# Пыпин А. Н

Семен Афанасьевич Венгеров

Оригинал здесь - http://www.rulex.ru/01160762.htm


Пыпин (Александр Николаевич) - известный исследователь русской литературы и общественности. Родился в 1833 году в Саратове, в дворянской семье. Учился в саратовской гимназии, в Казанском (первый курс) и Санкт-Петербургском университетах, где окончил курс в 1853 году кандидатом историко-филологического факультета. Еще студентом напечатал свой первый труд - "Словарь к новгородской летописи", в "Сборнике Академии Наук" (1852, No 3). Это было участие в работе над словарем древнего русского языка, предпринятой И.И. Срезневским, и где другими участниками были Н.Г. Чернышевский, П.А. Лавровский и др. Первой журнальной статьей Пыпина было исследование о драматурге XVIII века Лукине ("Отечественные Записки", 1853 год; повторено при собрании соч. Лукина и Ельчанинова , Санкт-Петербург, 1868); это был отрывок из его кандидатской диссертации. С тех пор он принимал довольно деятельное участие в "Отечественных Записках" рецензиями и статьями по истории литературы. Сосредоточив свои занятия на древней русской повести, Пыпин в 1857 году защитил магистерскую диссертацию "Очерк литературной истории старинных повестей и сказок русских". Здесь впервые дана история русской повести, начиная с заимствований из византийских и южнославянских источников и кончая повестями, сложившимися под западным влиянием, и первыми попытками оригинальной бытовой повести XVII века. Автор пользовался рукописными сборниками Публичной библиотеки и Румянцевского музея, в то время еще мало известными. Некоторые старинные повести впервые исследованы Пыпиным, а некоторые ("Девгениево Деяние", "Повесть о Горе-злосчастии") даже впервые открыты им при изучении сборников. "Очерк" Пыпина составил эпоху в области разработки истории русский повести. Дальнейшие работы в этой области весьма расширили изучение предмета, но труд Пыпина был исходным пунктом для новых исследователей. В 1858 году Пыпин был послан на два года за границу для приготовление к кафедре истории европейских литератур. Во время этого путешествия он побывал, между прочим, и в славянских землях (2 путевых очерка - "Из Венеции" и "Из Флоренции" появились в "Современнике" в 1859 году). По возвращении он был назначен исполняющим должность экстраординарного профессора и в 1860/61 учебном году читал лекции по истории провансальской и средневековой французской литературы. В ноябре 1861 года он подал в отставку (одновременно с Кавелиным, Спасовичем, Стасюлевичем и Борисом Утиным), вследствие нарушения нормальной жизни университета после студенческих волнений, вызванных введением новых правил (матрикул) и обязательного для всех студентов взноса за слушание лекций. С 1863 года Пыпин принял ближайшее участие в "Современнике". Он был членом редакции журнала, а несколько позднее (с 1865 года до приостановки в 1866 году) - ответственным редактором его (вместе с Некрасовым). К началу 60-х годов относятся работы Пыпина над апокрифами, на которые он один из первых русских ученых обратил внимание. Плодом изучения их явилось издание "Ложных и отреченных книг русской старины" (1861), в III т. "Памятников старинной русской литературы". Объяснение к изданию помещены в "Русском Слове" 1862 года, а исследование о древней статье о книгах истинных и ложных напечатаны в "Летописи занятий Археографической Комиссии" (1862, вып. 1). Этим закончились научные работы Пыпина в области старой русской письменности, к которым он только мимоходом вернулся в 80-х годах, издав книжки: "Сводный старообрядческий Синодик" (Санкт-Петербург, 1883), "Из истории народной повести" (Санкт-Петербург, 1887), "Для любителей книжной старины" (Москва, 1888) и "Подделки рукописей и народных песен" (Санкт-Петербург, 1898). С середины 60-х годов, и особенно после закрытия "Современника", Пыпин некоторое время усердно занялся переводческой деятельностью. Частью под его редакцией, частью в его переводе появились историко-литературные и исторические сочинения Шерра, Геттнера, Дрэпера, Лекки, Тэна, Рохау, Бентама. Вместе с М.А. Антоновичем он перевел "Историю индуктивных наук" Уэвеля. В 90-х годах под редакцией Пыпина вышли "История немецкой литературы" Шерера и "Искусство с точки зрения социологии" Гюйо. В 1865 году вышел первоначально составлявший дополнение к "Всеобщей истории литературы" Шерра, совместный труд Пыпина и В.Д. Спасовича (последнему принадлежит очерк истории польской литературы), "Обзор истории славянских литератур". В 1874-1881 гг. эта книга появилась 2-м изданием в значительно переработанном и расширенном виде, под заглавием "История славянских литератур". Этот капитальный труд (переведен на немецкий, чешский и французский языки), представляющий собой единственное до сих пор обстоятельное изложение судеб тысячелетней истории литературы западных и южных славян, чрезвычайно замечателен не только как свод того, что сделано в области изучения духовной жизни славянства, но и по истинно научному методу своему. В то время как значительная часть наших славистов, охотно называя себя в теории славянофилами, в действительности впадает в русофильство и крайне одностороннее навязывание всему славянству одной веры и одного "общеславянского" (а на самом деле византийского) миросозерцания, Пыпин относится с величайшим уважением и с полной терпимостью к духовному складу каждой из отдельных славянских народностей. Он является решительным противником поглощения одной народности другой и исходит из идеала совместного развития общечеловеческой культуры и национальных индивидуальностей. С основанием "Вестника Европы" Пыпин (с 1867 года) становится одним из главнейших и виднейших деятелей его, и как член редакции журнала, и как самый плодовитый сотрудник журнала. В редкой книжке, на всем протяжении более чем 30-летнего существования "Вестника Европы", нет одной или нескольких статей Пыпина. Значительная часть этих статей, в переработанном виде, вошла в состав отдельно изданных сочинений Пыпина: "Общественное движение в России при Александре I" (Санкт-Петербург, 1871; 2-е изд., 1885), "Характеристики литературных мнений от 1820 до 50-х годов" (Санкт-Петербург, 2-е изд., 1890), "Белинский, его жизнь и переписка" (Санкт-Петербург, 1876), "История русской этнографии" (4 т., Санкт-Петербург, 1890-91), "История русской литературы" (Санкт-Петербург, 1898; пока вышло 3 т., всех будет 4). Особо издан, в виде рукописи и в небольшом числе экземпляров, "Хронологический указатель русских лож, от первого введения масонства до запрещения его" (Санкт-Петербург, 1873). Из статей Пыпина в "Вестнике Европы", не вошедших в отдельные сочинения, более замечательны: "Русское масонство в XVIII веке" (1867, т. II - IV), "Русское масонство до Новикова" (1868, No 6 и 7), "Крылов и Радищев" (1868, No 5), "Феофан Прокопович и его противники" (1869, ┼ 6), "Панславизм в прошлом и настоящем" (1878, No 9-12), "Литературный панславизм" (1879, No 6, 8, 9), "Польский вопрос в русской литературе" (1880, No 2, 4, 5, 10, 11), "История текста сочинений Пушкина" (1887, No 2), "Новые объяснения Пушкина" (1887, No 8, 9), "Обзор русских изучений славянства" (1889, No 4-6), "Идеализм М.Е. Салтыкова" (1889, No 6), "Русское славяноведение в XIX ст." (1889, No 7-9), "Журнальная деятельность М.Е. Салтыкова" (1889, No 10-12), "Литературные воспоминания" и "Переписка" (1890, No 10-12), "Гердер" (1890, No 3 и 4), "Новые данные о славянских делах" (1893, No 6-8). Ряд статей и заметок по поводу текущих явлений литературной жизни напечатан Пыпиным в литературных обозрениях "Вестника Европы". Все перечисленные труды Пыпина являются ценным вкладом в нашу литературу. "Общественное движение при Александре I" богато новыми материалами и впервые дало цельную картину эпохи, до того известной по отрывочным данным и официально-безличным документам. Здесь ярко обрисована смена светлых надежд начала Александровского времени реакционно-пиэтическими стремлениями эпохи баронессы Крюденер, князя Голицына и Аракчеева . В начале 1870-х годов Академия Наук избрала Пыпина своим сочленом по кафедре русской истории. Но вследствие энергического противодействия тогдашнего министра народного просвещения графа Д.А. Толстого - противодействия, доведенного до высших сфер, - утверждение замедлилось, и Пыпин, чтобы прекратить неловкое положение учреждения, отказался от избрания. "Характеристики литературных мнений от двадцатых до пятидесятых годов" представляют собой историю русских литературно-общественных направлений. Поэтому здесь рассмотрены, главным образом, представители нашей теоретической мысли: безусловные апологеты русского государственного уклада, затем Чаадаев, славянофилы, Белинский. Из художников автор анализирует только деятельность Жуковского, Пушкина и Гоголя, но не с точки зрения эстетической, а со стороны их общественно-политических взглядов. Заслугой "Характеристик" является систематизация славянофильского учения и освещение теории "официальной народности". Этот термин создан Пыпиным и утвердился в нашей исторической литературе для определения ведущей свое начало от министра народного просвещения Уварова теории полной обособленности России, составляющей как бы особую часть света, к которой совершенно неприложимы требования и стремления европейской жизни и которая сильна неподвижностью основ своего государственного строя. Главное возражение, которое автор противопоставляет односторонностям славянофильства и теории "официальной народности", заключается в том, что "национальность, как стихия историческая, способна к видоизменению и усовершенствованию, и в этом именно возможность и надежда национального успеха". При неподвижности основ Россия не заимствовала бы из Византии христианства, а московское самодержавие не сменило бы собой удельно-вечевой быт. Биография Белинского, по частям печатавшаяся в "Вестнике Европы" 1874-1875 гг., в свое время привлекла к себе чрезвычайное внимание. Она дает подробные и совершенно новые сведения не только о самом Белинском, но и друзьях его - Станкевиче, Вас. Боткине, Герцене, Бакунине и многих других, извлеченные из их переписки, впервые здесь обнародованной. Разыскание и систематизация переписки Белинского составляют крупную заслугу перед историей русской литературы. Письма Белинского, разысканные Пыпиным, вводили в мир небывалой душевной красоты и произвели сильное впечатление. Все знали до сих пор Белинского-критика, теперь же вырисовался такой лучезарный образ человека-борца за свои идеи, который нельзя было не полюбить даже больше Белинского-писателя. Создалось мнение, что Белинский разысканных Пыпиным писем, свободно отразившийся здесь во всей чистоте и идеальности своего высокого духа, едва ли не ценнее, чем в своих статьях, где его стесняли условия печати того времени. - "История русской этнографии" дает гораздо больше своего специального заглавия. Автор включает в свой поражающий эрудицией труд не только этнографов в узком смысле этого слова, но и всех исследователей русского народного творчества - Сахарова, Буслаева, Афанасьева, Веселовского и др., и даже всех теоретиков вопроса о народности, вплоть до публицистов-"народников" 80-х и 90-х годов, вроде покойного Каблица-Юзова . В соединении с тем, что здесь даны обстоятельные биографии и характеристики длинного ряда русских ученых и публицистов, труд Пыпина является одним из самых капитальных историко-литературных пособий наших. В "Истории русской литературы" нет обычного в сочинениях подобного рода повествовательного элемента. Краткие биографические данные приведены только в примечаниях к отдельным главам. Задача сочинения - отметить главные литературные течения. Заслуга его в том, что это первый свод огромного количества специальных исследований последних 20 - 30 лет, часто не приходящих ни к каким общим выводам. Пыпин интересуется только общими контурами, общей картиной хода русской литературы, впервые здесь представленной с такой рельефностью. Многое, ускользавшее от внимания специальных исследований, углублявшихся в детали, здесь выдвинуто на первый план. Такова, например, в III т. картина умственного возбуждения в Москве накануне Петровской реформы, показывающая, что эта реформа вовсе не была резким переломом, что она представляет собой только эффектное завершение целого ряда подготовительных попыток. Каждого из 7 капитальных сочинений Пыпина, в совокупности составляющих 15 томов (собранные вместе журнальные статьи Пыпина составят не меньшее количество томов), было бы совершенно достаточно, чтобы обеспечить ему очень видное место в истории русской учености. Принадлежность же всех этих сочинений, столь высоко авторитетных, одному лицу представляет собой явление почти беспримерное в нашем ученом мире. Вот почему общественное мнение, без различия направлений, с особым сочувствием встретило в конце 1897 года известие, что Академия Наук, по прошествии 26 лет, снова избрала Пыпина своим сочленом. На этот раз избрание Пыпина ординарным академиком (отделение русского языка и словесности) получило утверждение. Умер в 1904 году. С. Венгеров.