# Новый быт

Евгений Венский

## Евгений Венский


## Новый быт


Евгений Венский. Рассказы

Юмористическая иллюстрированная библиотека журнала "Смехач", No 27


I

Интродукция


Были речи злы и колки, автогенно пылок спор. Грызлись крепко, словно волки, и пыхтели; что мотор. Раскалились до предела... Псой Лукич гремел, как гром. Теща коброю шипела, "баба" выла осетром... Подвывал новорожденный, выли кот и фоксик Дик. Целый дом, с ума сведенный, был свиреп, жесток и дик...

Псой Лукич, стуча ладонью, декларировал, бася:

Баста! Кончить антимонью! Я решил,-- и сказка -- вся! Будет назван сын по моде, сообразно нашим дням, и назвать в духовном роде, хоть подохну,-- а не дам!..

-- Изверг!.. Турок!.. Зверь!.. Отступник!-- ныла теща в спазмах мук.

-- Басурманец!.. Зверь!.. Преступник!..-- выла "баба" с ломом рук.-- Пес!.. Язычник!.. Запияли!..

-- Продал бога и христа!..

-- Цыц!.. Молчать!.. Чего пристали в роде банного листа!

Дик сердился, кот мяукал, выли теща и жена, Псой Лукич десницей стукал, имитируя слона...


II

Первый акт драмы


За столом, среди гостиной, развалился, точно граф, весь покрытый паутиной, Нестор Фавстович замзав. Слева сел тяжелой глыбой делопуг Евул Космич; справа схож с акулой рыбой, помзамзав Еразм Фокич. Домна Провна, Марфа Псовна, врид-начканц тов. Сыч, акушерка Сара Львовна, и завхоз, Сысой Ильич; и игуменья Маненефа (змий плюс голубь -- баба жох), на крестинах в сане шефа, села в круге выпивох.

Тары, бары, растабары, пыл речей, и жестов жар, кулебяки, самовары, водка, пиво, пот и пар... Всяк политик, всяк филосов; закусили удила, разобрали тьму вопросов, все текущие дела. Недойдя-ж вплотную к сути о названии юнца, -- закрутились в дикой смуте без начал и без конца.

-- Как отец и на платформе, то желаю, чтобы он по советской полной форме был по моде наречен. Я служу-с, -- мой чин не важен,-- значит, надо потрафлять: оным верность мы докажем и лойяльность, так сказать... Нужно-с имя-с, и такое, чтобы всем шибало в нос!

И мгновенно громче втрое отовсюду понеслось:

-- Предлагаю "Красным Кимом"!..

-- Звать "Спартаком"!..

-- "Врид"!..

-- "Доклад"!..

-- "Елевсиппом"!..

-- "Серафимом"!..

-- Назовем его "Марат"!..

-- Звать "Рабкором"!..

-- От рабкори все и так кругом больны...

-- "Пленум"!..

-- Ставка в Госсоре!..

-- "Зав"!..

-- "Замзав"!..

-- "Цветок страны"!..

-- "Калькуляцией"!..

-- "Налогом"!..

-- Извините, я же мать: мне придется перед богом за "налоги" отвечать...

-- Ничего,-- отныне вздором признается оный бог!

-- Так "Барбосом" иль "Трезором" сделай сына, чтоб ты сдох!..

Шип, истерика, рыданье, звон стаканов, тьма имен, плач невинного созданья и "очковой тещи" стон...


III

Красные октябрины


Вдоль по улице Марата, мостовою, как сандвич, горделиво, франтовато выступает Псой Лукич, в сюртуке, и с красным бантом, и портфелем, и зонтом, на фуражке с красным кантом, и с солидным животом.

Сзади Псоя "половина",-- с горем в розовых очах,-- в Загс несет бедняжку сына на трепещущих руках...

Дальше теща... В теще -- муки. Из-под губ блистает клык. В глазках пламя, в спазмах -- руки, в горле клокот, в глотке рык...

Следом -- нянька с "годовалым", Домна с кухни, Домнин сват, путч собак, бегущих валом, стая нищих и ребят...

Псой Лукич идет от Загс'а. Что ни шаг, триумф и блеф.

-- Псой Лукич, как назван плакса?

-- Кто у сына крестный шеф?

-- Да неужто-ж не крестили?!..

-- Новый быт,-- так "сам суди"!..

-- Ежель имя в новом стиле,-- сокращения не жди!..

Псой Лукич с фасоном постным сокращает баса прыть:

-- Сам-с директор шефом крестным у меня изволит быть. Сам-с и имя выбрал сыну, сам-с его изобретал, намекнул: де -- не премину посетить крестинный бал...

Что ни шаг,-- привет и шпилька, зависть, злоба, смех и спич...

-- Вот те -- "дурень"! Вот те -- "филька"! Браво!.. Браво, Псой Лукич!

-- С этим самым новым бытом в гору двинет, с... с...

-- Кто и что ни говори там,-- доберется до вершин!..

Псой Лукич сияет солнцем...

-- Как зовут?..

Гудит народ.

-- А зовут его "Червонцем"!!!

-- Верррно!.. Пусть его растет!..


IV

Махинации


У игуменьи Манефы незавидный аппетит: с'ест штуфаты, супы, бефы, отдохнет и покряхтит, чаю меньше самовара испила на этот раз, покряхтела, как мажара, и делами занялась.

С запеленутым "Червошкой" вышла тайно через сад и скользнула ловкой кошкой к храму Спаса в аккурат.

Тихий шопот... Тихий шорох...

-- Червячка-то, хорошо-б...

С благочестием во взорах начал службу старый поп. Дьяк и сторож честно пели, мать Манефа пела то-ж, а "Червошка" из купели поднял форменный дебош...

То ли был он старым бытом недоволен и пищал, то-ль родился басовитым и октаву углублял, то-ли просто без привычки выл и ныл на голоса,-- факт на бочке: от водички совершились чудеса.

Пусть дивятся все и всякий:

Из "Червошки" в пять минут вышел правильный Акакий...

...Тут и повести кепут!..


V

"Увы и Ах!.." -- сказал Сирах...


Но пред тем, как ставить точку, след прибавить десять строк, чтобы выложить на бочку заключение я мог.

Жизнь блудлива, точно кошка, и насмешливей... меня... Впрочем, рос да рос "Червошка", так сказать, по курсу дня. Псой Лукич, его папаша, где-то, что-то, как-то "взял" и, когда вскипела каша, гепеукая, взывал:

-- Как-же так, друзья, просите? Я с ума и с толку сбит! Я воспитан в старом быте, но стоял за новый быт... Видит бог, я предан жарко!.. Я клянусь!..

Но... (жуткий быт!) Псой упал, как франк иль марка, на неведомый гранит. Выпил горюшка до донца Псой, честнейшая душа...

А от бедного "Червонца" не осталось ни гроша... Как Митрошку, как Антошку, в городишке там и тут, злые мальчики "Червошку" Какакашкою зовут...