# Стихотворения

Петр Андреевич Вяземский

Гусь и Змея

Стол и Репа

Собака

Волк и Пастухи

Пастух и Овца

Юпитер, Феб и Мом

Калиф и Дервиш. Восточный аполог

На П. И. Голенищева-Кутузова

"Моей рукой ты ранен был слегка..."

Уездный врач

"Бесславье примыкает к славе..."

"С ним звездословию нетрудно научиться..."

Ответ Фонвизина

"Стихов моих давно ты слышать хочешь..."

"Беда нам!- говорит Арист..."

"Несчастный муж! Он, право, жалок мне!.."

Из Ж.-Б. Руссо

К портрету молчаливого

"Ты говоришь, что мучусь над стихом..."

"Критон, услужливый в душе..."

"Красавица она, я знаю, и поэт!.."

"Труды ума ты моего исчисли..."

"В жару холодного витийства..."

"Вот враль! подобного ему не знаю чуда!.."

"Скажите: отчего иной так в душу вьется..."

"Недаром наш должник слывет и краснобаем..."

"Приятель мой, к тому ж рифмач, стихов тетрадью..."

"Неглупо сказано: пожалуй, я Брызгалов..."

О наших нигилистах

На А. И. Герцена

"Скользя налево и направо..."

"Он общим мненьем был разбит на обе корки..."

"Как ни хвали его усердный круг друзей..."

На приезд словен в Россию

"Географический вопрос решите ж, братцы!.."

"Идти своим путем свободно..."

"Предаться хочешь ли покою..."

"Журнал он держит монтаньярский..."

На А. Н. Пыпина

"Талант он свой зарыл в "Дворянское гнездо"..."

"Всех повестей его герои плоховаты..."

"Тупые колкости твои..."

На А. Н. Пыпина и Н. И. Костомарова

Плутарх навыворот

"Художник Бурнашев - не Пыпин ли второй?.."

На В. П. Бурнашева

"Разнесся слух про новую потерю..."

Объяснение и разрешение восточного вопроса

"Де Пуле, Де Пуле..."

"Всех образчиков, всех красок..."

"Либерал, чинов поклонник..."

"В трех строках его вся повесть..."

Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание

Л., "Советский писатель", 1977

Русская басня. XVIII--XIX веков


## П. А. Вяземский


467. Гусь и Змея

469. Стол и Репа

470. Собака

472. Волк и Пастухи

473. Пастух и Овца

474. Юпитер, Феб и Мом

475. Калиф и Дервиш. Восточный аполог


## 467. ГУСЬ И ЗМЕЯ


"Ну был ли кто когда

Щедрее наделен меня рукой природы? --

Кричал спесивый Гусь на береге пруда. --

Покорны и земля, и воздух мне, и воды,

Всё делаю, что б я ни захотел;

Препятствий нет моей непостоянной воле!

Наскучил плавать? Полетел.

Наскучилось летать? Прогуливаюсь в поле".

-- "К чему изволишь, Гусь, так величать себя? --

С насмешкой хвастуну Змея,

Подкравшись, просвистала.--

Оленьего, мой друг, в тебе проворства нет,

С полетом сокола не равен твой полет;

А щука о тебе на дне и не слыхала!

Итак, советую смирнехонько сидеть.

И милости твоей я доложу: не трудно

На всё кидаться безрассудно,

Но трудно в чем-нибудь успеть".

Поэт! Нет-нет! Рифмач! Наш трагик, наш сатирик,

Наш баснослов, наш лирик,

Назвать тебя остерегусь,

Но на ухо тебе шепну: ты тот же Гусь!

<1815>


## 469. СТОЛ И РЕПА


Кичлива Репища сидела на столе,

Как будто сосна на земле,

И, осклабляя рыло

И возвеличившись, Столу так говорила:

"Послушай, Стол,

По милости моей ты стал теперь престол;

Сойду, так будешь пешкой".

А Стол ей отвечал с усмешкой:

"В тебе от гордости дух сперт;

Пожалуйста, ты не бочись, как Ферт:

Как скушают тебя, так подадут десерт".

Так думает гордец надутый,

Что общества он честь и витязь пресловутый,

1817


## 470. СОБАКА


Легавая в болоте

Увязла на охоте

И думает себе: "Ну, если б здесь был мост,

Я прямо пробежала

И со стыдом бы здесь в грязи не утопала,

Не грызли б мне лягушки хвост".

Хоть у собаки ум и прост,

Но в этом случае не так-то глупо судит.

Вдруг издали плывет бревно.

Одно

Оно

Надежду на душе Легавой будит.

Великий аргумент: авось.

И говорит себе Легавая: "Небось".

Приближилась к бревну и вот уж поравнялась;

Собака кое-как уж на него взобралась

И села попросту верхом.

Потом

Собака сделалась гребцом:

Гребет, гребет не веслами, ногами,

И не поет, как вечерами

Поют матросы на Неве

Иль матушке Москве,

А просто лает,

Но к берегу, однак, счастливо приплывает.

Учитель лучший нам нужда.

Приди беда:

И всякая собака --

Не хуже Телемака.

1817


## 472. ВОЛК И ПАСТУХИ


Волк вздумал добрым и смиренным быть.

Злодеям мудрено любить, --

Не спорю, но прошу прослушать

С терпеньем мой рассказ.

Каким-то случаем, в какой-то добрый час

Привыкший Волк овец, ягнят невинных кушать

Задумался и говорит:

"Кому не сделал я обид?

Я -- общий враг, меня за дело проклинают;

Все гибели моей желают:

Псари, собаки, пастухи.

Давно за тяжкие грехи

Изгнали нас из Альбиона.

Жизнь волчья -- сущий ад. Не лучше ль наконец

Муравку мне щипать и не душить овец?

Утешно ль быть виной несчастия и стона?" --

Сказал смиренник наш, и видит пастухов,

Сидящих вкруг огня под рослыми дубами.

Волк тихими шагами

Подходит. Ужин был готов.

Барашек жареный, растерзанный на части,

Приятной пищею хозяевам служил.

"И у людей такие ж страсти! --

Прожора закричал. -- Напрасно я грустил,

Напрасно в постники хотел я записаться;

Стад караульщики изволят забавляться

Не хуже нас, волков.

К чему мне быть смирней и лучше пастухов?

Овечки милые! я с вами расставаться

Теперь, поверьте мне, не буду никогда.

Прошу пожаловать сюда!"

Волк прав, и, несмотря на все людские толки,

Мы точно те же волки.

<1821>


## 473. ПАСТУХ И ОВЦА


Пастух стриг шерсть с Овцы и говорил ей так:

"Ну, может ли меня отец нежней быть к дочке?

День целый от тебя не отхожу на шаг;

Признайся, что на свет ты родилась в сорочке!

Кормлю тебя, пою, от Волка берегу,

А подрастет ли шерсть, всё я ж тебя стригу".

-- "Чем мне воздать тебе, о добрый пастырь стада? --

Под острием Овца смиренно говорит. --

За все твои труды Зевес тебе награда.

А из чего, позволь спросить, тулуп твой сшит?"

<1821>


## 474. ЮПИТЕР, ФЕБ И МОМ


Давно у нас пословица твердится,

Что дело мастера боится.

Я басенкой хочу напомнить вам о том.

Отец всех стиходеев в свете,

Кудрявый Феб слывет в божественном совете

Отличнейшим из всех богов певцом.

Но как-то Зевс, с рождения хвастливый,

Однажды вздумал горделиво,

Что лучше он споет, -- и вызвал Феба в бой.

"Увидим, -- он сказал, -- над чьей главой счастливой

Возвысится венец!" Мом избран судией

И, выслушав их терпеливо,

Короткий суд дает:

"Пускай Зевес гремит, а Аполлон поет!"

Смысл басни справедлив, и вопреки -- ни слова;

Но, посмеявшися, друзья, на Зевсов счет,

Не представляю ль вам Зевеса я другого,

Пускаясь в мастерство Крылова?

1822


## 475. КАЛИФ И ДЕРВИШ


Восточный аполог


Однажды утренней порой

Калиф роскошный и надменный,

Толпою всадников отвсюду окруженный,

На колеснице золотой

Скакал в окрестности из пышного Багдада;

Там зрелся древний храм, там падшая ограда,

Там груда камней вкруг разбросанных лежит,

И с сребровидными власами,

С челом нахмуренным, с поникшими очами,

Между обломками столетний муж сидит.

Калиф лишь бросил взор -- и далее помчался.--

Встречаем всюду с торжеством,

Он мнил на свете быть не смертным -- божеством!

И вечером уже в Багдад свой возвращался.

И видит тот же храм, и тот же старец был,

И так же старец сей свой мрачный вид хранил.

Калиф, сим зрелищем невольно изумленный,

Свой путь остановил.

"Зачем, скажи, ты здесь? -- он старца вопросил.--

Один, в безмолвии, и думой отягченный?..

Но что я зрю? В руках своих

Ты держишь череп -- образ тленья!"

-- "Так, он, -- сей старец рек, -- причина размышленья

И горестный предмет столь мрачных дум моих!

Я здесь его нашел и угадать стараюсь,

Чей был он: дервиша ль иль первого в царях?

Гляжу... В догадках лишь теряюсь...

Не узнаю никак... Один ничтожный прах!"

Калиф в молчании от старца удалился,

И после, так как слух носился,

Он верил иногда, влача в шуму свой век,

Что он, хотя калиф, однако ж человек.

<1823>


## ПРИМЕЧАНИЯ


Петр Андреевич Вяземский (1792--1878), друг А. С. Пушкина, известный поэт, имя которого связано с важнейшими эпохами культурной жизни России XIX столетия, никогда не имел репутации баснописца в прямом смысле этого слова. Многочисленные обращения Вяземского к жанру басни были в глазах современников заслонены его лирикой, сатирами, эпиграммами. Между тем эти произведения тесно связаны с общей эволюцией басни и критической полемикой вокруг этого жанра. Теоретические представления Вяземского о басне нашли отражение в статье "Известие о жизни и сочинениях И. И. Дмитриева" (1823), имевшей шумный литературный резонанс, поскольку в ней в острой форме проводилось сравнение манеры двух крупнейших современных баснописцев -- Дмитриева и Крылова. Ироническому литературному рассказу Дмитриева Вяземский отдал предпочтение перед бытовой, диалогичной и просторечной басней Крылова. Такая точка зрения (хотя Вяземский и признавал огромный талант Крылова) была обусловлена культурно-бытовыми связями Вяземского с кругом Карамзина -- Дмитриева, его участием в борьбе с архаической "Беседой любителей русского слова", членом которой был Крылов; не последнюю роль сыграли здесь вольтерьянство и общественный либерализм Вяземского, усилившиеся в годы работы над статьей. В поэзии Дмитриева его привлекало также доведенное до совершенства изящество "среднего слога", культивировавшееся и в "Арзамасе". Свои первые басни -- пародии на басни Д. И. Хвостова -- Вяземский написал в 1816 г. для чтения на шуточных собраниях этого литературного общества сторонников Карамзина. В них осмеивалась воскрешенная Хвостовым поэтика сумароковской притчи. Во время цензурных гонений эпохи министерства А. Н. Голицына (1818-- 1824) Вяземский напечатал ряд аллюзионных басен, иносказательной формой вуалируя намеки на современные события. Не без влияния примера И. И. Дмитриева он позднее создает цикл коротких философских апологов. Использовал Вяземский басню и как оружие литературной сатиры, в частности, в борьбе с Ф. В. Булгариным. Он был одним из ранних переводчиков и пропагандистов польской басни в России. "Полное собрание сочинений" Вяземского, подготовленное на основе его богатейшего архива, вышло в 1878--1896 гг.

467. "Российский музеум", 1815, ч. 4, с. 225. На сюжет басни испанского баснописца Т. Ириарте (1750--1791) "El pato y la serpiente", заимствованной Вяземским из французского издания басен в переводе П.-М. Ломанди (1804), где она носила загл. "Le serpent et l'oie" (см.: "Пушкинский сборник", вып. 2, Рига, 1974, с. 121). Басня направлена против Хвостова, гордившегося тем, что он трудится равно во всех родах поэзии. В анонимной современной эпиграмме ему дана сходная характеристика: "Наш Русский Буало, Корнель и Флакк, И баснослов, и драматург, и лирик..." ("Эпиграмма и сатира. Из истории литературной борьбы XIX века", т. 1. М.-- Л., 1931, с. 174).

469. "Записные книжки (1813--1848)", М., 1963, с. 12. Басня принадлежит к циклу пародий на притчи Д. И. Хвостова, написанному для литературного общества "Арзамас". Пожалуйста, ты не бочись, как Ферт! По словам А. П. Сумарокова, М. В. Ломоносов в "Российской грамматике" выказал предпочтение ферту ("Ф") перед фитой ("Ѳ"), так как "ета литера стоит подпершися, и следовательно, бодряе" (Соч., т. 10, М., 1782, с. 9).

470. Там же, с. И. Великий аргумент: авось. В кругу Вяземского слово "авось" обыгрывалось как своего рода национальный символ; Л. С. Пушкин назвал его "народным шиболетом" в связи с упоминанием шуточных стихов И. М. Долгорукова "Авось".

472. "Новое собрание образцовых сочинений и переводов в стихах. ..", ч. 2, СПб., 1821, с. 132. На сюжет басни Лафонтена "Le loup et le berger". Изгнали нас из Альбиона. Начало полному уничтожению волков в Англии было положено еще в 961 г. при короле Эдуарде.

473. СО, 1821, No 50, с. 178. На сюжет басни польского поэта И. Красицкого (1735--1801) "Owieczka".

474. Полн. собр. соч., 1880, т. 3, с. 280, где воспроизведено по рукописному сб. Вяземского, содержащему произведения 1822 г.

475. "Дамский журнал", 1823, ч. 2, с. 133.


## Русская эпиграмма второй половины XVII -- начала XX в.


## П. А. Вяземский


## 822. <НА П. И. ГОЛЕНИЩЕВА-КУТУЗОВА>


Один Фаон, лесбосская певица,

Тебе враждой путь к морю проложил;

Другой Фаон, по смерти твой убийца,

Тебя в стихах водяных потопил.

1810-е годы


## 829. "Моей рукой ты ранен был слегка..."


Моей рукой ты ранен был слегка,

Дружок! тебе остаться бы при этом;

Но вздумал ты почтить меня ответом --

Зарезала тебя твоя рука.

<1815>


## 832. УЕЗДНЫЙ ВРАЧ


Уездный врач Пахом в часы свободы

От должности убийственной своей

С недавних пор пустился в переводы.

Пахом! Дивлюсь я твердости твоей:

Иль мало перевел в уезде ты людей?

<1815>


## 851. "Бесславье примыкает к славе..."


Бесславье примыкает к славе.

Друг Вяземский, ты на мель сел:

В Москве умно ты врать умел,

Умей умно молчать в Варшаве.

1818


## 855. "С ним звездословию нетрудно научиться..."


"С ним звездословию нетрудно научиться,

Честей им крайняя достигнута межа.

До этих почестей как мог он дослужиться?"

-- "А очень просто: не служа".

1810-е годы


## 860. ОТВЕТ ФОНВИЗИНА


Тупой остряк и приторный шутник,

Прославленный толпы минутным шумом,

Проговорясь -- знать, враг ему язык, --

Фонвизина назвал Минервы кумом.

"Зачем же нет? -- смеясь, сказал ему

У русских муз Теренция наместник.--

Быть может, в ней и нажил я куму,

Но поручусь, что был не ты наш крестник!"

<1820>


## 862. "Стихов моих давно ты слышать хочешь..."


Стихов моих давно ты слышать хочешь.

Догадлив я! Благодарю за честь!

Признайся: ты не о моих хлопочешь,

А норовишь, как бы свои прочесть.

<1820>


## 863. "Беда нам! -- говорит Арист..."


"Беда нам! -- говорит Арист.--

Бывало, оду как напишешь в целый лист,

И все ее читают;

А ныне од таких совсем не понимают,

Хоть в них и до небес пари".

Так что ж? У нас теперь другая есть ухватка:

В шараде то же всё, что в оде, говори, --

Пусть не поймут -- да это ведь загадка.

<1820>


## 866. "Несчастный муж! Он, право, жалок мне!.."


Несчастный муж! Он, право, жалок мне!

Ревнивый бес его вконец доедет;

Кто невзначай подступит ли к жене,

Он на иглах, дрожит, бледнеет, бредит;

Она ль за дверь, он в новых попыхах:

Встает, бежит, взор пышет, дыбом волос!

Спокойся, брат, услышь рассудка голос, --

И без того ты будешь в дураках!

<1821>


## 870. ИЗ Ж.-Б. РУССО


С эфирных стран огонь похитив смело,

Япетов сын двуногих сотворил

И женский пол с мужским в едино тело

Назло богам и нам на радость слил;

Но гневный Зевс по своенравной власти,

Разбив сосуд, раскинул на две части!

Вот отчего в поре мятежных лет

Пылаем мы сойтись с своей двойчаткой.

"Здесь! здесь она!" -- сон часто шепчет сладкой,

А наяву мы познаем, что нет!

1822


## 872. К ПОРТРЕТУ МОЛЧАЛИВОГО


В портрете сем блестит искусства превосходство:

Вот все его черты, его улыбка, вид;

Ну, только что не говорит,

И тем живее сходство!

<1822>


## 873. "Ты говоришь, что мучусь над стихом..."


Ты говоришь, что мучусь над стихом,

Что не пишу его, а сочиняю.

В твоих стихах труда не примечаю,

Но их зато читаю я с трудом.

1822


## 874. "Критон, услужливый в душе..."


Критон, услужливый в душе,

В комедии своей из трех два акта сбавил.

Конечно, он и зритель в барыше,

Но как-то всё он лишний акт оставил.

1822


## 876. "Красавица она, я знаю, и поэт!.."


Красавица она, я знаю, и поэт!

Но если разбираешь строго,

То видишь, что в ее твореньях красок нет,

А на лице их слишком много.

1822


## 877. "Труды ума ты моего исчисли..."


"Труды ума ты моего исчисли,

Прилежных лет благословенный плод!

И всё свое, все собственные мысли,

Везде свой слог, везде свой оборот!"

-- "Всё так! Но, друг, убытчишься некстати,

Не по казне твоей такой расход.

Чтоб ты и твой читатель был богатей,

Ты на чужой живи отныне счет".

1823


## 878. "В жару холодного витийства..."


В жару холодного витийства

Ты присудил к костру шутливые стишки.

Быть так! Твои ж умрут не от чужой руки,

Но от самоубийства.

1823


## 902. "Вот враль! подобного ему не знаю чуда!.."


Вот враль! подобного ему не знаю чуда!

Врет словом, врет пером; не объясните ль вы,

Откуда он берет всю эту дрянь? -- Откуда?

Да всё из головы.

<1831>


## 912. "Скажите: отчего иной так в душу вьется..."


"Скажите: отчего иной так в душу вьется,

Так рвется угодить; а будь беда с тобой,

Не жди ты от него услуги никакой?"

-- "Где тонко, там и рвется".

<1862>


## 914. "Недаром наш должник слывет и краснобаем..."


Недаром наш должник слывет и краснобаем:

На россказни он щедр, но туг на чистоган;

Он за словом в карман не ходит -- это знаем,--

Но рад за деньгами ходить в чужой карман.

<1862>


## 915. "Приятель мой, к тому ж рифмач, стихов тетрадью..."


Приятель мой, к тому ж рифмач, стихов тетрадью

Душил меня с утра, как полновесной кладью;

Раз занял сто рублей он на день -- и пропал.

Хороший дал процент мне малый капитал!

<1862>


## 916. "Неглупо сказано: пожалуй, я Брызгалов..."


Неглупо сказано: пожалуй, я Брызгалов ,

В кафтане бархатном, при пудре, в парике;

Спасибо, что хоть трость осталася в руке,

Есть оборона от нахалов.

<1862>


## 917. О НАШИХ НИГИЛИСТАХ


*


Грех их преследовать упреком или свистом;

На нет -- нет и суда: плод даст ли пустоцвет?

Ума в них нет, души в них нет,

Тут поневоле будешь нигилистом.

* При смягчающих вину обстоятельствах (франц.). -- Ред.

<1863>


## 918. <НА А. И. ГЕРЦЕНА>


Своим пером тупым и бурным

Белинский, как девятый вал,

Искандером литературным

Во время оно бушевал.

Теперь за ним с огнем воинским

Искандер сам на бой предстал

И политическим Белинским

Рассудок ломит наповал.

Начало 1860-х годов


## 919. "Скользя налево и направо..."


Скользя налево и направо,

И педагог, и демагог,

Она гоняется за славой

На паре арлекинских ног.

Ей и в ученые святыни

И в клубы черни вход легок:

Одна нога одета в синий,

Другая в красненький чулок.

<1864>


## 920. "Он общим мненьем был разбит на обе корки..."


Он общим мненьем был разбит на обе корки

И стал с тех пор важней и более надут --

Знать, держится и он народной поговорки:

"За битого -- небитых двух дают".

<1864>


## 921. "Как ни хвали его усердный круг друзей..."


Как ни хвали его усердный круг друзей,

Плохой поэт был их покойник;

А если он и соловей,

То разве соловей-разбойник.

<1864>


## 923. НА ПРИЕЗД СЛОВЕН В РОССИЮ


Гостей мы угостили плотно

И плотно доказали им,

Что говорим словоохотно

И плотно пьем мы и едим.

Славяне могут, взяв с нас слепок,

Вписать в дорожный свой дневник:

Желудок русских очень крепок,

А вдвое крепче их язык.

1867


## 924--926 <НЕОЗАГЛАВЛЕННЫЙ ЦИКЛ ЭПИГРАММ>


## 1


Географический вопрос решите ж, братцы!

Наука ждет -- куда себя определим:

Мы сердимся, когда нам скажут: "Азиатцы!"

Быть европейцами мы сами не хотим.


## 2


Идти своим путем свободно,

Так жить, как просится душа,--

Всё это очень благородно,

Но в этом мало барыша.


## 3


Предаться хочешь ли покою

И не иметь с людьми возни?

Как можно меньше будь собою,

А будь, чем быть велят они.

Сентябрь 1868


## 927. "Журнал он держит монтаньярский..."


Журнал он держит монтаньярский,

В газете ж истый патриот;

Там Мирабо, а здесь Пожарский...

Не там, так здесь свое возьмет.

Конец 1860-х -- начало 1870-х годов


## 928. <НА А. Н. ПЫПИНА>


Наш журналист себе промыслил попугая,

Он доморощенный, птенец родного края,

Он врет не зная что, как попугаи врут,

Но от заморского туземца отличая,

Его не Попынькой, а Пыпинькой зовут.

<1872>


## 929--931. <НА И. С. ТУРГЕНЕВА>


## 1


Талант он свой зарыл в "Дворянское гнездо",

С тех пор бездарности на нем оттенок жалкий,

И падший сей талант томится приживалкой

У спадшей с голоса певицы Виардо.

27 января 1872


## 2


Всех повестей его герои плоховаты,

И очень не умны, и очень скучноваты.

Всё это оттого и всё несчастье в том,

Что он не знает свет, что он с своим пером

Сидит пред зеркалом и каждому герою

Дает нам образ свой, любуясь сам собою,

Что, как про белого бычка идет рассказ,

Рассказывать себя брался он уж не раз,

А потому в его портретной галерее

Герой герою вслед бесцветней и пустее.

27 января 1872


## 3


Тупые колкости твои

Приемлю я незлобным сердцем.

Я князь Коврижкин, так, но, что ни говори,

Я для тебя коврижка с перцем.

1872


## 932. <НА А. Н. ПЫПИНА и Н. И. КОСТОМАРОВА>


В две удали, и в два пера, и в две руки

В наемной должности журнальных тарабаров,

На Стасюлевича вранья поставщики,

Свое и Пыпин врет, свое и Костомаров.

Один про старое дичь новую несет;

Другой, новейших дней историк, в каждой книжке,

Лиц исторических мазилка, понаслышке

Ложь сплетней площадных за правду выдает.

Сентябрь 1872

Баден-Баден


## 933. ПЛУТАРХ НАВЫВОРОТ


Россию древнюю опустошает он:

Новейший сей Плутарх в ожесточенье рьяном

По русским хроникам проходит Тамерланом

И предает огню наш русский пантеон

Под гневною грозой озлобленных ударов.

На пепле нам родном, на груде славных тел

Что ж остается нам и кто ж тут уцелел?

Утешьтесь: жив еще курилка Костомаров.

1872


## 934. "Художник Бурнашев -- не Пыпин ли второй?.."


Художник Бурнашев -- не Пыпин ли второй?

Их колорит один, кисть та же и манера,

Но только Бурнашев есть Пыпин мелочной,

А Пыпин -- Бурнашев огромного размера.

1872


## 935. <НА В. П. БУРНАШЕВА>


Заштатный уж давно какой-то сивый мерин*

В журнальной упряжи опять являться стал,

Но вскоре все нашли, что он в езде так скверен,

Что на солому вновь в конюшню он попал.

Он ржанием своим Бартенева пленяет,

Дай прокачусь на нем, Бартенев порешил,

В архивный свой рыдван он клячу запрягает

И думает, что в ход он рысака пустил.

* Русская пословица: врет как сивый мерин.

1874


## 938. "Разнесся слух про новую потерю..."


(С французского)


Разнесся слух про новую потерю:

Из сплетников еще нет одного.

Что умер он, я тем охотней верю,

Что эту весть узнал не от него.

22 июля 1875


## 939. ОБЪЯСНЕНИЕ И РАЗРЕШЕНИЕ ВОСТОЧНОГО ВОПРОСА


(Басня)


Гора рождает мышь -- известно нам давно,

Но гору мышь родит -- вот это мудрено,

Хоть и сбылось.

Идем, подобно божьей каре,

Россию и за ней Европу всю поджечь,

Затем чтобы Аксаков на пожаре

Славянофильское яичко мог испечь.

14 апреля 1877


## 940. "Де Пуле, Де Пуле..."


Де Пуле, Де Пуле

На журнальный базар

Носит в пестром куле

Свой домашний товар,

Слышен крик, слышен клич:

Des poulets! Des poulets!*

A разнюхай -- в куле

Всё протухлая дичь.

* Цыплята! Цыплята! (франц.). -- Ред.


## 941--943. <НЕОЗАГЛАВЛЕННЫЙ ЦИКЛ ЭПИГРАММ>


## 1


Всех образчиков, всех красок

Он живой лоскутный ряд:

Нет лица, но много масок,

Всюду взятых напрокат.


## 2


Либерал, чинов поклонник,

Чресполосная душа,

С правыми он их сторонник,

С левым -- он и сам левша.


## 3


В трех строках его вся повесть:

И торгаш, и арлекин,

На вес продает он совесть,

Убежденья -- на аршин.


## ПРИМЕЧАНИЯ


В историю русской эп-мы Вяземский вошел как полемист, чьи эп-мы на личности были беспощадны; многие из них широко распространялись в списках, наряду с нелегальной декабристской литературой. В 1810-е гг. эп-мы Вяземского направлены против деятелей "Беседы любителей русского слова" (во главе с А. С. Шишковым) и эпигонов Карамзина. В 1820-е гг. он выступает вместе с Грибоедовым против М. А. Дмитриева и А. И. Писарева, взявших под обстрел "Горе от ума"; вместе с Пушкиным клеймит эп-ми Булгарина; вместе с Баратынским "казнит" Н. А. Полевого, выступившего в конце 1820-х гг. против передовых дворянских писателей. Бурная перепалка начала 1830-х гг. вокруг ЛГ Дельвига побудила Вяземского напечатать в СЦ на 1831 г. стих. "К журнальным благоприятелям", в котором он иронически сетует на "неблагодарность" своих литературных противников:

Не я ли в люди вывел вас

Из Глазуновского кладбища,

Живых покойников жилища,

Где вас смертельный сон настиг

И где заглавья многих книг

Гласят в замену эпитафий,

Что тут наборщика рукой

На лобном месте типографий

Казнен иль тот или другой.

Скажите, скольких мимоходом

Из вас я повил пред народом

Под мой насмешливый свисток,

Взлелеял вас под шапкой

пестрой,

И скольких выкормил я впрок

На копьях эпиграммы острой?

Не ограничиваясь литературной полемикой, молодой Вяземский писал эп-мы политические, которые по своей общественной направленности непосредственно смыкаются с др. сатирическими жанрами (ноэль, басня, куплеты), обильно представленными в его творчестве тех лет. После разгрома декабризма, в 1830--1840-е гг., Вяземский обмолвился лишь несколькими эп-ми на Полевого и Булгарина. Только с выходом в свет его первого стихотворного сб. "В дороге и дома" (М., 1862) воскресает Вяземский-эпиграмматист. Но это уже другой Вяземский, -- он стал консерватором; другими стали и его эп-мы. Чуждый новым поколениям, враждуя с приверженцами революционно-демократического, славянофильского, либерального и реакционного направлений 1860--1870-х гг., Вяземский сыпал эп-мы и налево и направо. Изменилось и жанровое своеобразие эп-м позднего Вяземского: они тяготеют к афоризму, к морализующей надписи, к стихотворному фельетону. Подписи Вяземского:...В..., В ***, К. В...й, Кн. Вяз..., К. В-ой, N., В. З.

822. Вяземский-ПСС, т. 3, с. 249. В 1804 г. Голенищев-Кутузов издал свой перевод произведений древнегреческого поэта Пиндара (VI в. до н. э.).

823--824. Б, 1821, No 10, с. 147, без подписи, с пометой: Варшава. 1. Имеется в виду поэма Грузинцева Александра Николаевича (1779--1840-е гг.) "Спасенная и победоносная Россия в девятом-на-десять веке" (1813). Ранняя ред. эп-мы приведена в письме Вяземского к А. И. Тургеневу от 29 сентября 1813 г. (ОА, т. 1, с. 17):

Кутузова рукой победной

От дерзких пришлецов Россия спасена,

Но от дурных стихов твоей поэмы бедной,

Ах, не спаслась она!

2. Мизинцев -- А. Н. Грузинцев. Харибда и Сцилла (греч. миф) -- кровожадные чудовища, обитавшие по сторонам узкого пролива, через который плыл корабль Одиссея; в переносном смысле означает оказаться между двумя смертельными опасностями.

829. "Рос. музеум", 1815, No 9, с. 263, подпись: В ***. Перевод эп-мы П.-Д. Экушара-Лебрена на Юрбена Домерга "Pour mettre en pièces mon quatrain...".

832. "Рос. музеум", 1815, No 9, с. 263, подпись: В***, с именем "Эраст" в ст. 1 и 4. Печ. по РА, 1876, кн. 1, с. 200, где эп-ме предпослано след. авторское вступление: "В каком-то уезде врач занимался, между прочим, и переводами романов. Земляк его по уезду написал по этому поводу...". Ср. с No 170.

851. ОА, т. 1, с. 132, в письме Вяземского к А. И. Тургеневу от 20 октября 1818 г. Опасение Вяземского оказалось пророческим: три года спустя он был удален из Варшавы за свои письма, в которых излагал либеральные убеждения и критиковал правительственные мероприятия.

855. РА, 1873, No 6, стлб. 1021, в публикации "Из старой записной книжки" Вяземского; эп-ме предпосланы след. строки: "Как по проезжим дорогам, так и в свете, на поприще почестей и успехов, человек, едущий с богатою внутреннею кладью, часто обгоняем теми, которые едут порожнем. Это напоминает четверостишие, найденное в какой-то Тетради..."

860. СО, 1820, No 4, с. 177, без подписи. Теренция наместник -- Фонвизин, которого Вяземский называет преемником римского комедиографа Публия Теренция (II в. до н. э.).

862. Б, 1820, No 2, с. 129, без подписи, с пометой: Варшава. Подражание эп-ме Марциала, получившей широкое распространение в западно-европейской литературе. Источник и др. перевод см. No 39 и примеч. к нему.

863. Б, 1820, No 22, с. 253, подпись: В. Выпады Вяземского против жанра оды метили в эпигонов классицизма.

866. Вяземский-ПСС, т. 3, с. 250. Перевод эп-мы Ж.-Б. Руссо "Ce pauvre époux me fait grande pitié...".

870. ПЗ на 1823 г., с. 111 (ценз. разр. от 30 ноября 1822 г.). Перевод эп-мы Ж.-Б. Руссо "L'homme crée par le fils de Japet...". Япетов сын -- Прометей.

872. ПЗ на 1823 г., с. 186. Ср. с NoNo 351, 462, 725.

873--874. Там же, с. 87, 184. По мотиву эп-мы No 874 позднее была написана анонимная эп-ма на Ореста Сомова ("Сев. Меркурий", 1830, No 3, с. 10):


ПО ПОВОДУ ОБЗОРА ЗА 1 ½ ГОДА СОМОВА В "СЕВ. ЦВЕТАХ"


Орест, услужливый в душе,

С двух полугодий нам одно (спасибо!) сбавил;

Читатели теперь, конечно, в барыше;

Но для чего же он последнее оставил?..

876. Там же, с. 268. Вольный перевод эп-мы П.-Д. Экушара-Лебрена на поэтессу Фанни де Богарне "Eglé, belle et poète, a deux petits travers...".

877. Там же, с. 334.

878. Там же, с. 334. Перевод эп-мы Ж -- Б. Руссо "Tu dis, quʼil faut brûler mon livre...". Ср. с эп-мой No 792.

902. СЦ на 1831 г., с. 92.

912--915. "В дороге и дома", с. 336--338.

916. Там же, с. 340. Брызгалов -- петербургский чудак, ходивший в 1830-е гг. по улицам в одежде времен Павла I: в напудренном парике, бархатном кафтане яркого цвета и с тростью в руках. В автоэпиграмме подчеркнута отгороженность Вяземского от современности, отсутствие литературных и общественных контактов с какой-либо социальной группой.

917. PB, 1863, No 9, с. 427. Слово "нигилист " (от лат. "nihil") получило широкое распространение после выхода в свет романа Тургенева "Отцы и дети" (1860). Нигилистами стали именовать демократическую молодежь, которая восставала против традиционных основ семейного быта и религии; в устах консерваторов слово "нигилист" приобрело презрительный оттенок.

918. Вяземский, изд. 1935, с. 460. Параллель между В. Г. Белинским и А. И. Герценом (Искандер -- его псевдоним) свидетельствует о том, что Вяземский понимал влияние статей критика на развитие революционных взглядов последующих поколений. Эп-ма -- характернейшая подробность в отношениях между Вяземским и Герценом. В 1857--1858 гг. в "Колоколе" Герцен неоднократно помещал резкие выпады против Министерства народного просвещения, которое возглавляли А. С. Норов и Вяземский; Герцен ликовал, когда Вяземский вынужден был уйти в отставку. 1 июля 1857 г. в "Колоколе" появилось прибавление к стих. Вяземского "Русский бог", высмеивавшее его автора:

Бог карьеры слишком быстрой,

Бог, кем русский демагог

Стал товарищем министра.

Вот он, вот он -- русский бог.

Вяземский следил за изданиями Вольной русской типографии в Лондоне; в частности, сохранились экземпляры 6--7 книг ПЗ с пометами Вяземского (см.: Н. Я. Эйдельман, Тайные корреспонденты "Полярной звезды", М., 1966, с. 296--298). Против строк из "Былого и дум": "Взгляд Станкевича на художество, на поэзию и ее отношение к жизни вырос в статьях Белинского в ту новую мощную критику, в то новое воззрение на мир, на жизнь, которое поразило все мыслящее в России и заставило с ужасом Отпрянуть от Белинского всех педантов и доктринеров" Вяземский написал на полях: "Эта оценка Белинского дает достаточное понятие о рассудке самого Герцена, который не что иное, как политический Белинский" (там же, с. 297). Совпадение формулировки с эп-мой позволяет предполагать, что ближайшей причиной, вызвавшей данную эп-му, послужило чтение Вяземским ПЗ. Вместе с тем эп-ма отражает обострение враждебного отношения к Герцену 6 начале 1860-х гг. в консервативных кругах.

919. Вяземский-ПСС, т. 12, с. 165. Направлена против женской эмансипации, за которую выступали многие передовые деятели того времени. Выражение "синий чулок" (прозвище ученой женщины-педантки) перешло в др. языки из Англии: около 1760 г. там образовалось ученое общество из лиц обоего пола, получившее название "Собрание синих чулок", так как одна из дам, участвовавшая в нем, носила синие чулки. Красненький чулок. Так Вяземский именует женщин, участвовавших в революционных кружках.

920. Вяземский-ПСС, т. 12, с. 167.

921. Там же, с. 177. См. также др. ред. в РА, 1866, No 3, стлб. 475.

922. РЭ, с. 126, где напечатана по списку ГПБ. Бенкендорф Александр Христофорович (1783--1844) -- начальник III Отделения, шеф жандармов; по происхождению Бенкендорф -- остзейский немец. В 1865 г. в No 5 РА появился отрывок из записок Бенкендорфа, который, по всей вероятности, и вызвал эп-му Вяземского; вряд ли он имел возможность ознакомиться с полной рукописью записок, которая и поныне остается неопубликованной. Но был ли русским? Засилье иностранцев и лиц иноземного происхождения при русском дворе вызывало неудовольствие у многих русских писателей (ср. "Мою родословную" Пушкина, агитационные песни Рылеева и А. Бестужева, статьи Герцена).

923. Вяземский, изд. 1935, с. 468. Направлена против панславистской политики царского правительства; вызвана пышным приемом в Петербурге делегации балканских славян, посетившей Россию в мае 1867 г. Записи А. В. Никитенко подтверждают точность эп-мы Вяземского: "10 мая... Большой вечер и концерт в честь славян у графа Кушелева-Безбородко... Посетителей было более семисот, и на всех великолепный ужин....11 мая... Обед в зале Дворянского собрания в честь славян ... все речи были чрезвычайно длинны" (А. В. Никитенко, Дневник, т. 3, М., 1956, с. 84--85).

924--926. "Складчина", СПб., 1874, с. 40. Цикл эп-м без загл.

927. Печ. впервые по автографу ЦГАЛИ. Вероятный адресат -- Краевский Андрей Александрович (1810--1889), издатель и журналист, имевший репутацию прижимистого литературного предпринимателя. В 30-е гг. ориентировался на писателей, близких к Пушкину; в 1839--1867 гг. издавал ОЗ, к постоянному сотрудничеству в которых привлек В. Г. Белинского (в 1840--1846 гг.); в 1863--1884 гг. редактировал проправительственную газету "Голос". Между тем он продолжал числиться издателем демократических ОЗ и, не будучи фактически их редактором, получал соответствующую долю дохода. Датируется предположительно концом 1860-х -- началом 1870-х гг., с учетом того, что с 1868 г. Краевский уступил Некрасову право на редактирование ОЗ, выговорив себе определенный доход с журнала. Журнал он держит монтаньярский. Во время французской революции конца XVIII в. монтаньярами назывались представители одной из революционных партий Национального конвента; здесь: журнал левого направления. Мирабо Оноре (1749--1791) -- деятель французской революции конца XVIII в. Пожарский Дмитрий Михайлович (1578--1642), князь -- полководец, возглавлявший вместе с К. Мининым в 1611--1612 гг. освободительную войну с польскими и шведскими захватчиками. В данном контексте противопоставление имен Мирабо и Пожарского символизирует расхождение между монархическим и республиканским образом мыслей.

928. ГМ, 1919, No 1--4, с. 168, по записной книжке П. И. Бартенева, без ст. 2. Печ. по кн.: Вяземский, изд. 1935, с. 470, где опубликована по автографу. Пыпин Александр Николаевич (1833--1904) -- историк литературы, проводивший в своих трудах либерально-демократические идеи; Пыпин высоко оценивал деятельность Белинского.

929--931. 1 -- РА, 1890, кн. 1, с. 328, анонимно; перепечатана с указанием авторства Вяземского: ГМ, 1919, No 1--4, с. 168. С И. С. Тургеневым Вяземский познакомился, вероятно, в 1838 г.; они ехали на одном пароходе за границу. В 1850-е гг. Тургенев бывал на литературных чтениях в доме Вяземского. Однако к началу 1860-х гг. их пути окончательно расходятся. П. А. Валуев записал 12 мая 1860 г. в дневнике острое словцо Вяземского, прочитавшего роман Тургенева "Накануне": "Это "накануне" не мешало бы отложить до завтра" (PC, 1891, No 11, с. 396). Выпады Вяземского в стихотворных "Заметках" против современной литературы вызывают с конца 1861 г. неодобрительные высказывания Тургенева в письмах к друзьям. Обострение их отношений связано с выходом в свет в 1868 г. воспоминаний П. В. Долгорукова, в которых было предано гласности поведение Тургенева в 1838 г. во время пожара на пароходе. В этих воспоминаниях Тургеневу приписывалась фраза: "Спасите меня! Я единственный сын у матери!" 9 июля 1868 г. в газете "СПВед." появилось открытое письмо Тургенева о воспоминаниях П. В. Долгорукова; из письма явствует, что "автором" этой обидной для Тургенева фразы писатель считал Вяземского. Скрытая неприязнь перешла вскоре в обмен колкостями: в "Вешних водах" встречается непочтительное упоминание о стихах князя Коврижкина. Напечатанные в No 1 BE за 1872 г. "Вешние воды" и послужили причиной эпиграмматического взрыва Вяземского. На автографе имеется приписка неизвестной рукой: "Написано по прочтении романа Тургенева "Вешние воды"" (см.: Н. Ф. Бельчиков, Тургенев и Вяземский. -- "Документы по истории литературы и общественности", М.--П., 1923, с. 17). Дата "27 января 1872" вполне соответствует этому точному утверждению. В дальнейшем Тургенев враждебно упомянул о Вяземском в романе "Новь" и исключительно резко отозвался на его смерть в письме к П. В. Анненкову от 15 (27) ноября 1878 г. (И. С. Тургенев, ПСС и писем в 28 томах. Письма, т. 12, кн. 1, М.--Л., 1966, с. 381). Вяземскому приписывается след. эп-ма на роман Тургенева "Дым":

И дым отечества нам сладок и приятен! --

Нам век минувший говорит.

Век нынешний и в солнце ищет пятен,

И смрадным "Дымом" он отечество коптит.

И падший сей талант томится приживалкой У спадшей с голоса певицы Виардо. Тургенев многие годы жил в Париже в доме известной певицы Полины Виардо (1821--1910). Эп-ма распространялась в списках и, по-видимому, была известна Тургеневу. Ср. с эп-ми на Тургенева, сохранившимися в тетрадях писателя Е. Н. Опочинина ("Звенья", вып. 6, 1936, с. 486):


1


Чтоб к даме сердца быть поближе,

Он много лет живет в Париже

И, словно комнатный Кадо,

Вертит хвостом пред Виардо.


2


Тьмою будущее скрыто,

Всё, что было, -- далеко,

И "Собака" где зарыта,

Отгадать мне нелегко.

"Собака" -- рассказ Тургенева (1866). 2 -- "Документы по истории литературы и общественности", М. -- П., 1923, с. 16. Написана одновременно с предыдущей эп-мой. 3 -- Вяземский, изд. 1935, с. 470. Я князь Коврижкин. Тургенев присвоил Вяземскому эту кличку в "Вешних водах". Она ведет свое происхождение, по всей вероятности, от Вяземских пряников-коврижек. Тургенев заимствовал это прозвище из давних литературных пародий, направленных против Вяземского.

932. Вяземский, изд. 1935, ç., 469. В автографе приписка Вяземского: "Михаилу Николаевичу Лонгинову на память о Баден-Бадене и мне. Седина и болезнь в голову, а бес все-таки в ребро". Направлена против А. Н. Пыпина (см. примеч. 928) и историка Костомарова Николая Ивановича (1817--1885), которому правительство после студенческих волнений 1861 г. запретило преподавать в высших учебных заведениях. Пыпин и Костомаров были деятельными участниками BE, редактором которого являлся либеральный общественный деятель Михаил Матвеевич Стасюлевич (1826--1911).

933. "Документы по истории литературы и общественности", М.--П., 1923, с. 17. Направлена против Н. И. Костомарова (см. примеч. 932). Вяземский до конца своих дней оставался приверженцем исторических взглядов H. М. Карамзина и считал его "Историю государства Российского" вершиной отечественной науки. Все последующие исторические учения вызывали осуждение Вяземского. Плутарх (ок. 46 ок. 127) -- древнегреческий философ и писатель, автор "Сравнительных биографий", содержащих жизнеописания знаменитых греческих и римских государственных деятелей и полководцев. Тамерлан (1333--1405) -- знаменитый полководец, объединивший под своею властью многочисленные среднеазиатские племена и образовавший могущественное государство со столицей Самарканд. Пантеон -- в Древней Греции название всякого храма, посвященного не одному, а всем богам; позже пантеоном стали именовать здания, посвященные памяти великих людей и служившие местом их погребения.

934. Вяземский, изд. 1935, с. 470. Направлена против литератора Бурнашева Владимира Петровича (1809--1888), напечатавшего в PB (1872, No 1--3) "Воспоминания петербургского старожила", а в РА (1872, No 9) мемуары "Михаил Юрьевич Лермонтов в рассказах его гвардейских однокашников". Написанные развязным тоном, эти и некоторые др. воспоминания Бурнашева неоднократно вызывали сомнения в их достоверности. Как видно из неопубликованных бумаг Вяземского (ЦГАЛИ), его раздражал панибратский тон Бурнашева в описании знакомства с Лермонтовым и др. известными писателями. Пыпин -- Бурнашев огромного размера. Желая унизить историко-критические труды А. Н. Пыпина (см. примеч. 928), Вяземский сравнивает его с третьестепенным литератором Бурнашевым, имевшим к тому же репутацию полицейского осведомителя.

935. Печ. впервые по рукописи ПД. В. П. Бурнашев -- см. предыдущее примеч. Бартенев Петр Иванович (1829--1912) -- издатель РА, который печатал в своем журнале воспоминания Бурнашева.

938. Там же, с. 502.

939. Вяземский, изд. 1935, с. 474. Адресат -- славянофильский публицист и поэт Аксаков Иван Сергеевич (1823--1886), подогревавший своими выступлениями антитурецкие настроения в русском обществе. Эп-ма написана через два дня после объявления Россией войны Турции. По всей вероятности, к И. С. Аксакову относится еще одна эп-ма Вяземского, опубликованная П. И. Бартеневым, с примеч., что она написана "одному поэту-славянофилу" (РА, 1899, кн. 1, с. 360):

Бард воинственного стана,

Точно ль ты в поход спешишь?

От Австрийца, от Султана

Ты ль славян освободишь?

"Нет, кажу я из кармана

Стихотворческий свой шиш".

940. Вяземский, изд. 1935, с. 532. Направлена против педагога и публициста Де Пуле Михаила Федоровича (1822--1885), отличавшегося воинственно-реакционными взглядами.

941--943. РА, 1875, кн. 1, с. 201, цикл эп-м без загл., со след. припиской Вяземского: "Что ни говори, а Молчалины народ в литературе драгоценный. В тетрадках их сохранилось многое, что без них пропало бы без вести. Вот, например, одна из подобных находок. Стихи писаны давно, но по содержанию едва ли не применимы они ко многим эпохам..."

944. Там же, с. 309, со след. припиской Вяземского: "Вот четверостишие, хотя позднейшего производства, но напоминающее эпиграмму Сумарокова..."