# Барклай де Толли. Некоторые эпизоды его жизни

Константин Александрович Висковатов

(По воспоминаниям Александра Леонтьевича Майера).

1812 год в воспоминаниях современников

М.: Наука, 1995.


## К.А. Висковатов. "Барклай де Толли. Некоторые эпизоды его жизни (По воспоминаниям Александра Леонтьевича Майера)". [1870-е годы]


Константин Александрович Висковатов (ум. в 1906), сын военного историка А.В. Висковатова. В 1857 г. окончил Александровский лицей. С 1858 г.-- на службе в Государственной канцелярии, занимал должности помощника статс-секретаря Государственного совета и управляющего архивом Государственной канцелярии. В 1879 г. в чине действительного статского советника вышел в отставку (Памятная книжка императорского Александровского Лицея на 1880 год. СПб., 1880. С. 91; Государственная канцелярия 1810-1910. СПб., 1910. С. 9; Саитов В.И. Петербургский некрополь. СПб., 1912. Т. 1. С. 43). В 1870-1880-х годах К.А. Висковатов сотрудничал в "Русской старине" М.И. Семевского, помещая здесь разного рода исторические материалы по XVIII -- первой половине XIX в., извлеченные главным образом из богатейшего архива его отца (Рус. старина. 1876. No 5. С. 176-190; 1879. No 11. С. 359-360; 1892. No 6. С. 592).

Публикуемый в настоящем издании мемуарный очерк представляет собой, как видно из текста, запись К.А. Висковатовым устных воспоминаний А.Л. Майера (1791-1864). А.Л. Майер был сыном давнего друга М.Б. Барклая де Толли -- Л.Л. Майера (ум. в 1845 г.), участвовавшего с ним еще в 1798--1799 гг. в войне с Турцией, в том числе и в штурме Очакова. А.Л. Майер, служивший с 1806 г. в Коллегии иностранных дел, с назначением Барклая де Толли военным министром 20 февраля 1810 г. был прикомандирован к нему "для особых поручений" и исполнял обязанности переводчика, в 1812 г. в чине коллежского асессора состоял экспедитором Особенной канцелярии военного министра и вместе с тем дипломатическим чиновником канцелярии главнокомандующего 1-й Западной армии, сопровождая его в походах и сражениях Отечественной войны и в кампании 1813 г. Впоследствии А.Л. Майер вспоминал, что в 1810-1813 гг. ежедневно видел Барклая де Толли (ОРРГБ. Ф. 53. Карт. 1-доп. No20. Л. 97). Неотлучно находясь эти годы при нем, А.Л. Майер пользовался его неограниченным расположением. Свидетельством их тесных отношений являются доверительные по тону письма Барклая де Толли к А.Л. Майеру (от 16 ноября 1812 г. и 15 января 1814 г.), в которых полководец откровенно делился с ним своими переживаниями и обращался к нему с личными просьбами (Рус. старина. 1888. No 10. С. 263-265). После войны А.Л. Майер был начальником архива Инженерного департамента, в 1826 г. определен в Собственную е.и.в. канцелярию, в 1834 г. в чине действительного статского советника причислен к Военному министерству и состоял по инспекторской части Инженерного корпуса, с 1853 г.-- тайный советник. Со второй половины 1830-х годов А.Л. Майер занимался архивными разысканиями и подготовкой трудов по военной истории России и строительству Петербурга в начале XVIII в. По официальным данным Военного министерства, А.Л. Майер исключен из списков умершим 2 августа 1864 г. (Столетие Военного министерства. 1802-1902. СПб., 1909. Т. III, отд. 5. С. 55-- 56).

Рассказы А.Л. Майера о М.Б. Барклае де Толли К.А. Висковатов слышал еще, видимо, в годы молодости, при жизни своего отца А.В. Висковатова, умершего 1 февраля 1858 г. А.В. Висковатов, живо интересовавшийся фигурой Барклая де Толли и много сделавший для увековечения его памяти, несомненно, был хорошо знаком с А.Л. Майером и использовал в своих исторических трудах полученные от него сведения. Во всяком случае, в составленном А.В. Висковатовым для издания "Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814 и 1815 гг. Военная галерея Зимнего дворца" (СПб., 1849. Т. V) жизнеописании Барклая де Толли, которое по полноте и богатству фактических данных и до сих пор остается лучшей его биографией, явственно отразились рассказы А.Л. Майера, зафиксированные и в публикуемом в настоящем издании мемуарном очерке. Например, явно навеяно воспоминаниями А.Л. Майера описание А.В. Висковатовым неприязненной встречи Барклая де Толли в Зимнем дворце в декабре 1812 г. (Указ. соч. С. 75). После же выхода в свет этого издания отдельный оттиск биографии Барклая де Толли с вклеенными в него чистыми листами был передан А.В. Висковатовым А.Л. Майеру, который собственноручно внес сюда интереснейшие дополнения и уточнения (основанные в значительном степени на собственных припоминаниях) относительно отдельных эпизодов жизни и боевой деятельности Барклая де Толли, истории его рода, роли, сыгранной им в Отечественной войне, ближайших сотрудников его штаба в 1812-1813 гг. и т.д. (Экземпляр этого оттиска с маргиналиями А.Л. Майера, хранившийся в библиотеке А.В. Висковатова, находится ныне среди бумаг его архива -- ОРРГБ. Ф. 53. Карт. 1 доп. No 20. Л. 3 и об., 5, 7 об., 9 об., 21 об., 39 об., 65 об., 71 об., 73 и об., 75 об., 89, 97 и об.).

Трудно сказать, записывал ли К. А. Висковатов рассказы А.Л. Майера тогда же, еще в 1850-х годах. Но дошедший до нас текст их записи -- более позднего происхождения. Он был оформлен спустя ряд лет после кончины А.Л. Майера (иначе К.А. Висковатов не запамятовал бы так сильно время его смерти, указав 1850-е годы вместо 1864 г.), скорее всего, в 1870-х годах, когда К.А. Висковатов наиболее активно сотрудничал с редакцией журнала "Русская старина", для публикации в котором и предназначалась его запись.

Текст записи -- писарский, с подписью-автографом К.А. Висковатова. Название на л. 1 "Барклай де Толли. Некоторые эпизоды из его жизни" с подзаголовком "(По воспоминаниям Александра Леонтьевича Майера)" написано карандашом рукой неустановленного лица. Рукопись хранится в архиве "Русской старины" в РО ИРЛИ, где находятся и другие подготовленные К.А. Висковатовым к печати исторические документы и заметки, также не появившиеся на страницах журнала (Ф. 265. Оп. 2. Д. 2917, 3537, 3539-3541).

Публикуемая запись, ранее не известная в исторической литературе, интересна не только передачей со слов А.Л. Майера отдельных штрихов той критической для Барклая де Толли ситуации, которая сложилась в 1812 г. как в период его пребывания на посту главнокомандующего 1-й Западной армией, так и после отъезда из Тарутино. Ценность записи и в том, что в ней с редкой для других мемуарных источников на данную тему остротой запечатлены собственные свидетельства полководца о его душевном состоянии и реакции на несправедливые обвинения в его адрес в пору Отечественной войны.


-----


Умерший в 1850-х годах, состоявший при военном министре тайный советник Александр Леонтьевич Майер, будучи еще в молодых летах, находился при Барклае де Толли. Занимая должность экспедитора Особенной канцелярии военного министра и главнокомандующего 1-й армиею, он сопровождал Барклая де Толли в течение всей кампании 1812-го г. Состоя при нем безотлучно и ежедневно обедая с ним во время походов, Майер часто имел случай быть свидетелем тех неприятностей, которые так долго огорчали Барклая и которые имели последствием удаление его из армии.

Несмотря на молодость свою, Майер находился постоянно в самых дружеских отношениях с Барклаем. Эти отношения сохранились и до самой его смерти. Майер из глубокого уважения к памяти Барклая неохотно говорил об этом времени, так как сам покойный фельдмаршал не любил вспоминать о нем. Поэтому сведения о Барклае, сообщенные Майером, весьма не богаты, но есть которые дошли до нас, ввиду самых близких отношений, существовавших между этими двумя лицами, не лишены интереса.

Вот что говорит Майер.

Фельдмаршал часто в пылу преданности часто говорил ему о всех интригах, против него направленных во время нахождения его в армии в 1812-м г., в особенности со стороны Ермолова, много содействовавшего к удалению его из армии. Кутузов также не благоволил Барклаю; нерасположение его доходило до того, что он не считал нужным сообщать главнокомандующему 1-ю армиею о своих распоряжениях. Подобные случаи повторялись неоднократно, но Барклай старался не замечать их и всегда, с врожденным ему хладнокровием, умел скрывать свою скорбь. Вообще, он не любил в разговорах своих касаться этого предмета, но из рассказов его всегда было видно, что он неохотно расставался с армиею, не из честолюбия, но желая кончить жизнь честным солдатом. Если бы он, сдавая начальство Кутузову, не остался главнокомандующим 1-й армией, но состоял бы при ней в качестве волонтера или простого зрителя, то он не переменил бы участь. Барклай искал смерти, и самое войско, отзывавшееся весьма невыгодно о нем до Бородинского сражения, видя его геройское самоотвержение, питало к нему впоследствии особое благоволение.

Оставив армию, Барклай поселился в своем Лифляндском имении Бекгоф. Прибыв по вызову императора Александра в Петербург, он жил в квартире Майера, не имея при себе никого, кроме доктора Баталина. 2-го декабря Барклай де Толли поехал на выход во дворец. Императора Александра Павловича уже не было в столице. Из дворян никто не обращал на него внимания до той минуты, когда государыня императрица Елизавета Алексеевна, остановив свиту, изволила иметь с ним очень длинный разговор, после чего вдруг нашлись со всех сторон друзья и доброжелатели. Несмотря на большое хладнокровие и умение владеть собою, происшествие это его сильно потрясло, и он слег. Поправившись, он поехал вслед за государем.

Вот что передает Майер.

Однажды бригадирша Фермелеен {Бригадирша Фермелеен была родною сестрою матери Барклая де Толли, урожденная Смиттен. Она усыновила Барклая. (Прим. авт.)} прогуливалась по Петербургу в карете с 3-летним Барклаем. Мальчик, прикоснувшись к дверцам кареты, которая отворилась, выпал. В это время мимо проезжает кн. Потемкин. Увидев вывалившегося из кареты ребенка, князь вышел из экипажа, поднял его и, найдя его совершенно невредимым, передал его г-же Фермелеен, сказав: "Этот ребенок будет великим мужем".


К. Висковатов


## Примечания


РО ИРЛИ. Ф. 265 ("Русская старина"). Оп. 2. Д. 123. Л. 1-2 об.