венеціанской республики, влюбляется въ Эдельмону дочь Брабанціо знатнаго вельможи и Сенатора, соблазняетъ ее и хочетъ вступить съ нею въ законной бракъ. Брабанціо, старецъ почитающій свято добродѣтель и честь свою, терзается, видя родъ свой посрамленнымъ страстію его дочери къ Отелло. Ни воинскіе подвиги сего героя, ни спасенье имъ отечества Брабанціева, -- ничто не сильно укротить гнѣва огорченнаго родителя. Онъ принуждаетъ дочь вытти за Кассіо, молодаго знатной фамиліи человѣка. Не смотря на таковыя преграды Эдельмона остается вѣрною Отеллу, но вмѣстѣ и покорною хотя по принужденію, воли родителя. Отелло ускоряетъ свое соединеніе съ Эдельмоною. Но коварство Пезарра ложнаго его друга, внушаетъ ему подозрѣніе, что Эдельмона любитъ Кассіо; всѣ представленныя Пезарромъ доказательства подтверждаютъ сіе; разъяренный Мавръ требуетъ оправданія отъ любовницы. Ея отвѣты не удовлетворяютъ Отелла; и онъ ее умерщвляетъ. Послѣ сего немедленно узнаетъ, что Эдельмона безвинно оклеветана Пезарромъ, и самъ себя умерщвляетъ. Разборъ сей трагедіи требовалъ бы больше мѣста, нежели сколько издатель можетъ здѣсь опредѣлить для него; а еще бы больше времени, чтобъ съ основательностію дать объ ней свое мнѣніе; совсѣмъ тѣмъ, обязанностію поставляетъ сказать то, что могъ онъ замѣтить въ одинъ разѣ при ея представленіи. Не нужно бы кажется было Отелло, дикаго Мавра, и слѣдовательно съ дикими и порывными страстями, заставлять долго требовать отчета отъ Эдельмоны въ поступкахъ, доказывающихъ ея измѣну, при самой развязкѣ. Ему бы надлежало вдругъ увидѣвъ ее, пронзить грудь ея. Характеры Брабранціо и Пезарра весьма сильны; языкъ Русской чистъ и текучъ. Актеры разыгрываютъ сію трагедію удачно. Только зрители съ тончайшею разборчивостію желали бы, чтобы г. Яковлевъ прибавилъ что нибудь еще къ славѣ своей, которую по многимъ отношеніямъ онъ заслуживаетъ. Сожалѣютъ, что онъ, особливо въ первыхъ дѣйствіяхъ, произношеніе имѣетъ протяжное. Преодолѣвъ сей недостатокъ, онъ довольно придастъ блеску своимъ дарованіямъ.


"Лицей", 1806, ч. 4, кн. 3