# Русская поэзия. Собрание произведений русских поэтов...

Семен Афанасьевич Венгеров

Разсказы Онорэ Бальзака. Томъ I. Пер. Ел. Вл. Штейнъ. С.-Петербургъ, 1894. Изд. М. М. Ледерле (Моя библіотека). Бальзакъ принадлежитъ къ числу тѣхъ великихъ писателей, слава которыхъ переходить изъ поколѣнія въ поколѣніе, какъ нѣчто прочно установленное, между тѣмъ какъ ихъ произведенія читаются гораздо меньше смѣняющимися похотѣніями. Бальзакъ, вмѣстѣ съ Стендалемъ и Жоржъ Зандъ создали современный французскій романъ, и изъ нихъ наибольшее количество послѣдователей и учениковъ имѣлъ первый. Флоберъ, Гонкуры, Мопассанъ и Зола -- чтобы не называть никого, кромѣ главнѣйшихъ -- прямые преемники реалистическаго метода Бальзака; но, заимствовавъ у своего учителя сущность его пріемовъ въ изученіи живой дѣйствительности, они разработали и усовершенствовали внѣшнюю форму романа; ихъ произведенія хотя и не достигаютъ, за немногими исключеніями, глубины знанія жизни и философскаго ея пониманія, обнаруживаемаго Бальзакомъ, но они болѣе цѣльны въ художественномъ отношеніи, болѣе совершенны по стилю и, быть можетъ, уступая Бальзаку въ мѣткости и силѣ создаваемыхъ типовъ и характеровъ, болѣе тонко отражаютъ настроенія своей эпохи. Этотъ разработанный видъ реалистическаго романа вытѣснилъ у массы читающей публики произведенія Бальзака, соединяющія съ своими непревзойденными качествами трудности всякаго первоисточника. Послѣ художественной прозы Флобера, послѣ "модернизма" Гонкуровъ и Мопассана и драматичности въ изложеніи "злобы дня" у Зола, романы Бальзака производятъ впечатлѣніе геніальныхъ въ своемъ родѣ историческихъ хроникъ, знатоки и любители читаютъ ихъ съ наслажденіемъ, находя въ нихъ неистощимые кладези мудрости и ума, но громадное большинство читателей предпочитаетъ знакомиться съ тѣмъ или другимъ періодомъ исторіи по сочиненіямъ Момсена, Ранке, Грива и т. п. Установившійся среди читающей публики предразсудокъ, что романъ долженъ служить для отдохновенія отъ серьезной работы, менѣе всего оправдывается на Бальзакѣ; нужно всесторонне обнять идеи, руководившія романистомъ въ общей серіи его произведеній, чтобы находить удовольствіе въ чтеніи отдѣльныхъ его романовъ, которые въ противномъ случаѣ кажутся переполненными ненужными подробностями и длиннотами и часто незаконченными въ характеристикахъ дѣйствующихъ лицъ. Въ общей же своей сложности, произведенія Бальзака поражаютъ колоссальностью задачи, взятой на себя и геніально выполненной этимъ "Тацитомъ первой половины XIX в.", какъ удачно называетъ Бальзака одинъ критикъ. Шестьдесятъ томиковъ "Человѣческой комедіи" (Comédie Humaine) Бальзака обнимаютъ всѣ стороны французской жизни, начиная съ переживаній Наполеоновской эпохи и до революціи 1848 года. Жизнь Парижа и провинціи, аристократіи и мелкой буржуазіи, военной, свѣтской и никому невѣдомой захолустной жизни, типы, которые создаетъ лихорадочная жизнь Парижа и мелкая, нея поглощенная скопидомствомъ жизнь провинціи, благородныя и низкія, но грандіозныя по своимъ размѣрамъ страсти, крайнее честолюбіе и безграничная скупость, любовь во всѣхъ ея геройскихъ и низменныхъ проявленіяхъ, исключительныя души и мелкія будничныя существованія-все это живетъ полной, разнообразной жизнью въ цѣломъ мірѣ, созданномъ неистощимой фантазіей художника; въ воспроизведеніи этого міра тонкій наблюдатель, отъ котораго не ускользаетъ ни одна черточка въ жизни и характерѣ людей его времени, превращается въ моралиста и философа, полнаго идеалистическихъ стремленій и вѣры въ человѣка, несмотря на то, что онъ безпощадно обличаетъ его пороки и падшую нравственность времени. Въ этой яркой, разнообразной и переложенной необозримой сѣтью инцидентовъ картинѣ полувѣка каждый романъ играетъ лишь роль отдѣльнаго звѣна въ цѣпи; одни и тѣ же лица встрѣчаются въ разныхъ книгахъ, освѣщающихъ ту или другую сторону ихъ существованія, одна и та же страсть освѣщается во всѣхъ своихъ хорошихъ и пагубныхъ проявленіяхъ въ разныхъ романахъ. Любовь является трогательной въ этюдахъ о молодыхъ, неиспорченныхъ натурахъ, какъ въ "Albert Savarus", "Madame Firmiani", мощной и трагической въ "Eugenie Grandet", и, наконецъ, порочной и низменной въ атмосферѣ парижскихъ нравовъ, описанныхъ въ "Parents pauvres", "Etude de femme", "La femme de 30 ans". Семейная жизнь освѣщена съ своей свѣтлой стороны въ "Paix de ménage", съ печальной стороны своего паденія въ большинствѣ романовъ изъ серіи "Парижской жизни". Такъ же подробно Бальзакъ входитъ въ анализъ политическихъ и соціальныхъ типовъ своей эпохи. "Père Goriot", "César Birotteau" и др. открываютъ предъ нами скрытыя пружины общественной жизни, въ которыхъ личныя страсти играютъ такую громадную роль, а погоня за деньгами составляетъ основной мотивъ всѣхъ поступковъ. И на ряду съ этимъ отъ времени до времени Бальзакъ останавливается на одиночныхъ фигурахъ мечтателей-идеалистовъ, дополняющихъ галлерею "комедіантовъ жизни" печальнымъ образомъ зрителя, которому чужды страсти большинства актеровъ и который полонъ инстинктивныхъ, но безпомощныхъ порывовъ къ иной, болѣе высокой жизни. "Louis Lambert", "Chez d'oeuvre inconnu", "Seraphita" свидѣтельствуютъ объ элементѣ идеализма, не чуждаго мистицизму въ авторѣ "Comédie Humaine", и только тотъ, кто прослѣдилъ за совокупностью сдѣланныхъ Бальзакомъ анализовъ человѣческой натуры во всей ея потенціальности, сможетъ понять и оцѣнить обширность его ума и глубину его таланта, какъ психолога и романиста.

Въ переводѣ разсказовъ Бальзака на русскій языкъ, г-жа Штейнъ остановилась въ I томѣ (надѣемся, что за нимъ послѣдуютъ другіе) на нѣсколькихъ изъ наиболѣе замѣчательныхъ разсказовъ серіи "Картинъ частной и провинціальной жизни". "Полковникъ Шаберъ", вышедшій въ 1832 г., принадлежитъ къ самымъ удачнымъ картинамъ изъ судейскаго міра, изображаемаго Бальзакомъ съ особымъ проникновеніемъ во всѣ его подробности. Романистъ имѣлъ въ теченіи своей жизни печальную необходимость близко познакомиться съ міромъ дѣльцовъ, адвокатовъ, судей и разныхъ темныхъ существованій, гнѣздящихся вокругъ дѣловыхъ людей въ закоулкахъ трибуналовъ. Извѣстно, что Бальзакъ былъ самъ подверженъ бичуемой имъ въ другихъ страсти къ наживѣ; вѣчно борясь съ нуждой, онъ вѣчно мечталъ о "милліонѣ" и пускался въ цѣлый рядъ спекуляцій, одна непрактичнѣе другой, разоряясь въ конецъ и создавая вокругъ себя цѣлое полчище кредиторовъ, отъ которыхъ ему приходилось скрываться; неоплатные долги заставляли его работать, не покладая рукъ, надъ своими романами, и, сдѣлавшись самъ жертвой погони за деньгами, онъ постигъ ихъ значеніе въ современной жизни; отсюда роль, которую денежные вопросы играютъ въ романахъ Бальзака, и отсюда также разнообразіе выводимыхъ имъ судейскихъ типовъ и ихъ жертвъ.

Между этими типами нѣтъ болѣе трагической и трогательной фигуры, чѣмъ полковникъ Шаберъ, прославленный герой Эйлаускаго сраженія, спасшійся чудеснымъ образомъ послѣ дня, проведеннаго среди сваленныхъ въ кучу труповъ. Вернувшись въ Парижъ, гдѣ его мнимая вдова уже вышла замужъ, Шаберъ обиваетъ пороги у адвокатовъ, чтобы возстановить свою гражданскую личность и вернуть состояніе и жену, которую онъ любитъ, несмотря на ея очевидное вѣроломство. Мытарства несчастнаго героя, униженія, черезъ которыя онъ проходитъ, очевидныя доказательства обмана жены -- все это превращаетъ мало-по-малу блестящаго героя, баловня военной славы, въ полуидіотическаго обитателя богадѣльни для нищихъ стариковъ въ Бисетрѣ. Это превращеніе разсказано съ простотой и жизненностью, придающей фигурѣ Шабера размѣры эпическаго героя на почвѣ событій нашего вѣка; неподражаемое изображеніе адвокатской конторы, бездѣльничающихъ и насмѣшливыхъ клерковъ и т. д. составляетъ жизненно комическій фонъ трагической картины и дополняетъ торжество реализма въ художественномъ творчествѣ.

Два другіе разсказа, помѣщенные въ русскомъ изданіи, тоже представляютъ большой художественный интересъ, какъ краткіе этюды исключительныхъ натуръ и необыкновенныхъ, но возможныхъ положеній въ жизни. Въ "Фачино Кане" обрисована стихійная страсть къ золоту у дошедшаго до нищенства потомка знатнаго венеціанскаго рода,-- страсть, переживающая всѣ остальныя и остающаяся такой же властной и безразсудной въ слѣпомъ старикѣ, какъ и въ нѣкогда блестящемъ, полномъ любви и радости жизни юношѣ. Очень любопытенъ коротенькій очеркъ "Миньона", въ которомъ граница между граціозной, привязавшейся къ человѣку съ непобѣдимой силой и нѣжностью, пантерой и соотвѣтствующимъ ей женскимъ типомъ кажется едва замѣтной.

Русскій переводъ разсказовъ Бальзака снабженъ предисловіемъ г. Вл. Штейна, обнаруживающимъ близкое знакомство съ Бальзакомъ и обширной литературой его біографовъ и критиковъ. Такого рода предисловія къ сочиненіямъ классическихъ писателей составляютъ весьма желательное нововведеніе въ популярныхъ русскихъ изданіяхъ. Въ предисловіи г. Штейна читатель, интересующійся Бальзакомъ, найдетъ не только кратко составленный біографическій очеркъ, но и очень цѣнныя указанія на литературу о Бальзакѣ и оцѣнку отдѣльныхъ критическихъ книгъ.


"Міръ Божій", No 8, 1895