# Письма

Петр Андреевич Вяземский

## КНЯЗЬ ВЯЗЕМСКІЙ и ПУШКИНЪ.


СЪ ПРЕДИСЛОВІЕМЪ И ПРИМѢЧАНІЯМИ

Николая Барсукова.


МОСКВА.

Синодальная Типографія.

1904.


Отдѣльный оттискъ изъ VIII-й книги сборника "Старина и Новизна".


## Письма князя П. А. Вяземскаго.


1.


Одесскій Карантинъ, 7/19 августа 1850.


Благополучно прибыли мы сюда на Херсонесѣ вчера около полудни. Помѣстились мы въ карантинѣ въ тѣхъ-же комнатахъ, гдѣ и вы жили, и тотъ же гвардіонъ стережетъ насъ. Карантинъ очень чистъ, но все таки грустно возвращаться во свояси черезъ тюрьму. Мы надѣялись найти здѣсь письмо отъ васъ, но до сей поры нѣтъ. И послѣдній пароходъ не привезъ намъ письма отъ васъ, впрочемъ и никому въ Буюкдере не было съ нимъ частныхъ писемъ. Это насъ нѣсколько успокоило. Богъ дастъ, не уѣдемъ изъ Одессы безъ добрыхъ вѣстей отъ васъ. Это тѣмъ нужнѣе, что вѣроятно до Москвы не будемъ имѣть писемъ отъ васъ. Пишите къ намъ въ Москву въ концѣ августа чрезъ Булгакова.

Наши прощанія въ Буюкдере были самыя нѣжныя и сердечныя. Титовы и вся миссія обоего пола провожали насъ до Фанараки при лунномъ сіяніи. Мнѣ очень грустно было разстаться съ ними и съ Босфоромъ. Всѣ вамъ кланяются и всѣ зовутъ васъ обратно. Съ Каннингами 10) прощанія наши были также очень нѣжны. Онъ и она пріѣзжали нѣсколько разъ въ Буюкдере къ намъ, и мы ночевали у нихъ въ Терапіи. Однимъ словомъ, мы вывезли съ береговъ Босфора самыя пріятныя и дружелюбныя впечатлѣнія. Для тебя, милый Павелъ, ходилъ я въ домъ Спандони и пересмотрѣлъ всѣ углы и норы, и сараи, въ которыхъ мы бивуакировали. Сторожъ дома -- не тотъ, что былъ при насъ,-- разсказывалъ мнѣ съ насмѣшкой, что какіе-то глупые Русскіе князья платили за этотъ анбаръ 25,000 піастровъ и чуть въ немъ не замерзли. Если не буквально передаю тебѣ слова его, то передаю существенный ихъ смыслъ. Твоя маменька торжественно въѣхала въ карантинъ на роспускахъ, въ которые запряжены были два вола, и окруженная горшками со цвѣтами и деревьями. Это могло служить pendant картинамъ Леопольда Роберта. Теперь, кажется, кончились наши живописныя и поэтическія странствованія. Мы входимъ въ колею западной прозы. Жаль, что нельзя прямо изъ-за границы переброситься въ сердце, въ глубь святой Руси, куда нибудь на матушку Волгу, или даже на Москву рѣку. А здѣшняя полу-Россія не шевелитъ ретиваго. Это сѣренькое небо, это сѣренькое море какъ-то грустно смотритъ. Тутъ-же тотчасъ бросается въ глаза мундирная Россія, карантинная и таможенная стража, и вся наша офиціальность и формальность. Все это поддѣльная, а не коренная матушка Россія, по которой тоскую и которую надѣюсь найти въ незнакомомъ мнѣ Кіевѣ, и въ родной Москвѣ, и въ задушевномъ Остафьевѣ. Обнимаю васъ отъ всего сердца. До свиданія,-- дай Богъ, въ добрый часъ. Здѣшній гвардіонъ жалуется на Камила, что онъ его крѣпко обижалъ и увезъ у него двугривенный.


2.


Кіевъ, 2-го сентября 1850.


Вы вѣроятно удивитесь, мои милые, узнавъ, что мы еще не далѣе Кіева, а еще болѣе удивитесь, когда скажу вамъ, что и сюда дотащились мы только вчера ночью. Отъ самаго Николаева далась намъ знать матушка Россія, которая настоящая мачиха для проѣзжающихъ, вѣроятно потому, что любитъ, чтобы дѣти ея сидѣли дома, а не таскались по всѣмъ сторонамъ. Намъ дали въ Одессѣ почталіона, который долженъ былъ служить передовымъ, и этотъ передовой такъ отсталъ, что вотъ седьмый день, какъ мы не знаемъ, что сдѣлалось съ нимъ и съ нашимъ тарантасомъ. Въ тарантасѣ изломалось колесо; мы прождали его трое сутокъ въ Бѣлой Церкви и наконецъ просили почтмейстера послать провѣдать, что съ нимъ дѣлается. Нашли на станціи нашего передоваго пьянымъ, а до изломаннаго колеса никто еще не дотрогивался. Между тѣмъ я воспользовался этимъ случаемъ, чтобы немножко прихворнуть, спасибо нашелся въ Бѣлой Церкви докторъ Браницкихъ, который скоро поставилъ меня на ноги. Впрочемъ, все дѣло было въ легкой простудѣ и въ раздраженіи нервовъ, обыкновенной дорожной болѣзни, когда Богъ приведетъ ѣздить по Россіи, которая прекрасна въ цѣломъ объемѣ, но въ частностяхъ своихъ никуда не годится. Люби, но не разбирай: вотъ нашъ девизъ. Отъ скуки и досады отправились мы въ Кіевъ безъ тарантаса и вотъ живемъ въ Кіевѣ другія сутки безъ тарантаса. То-ли дѣло на Востокѣ. Тамъ можно по дорогамъ шею себѣ сломить, или провалиться въ пропасть, но колеса уже никакъ не сломаешь, потому что турки въ эти тонкости не пускаются. А мы дурачье ѣздимъ на колесахъ и въ экипажахъ по землѣ, гдѣ нѣтъ дорогъ и нѣтъ лошадей на почтовыхъ дворахъ, а только развѣшаны по стѣнамъ инструкціи, да приказы разныхъ почтовыхъ начальствъ. Читай, удивляйся бдительности и предусмотрительности начальства, которое на бумагѣ все придумало, и сиди на мѣстѣ, или, если выѣдешь, засядь на первомъ пригоркѣ, потому что лошади худо кормлены и не въ силахъ вывезти.

Сегодня обѣдаемъ у Бибикова 11). Я еще ничего не видалъ въ городѣ. Намъ приготовлены были комнаты въ заведеніи минеральныхъ водъ. Не дурно. Жаль, что мы не указали вамъ писать намъ въ Кіевъ. Но кто же зналъ, что мы Гакъ долго замѣшкаемся. Впрочемъ, какъ-же бы не знать или предвидѣть? Говорятъ, что языкъ доведетъ и до Кіева. Такъ, но почтовыя лошади хуже языка, онѣ съ большимъ трудомъ довозятъ до Кіева. Погода вдругъ измѣнилась: 21-го числа было въ Одессѣ еще жарко, а 22-го сдѣлалось холодно и холодъ продолжается. А что съ вами дѣлается, мои милые? Грустно быть безъ вѣсти объ васъ. Во всякомъ случаѣ пробудемъ здѣсь еще дня три или четыре. Нѣжно васъ всѣхъ обнимаю.


Приписка княгини Вѣры Ѳедоровны.


и я также; n'ayez aucune inquiétude pour mon mari; cela va Dieu merci très bien, mais il est horriblement impatient en route, et comme c'est au contraire le seul moment de la vie où je ne le soie pas du tout, j'espère que ce sera une compensation. Ce qui me contrarie seulement, c'est que nous serons longtemps sans avoir de vos nouvelles. Vu que d'ici nous allons par Тула à Жарки et puis par Kalouga à Ostafievo. De la il faudra que nous accusions Boul-gakoff de notre arrivée, alors seulement nous pourrons avoir vos lettres. Nous n'avons plus de possibilité de rester à la campagne vu que la saison est si avancée, mais malgré cela je n'espère point que nous vous arrivions avant la mi-Octobre, à moins que la chère Marie n'accpuche avant, je ne veux pas renoncer à une position de M-me           près d'elle. Nous vous embrassons tous et toutes.

Переводъ:

и я также; не безпокойтесь о моемъ мужѣ; слава Богу, все идетъ очень хорошо; только онъ ужасно нетерпѣливъ въ дорогѣ, а такъ какъ я, въ жизни своей, наоборотъ только въ пути совсѣмъ не нетерпѣлива, то я надѣюсь, что это будетъ равновѣсіемъ. Мнѣ только досадно, что мы будемъ долго безъ извѣстій о васъ, такъ какъ отсюда мы ѣдемъ черезъ Тулу въ Жарки и черезъ Калугу въ Остафьево. Оттуда надо будетъ сообщить Булгакову о нашемъ пріѣздѣ, и только тогда можемъ получить ваши письма. У насъ нѣтъ болѣе возможности оставаться въ деревнѣ благодаря позднему времени года, но не смотря на это, я не надѣюсь пріѣхать къ вамъ раньше половины октября, развѣ что милая Мари {Княгиня Марія Аркадіевна Вяземская. H. В.} родитъ раньше этого; я не хочу отказаться отъ роли Г-жи.... при ней. Цѣлуемъ васъ всѣхъ.


3.


Кіевъ, 9-го сент. 1850.


Кажется, сегодня отправляемся далѣе. Не смѣю сказать рѣшительно: ѣдемъ, потому что у насъ все что-то не клеится въ дорогѣ. Тарантасъ съ вещами отправили мы по конторѣ транспортовъ; одною заботою меньше. Женѣ лучше. Въ ногѣ боль очень уменьшилась.

Сейчасъ былъ у насъ Валеріанъ Канкринъ12). Онъ сказалъ намъ, что недавно видѣлъ тебя у Дюссо. Это даетъ намъ надежду, что ты здоровъ. Обнимаемъ тебя и васъ всѣхъ нѣжно.


4.


Остафьево, 22-го сент. 1850.


Мы сейчасъ пріѣхали, то есть, въ десять часовъ утра; нашли комнаты отопленными и надѣемся отдохнуть здѣсь нѣсколько дней, не трогаясь съ мѣста. Посылаю въ Москву справиться, нѣтъ ли письма отъ тебя. Въ Жаркахъ 13) имѣли мы довольно старое письмо отъ васъ и нетерпѣливо желаемъ знать, что съ вами дѣлается. Погода очень хороша. По утрамъ морозитъ, но зелени еще много. Продолжай писать на имя Булгакова. Мои письма съ дороги адресовалъ тебѣ въ Азіатскій департаментъ. Нѣжно васъ обнимаю.


Приписка княгини Вѣры Ѳедоровны.


Au nom du ciel, Marie, engagez Paul à ne vous défendre de m'envoyer ni vieilles, ni véhémentes lettres etc elles sont toutes neuves, bonnes, charmantes. Des nouvelles, au nom du ciel, des nouvelles détaillées sur vous tous, que j'embrasse mille et mille fois.

Переводъ:

Ради всего святого, Мари, уговори Павла не запрещать тебѣ посылать мнѣ старыя и сердитыя письма и проч.... они всегда новыя, добрыя, прелестныя. Давайте извѣстія, во имя всего святого, давайте подробныя извѣстія о васъ всѣхъ, которыхъ цѣлую тысячу и тысячу разъ.


5.


Москва, 28-го сент. 1850.


Я пріѣхалъ въ городъ дня на два, а жена осталась въ Остафьевѣ. Все это время были мы въ деревнѣ не одни. Пріѣзжали Булгаковъ, Мухановъ 14), Полтарацкій15), Лодомирскіе {Сестра княгини В. О. Вяземской, княжна Софія Ѳедоровна была замужемъ за Лодомирскимъ. Дѣти ихъ: княгини Зинаида Васильевна Голицына, графиня Софья Васильевна Апраксина, Петръ Васильевичъ Лодомирскій. Имѣніе ихъ, въ которомъ они жили, село Братцово въ Московской губерніи- (Примѣчаніе графини Е. П. Шереметевой.)}, Четвертинскіе, к. Ѳедоръ 16). Здѣсь я почти никого еще не видалъ, хотя отъ нечего дѣлать былъ вчёра въ театрѣ, но грустно было и на сценѣ и въ публикѣ видѣть все новое и незнакомое поколѣніе мнѣ, московскому старожилу. На театрѣ видѣлъ я внучекъ -- именно внучки бабушекъ, которымъ я во время оно апплодировалъ. Встрѣтился я тамъ и познакомился съ Дмитріемъ Столыпинымъ17), котораго прежде не зналъ или зналъ только съ виду. Погода здѣсь прелестная, красные и теплые дни, и много еще зелени на деревьяхъ, такъ что деревня очень еще пріятна. Изъ Константинополя давно не имѣемъ никакихъ извѣстій. Сдѣлай, Павлуша, доброе дѣло. Отыщи Дмитрія Александровича Давыдова18), отца Ростислава. Онъ, говорятъ, умираетъ, т. е. отецъ, и едвали не одинъ въ Петербургѣ, безъ родныхъ и пріятелей. Можешь узнать о жительствѣ его въ домѣ Бобринскихъ, или к. Софіи Шаховской. Пускай Камилъ не безпокоится, я заплатилъ за него двугривенной, но все совѣтую впередъ быть осторожнѣе, а барышнѣ совѣтую не колоть сестрѣ глаза, ни тѣмъ, что она барышня, ни перьями. Всѣхъ васъ нѣжно обнимаю.


6.


Москва, 11-го окт. 1850.


Мы выѣхали вчера изъ Остафьева съ солнцемъ, съ морозцемъ и съ снѣжкомъ, такъ что мнѣ очень жаль было оставить деревню, потому что я люблю первый снѣгъ, а не люблю только десятый, двадцатый и такъ далѣе снѣгъ, то есть, просто сказать, не люблю зимы.

Какъ-же вы не получали нашихъ двухъ писемъ изъ Кіева, въ которыхъ сказывалъ вамъ, что жена страдаетъ ревматизмомъ въ ногѣ? Обѣдаю сегодня въ 3 часа у к. Андрея Петровича Оболенскаго19). Вотъ это старая Москва. Вечеромъ въ театрѣ: танцуетъ Фанни Эльслеръ. Вотъ это новая Москва. Везу тебѣ старыя Остафьевскія медали, а Линде у меня въ Петербургѣ20). Нѣжно обнимаю васъ. Пріѣхавшая ваша кормилица изображаетъ питомку свою въ самыхъ восхитительныхъ краскахъ.


7.


Москва, 19-го октября 1850.


Жена сердится, ругается, только, что не бьетъ меня, торопитъ ѣхать. Я и самъ желалъ бы ѣхать, но что-же дѣлать? Мнѣ даютъ обѣдъ здѣшніе литераторы и пріятели. По разнымъ обстоятельствамъ этотъ обѣдъ все откладывали. Теперь рѣшено, что обѣдаемъ въ субботу. Сейчасъ была у меня депутація: Шевыревъ, Павловъ и Новосильцевъ (управляющій губерніею!!-- прошу не шутить этимъ обѣдомъ) и пригласили меня. Будутъ на обѣдѣ и дамы, то есть сестры жены, а жена не ѣдетъ, и дамы литераторши, то есть, кажется, одна Павлова, потому что Ростопчина больна21). Такимъ образомъ отправляемся въ Петербургъ во вторникъ, если Богъ дастъ. А какъ ѣдемъ? Богъ вѣсть! Здѣсь настоящая зима, и на колесахъ ли ѣхать, или на саняхъ, дѣло неизвѣстное. Съ нынѣшняго дня зима, кажется, начинаетъ сходить. Николай Мухановъ22) сидитъ теперь у меня и тебѣ кланяется. У жены теперь гости, ногѣ ея лучше. Но она никуда не выѣзжаетъ. Обнимаю васъ, мои милые.


Приписка княгини Вѣры Ѳедоровны.


Je vous embrasse tendrement, chers amis; j'espère faire partir votre nourrice aujourd'hui. Отъ ранней зимы превратились сношенія съ Одессой, les diligences n'y vont plus, nous avons trouvé un извощикъ, qui se charge de l'y mener.-- J'ai vu M-r Dmitry Stolipine qui est resté cinq minutes chez moi, il retourne à Pétershourg dans trois semaines,-- et nous je n'ose plus dire quand, vu cette abominable neige.

Переводъ.

Нѣжно цѣлую васъ, милые друзья; я надѣюсь сегодня отправить вашу кормилицу. Отъ ранней зимы превратились сношенія съ Одессой, дилижансы туда болѣе не ходятъ; мы нашли извощика, который берется ее туда доставить. Я видѣла г-на Дмитрія Столыпина, который пробылъ у меня пять минутъ; онъ вернется въ Петербургъ черезъ три недѣли, а мы, я даже не смѣю сказать, когда, благодаря этому несносному снѣгу.


## ПРИМѢЧАНІЯ.


10) Въ то время представителемъ Англіи въ Константинополѣ былъ лордъ Страттфоръ Каннингъ. При свиданіи съ княземъ Вяземскимъ онъ сказалъ ему: "entre autres choses qu'il n'y avait que deux honnêtes hommes en Europe,-- les Russes et les Anglais." (Полное Собраніе Сочиненій Князя П. Ау Вяземскаго. Спб. 1884. IX, 237).

11) Дмитрій Гавриловичъ Бибиковъ, впослѣдствіи Министръ Внутреннихъ Дѣлъ, въ то время Кіевскій Генералъ-Губернаторъ.

12) Графъ Валеріанъ Егоровичъ Канкринъ, сынъ Министра Финансовъ.

13) Жарки -- Калужское имѣніе княгини Елизаветы Петровны Голицыной, дочери графа П. А. Валуева и внуки князя П. А. Вяземскаго.

14) Николай Алексѣевичъ Мухановъ, изъ дворянъ Тульской губерніи. Родился въ 1805 году. Началъ службу 20-го сентября 1819 года въ Измайловскомъ полку. 14-го декабря 1825 года находился при Особѣ Государя и при войскахъ Гвардейскаго Корпуса, собранныхъ на Дворцовой и Исаакіевскихъ площадяхъ противу мятежниковъ. 5-го апрѣля

1830 года уволенъ изъ военной службы для опредѣленія къ статскимъ дѣламъ. Въ томъ же году Всемилостивѣйше пожалованъ въ званіе камергера и опредѣленъ въ Министерство Внутреннихъ Дѣлъ чиновникомъ особыхъ порученій. Съ "отличнымъ усердіемъ" дѣйствовалъ въ 1830 и 1831 годахъ "къ прекращенію холеры". 2-го апрѣля 1833 года, "Всемилостивѣйше повелѣно" быть ему за оберъ-прокурорскимъ столомъ въ 7-мъ департаментѣ Сената. 21-го января 1848 года "согласно прошенію уволенъ отъ службы", на которую снова вступилъ 31-го января 1854 года въ Московскій Опекунскій Совѣтъ почетнымъ опекуномъ.

15) Страстный любитель книгъ Сергѣй Дмитріевичъ Полтарацкій.

16) Князь Ѳедоръ Гагаринъ, братъ вы. В. Ѳ. Вяземской. Въ 1814 году съ русскими войсками вошелъ въ Парижъ, умеръ въ Москвѣ въ 60-хъ годахъ. (Примѣчаніе графини Е. П. Шереметевой).

17) Дмитрій Аркадіевичъ Столыпинъ, на сестрѣ его Маріи Аркадіевнѣ былъ женатъ князь Павелъ Петровичъ Вяземскій.

18) Дмитрій Александровичъ Давыдовъ родился 26-го мая 1786 г., умеръ 13-го мая 1851 года; былъ женатъ на княжнѣ Елисаветѣ Алексѣевнѣ Шаховской. "Въ числѣ предшественниковъ графа А. А. Бобринскаго", пишетъ князь П. А. Вяземскій, "но сахарной промышленности нельзя забыть нашего общаго съ нимъ пріятеля Д. А. Давыдова. Онъ положилъ въ нее много лѣтъ, много усилій и трудовъ и много денегъ,-- едвали не все свое благосостояніе, заключавшееся въ милліонъ рублей ассигнац. Удача не вознаградила его усердія и пожертвованія". (Полное Собраніе Сочиненій князя П. А. Вяземскаго. Спб. 1882. YH, 230).

19) См. Примѣчаніе 5-е.

20) Slownik jezyka Polskiego. Warszawa, 1807--1814. Въ шести томахъ.

21) Въ дневникѣ своемъ, подъ 29 сентября 1850 г., Погодинъ записалъ: "Вечеръ у Уварова, гдѣ встрѣтилъ Вяземскаго. Шевыревъ предлагаетъ дать обѣдъ Вяземскому. Думалъ о рѣчи". Въ этомъ обѣдѣ приняли участіе: Марія Ховрина, Елизавета Горсткина, Марта Новосильцева, княгиня Надежда Четвертинская, Софія Ладомирская, Зинаида Ладомирская, княгиня Надежда Трубецкая, Каролина Павлова, Дарья Сушкова, Евгенія Танненбергъ, графиня Елизавета Сальясъ, Авдотья Глинка, Прасковья Бакунина, Иванъ Лужынъ, Степанъ Шевыревъ, Александръ Булгаковъ, Константинъ Булгаковъ, князь Николай Трубецкой, Михаилъ Загоскинъ, Николай Сушковъ, Ѳедоръ Глинка, князь Александръ Ухтомскій, князь Ѳедоръ Гагаринъ, Николай Павловъ, Николай Боборыкинъ, Сергѣй Полтарацкій, графъ Н. Орловъ-Денисовъ, Алексѣй Мельгуновъ, Николай Мухановъ, Михаилъ Погодинъ, Александръ Арм- фелъдъ, Михаилъ Гульковскій, Дмитрій Столыпинъ, графъ Василій Бобринскій, Александръ Вельтманъ, Александръ Плещеевъ, Владиміръ Драшусовъ, Петръ Перевлѣсскій, Василій Корнильевъ, Алексѣй Верстовскій, Павелъ Нащокинъ, Ѳедоръ Буслаевъ, Тимоѳей Грановскій, Сергѣй Соловьевъ, Левъ Мей, графъ Дмитрій (Андреевичъ) Толстой, Николай Билевичъ, Петръ Новосильцовъ, князь Михаилъ (Андреевичъ) Оболенскій, Михаилъ Скотти, Василій Добровольскій, Петръ Чаадаевъ, Дмитрій Бегичевъ, Ѳедоръ Иноземцевъ, Иванъ Горсткинъ, Михаилъ Щепкинъ, князь В. С. Голицынъ.

Шевыревъ писалъ Погодину: "Надобно было оправдать отсутствіе Хомякова, Гоголя, Максимовича. Не всѣ же знаютъ, что ихъ нѣтъ въ Москвѣ. А обѣдъ-то былъ славный".

(Подробное описаніе этого обѣда см. Жизнь и Труды М. II. Погодина. Спб. 1897. XI, 157--167).

22) См. Примѣчаніе 14-е.