# Русские литераторы в Польше

Николай Моисеевич Волковысский

Две новые русские книжки на польском рынке. - О популярном поэте и молодом прозаике. - Литераторы в провинции. - Тяжелая борьба за существование

Николай Волковыский


Русские литераторы в Польше


Две новыя русския книжки на польском рынке. - О популярном поэте и молодом прозаике. - Литераторы в провинции. - Тяжелая борьба за существование.


(От варшавскаго корреспондента "Сегодня").


Поводом к написанию этих строк являются две тоненькия книжечки, только что появившияся на польском рынке. Одна заключает в себе 15 стихотворений, принадлежащих перу Евг. Вадимова, чье 25-летие литературной деятельности было отмечено на наших столбцах. Другая - 46 страниц, отведенных повести "На каторгу" (это название использовано автором и для заглавия книжечки) и маленькому разсказу "Вьюга". Автор не справлял еще никаких юбилеев. Это - молодой человек, в прошлом году приехавший в Варшаву из СССР и объявивший себя "советским писателем". Его имя, Виж-Северский, никому ничего не говорило, но сразу-же в местной печати - и ежедневной, и еженедельной - стали появляться небольшие разсказики за новой для читателя подписью.

Вадимова здесь знают и любят. Его стихи, то манерные, стилизованные, то подкупающие простотой и непосредственностью, его милый романтизм, не очень созвучный "жестокому веку", но ласкающий слух тех, кто еще не проникся всецело этой "жестокой" новизной, - создали ему только что успех в целом ряде городов, где он выступал с чтением своих стихов. И выпущенная теперь книжечка, озаглавленная "Русская Культура" (по названию перваго стихотворения) встречена здешним читателем с необычной, для отношения к популярному в "русской Польше" поэту, теплотой. Сборник носит характер интимнаго лирическаго сборника: это - звенья длинной цепи воспоминаний о Петербурге, Москве, о родном "селе Недоля" (одно из лучших стихотворений в книжке). И в это интимное вклиняется баллада "Двенадцать братьев", написанная на мотив крупнаго современнаго поэта Болеслава Лесьмяна. Тут Вадимов блеснул мастерством стиха, стальной ковкой отдельных строк: "И пал на землю тяжкий млат - и тени умерли, как люди".

Виж-Северский представляет собою, насколько можно судить и по напечатанным здесь небольшим рассказикам, и по только что выпущенной книжечке, молодого человека, к которому меньше всего надлежит приклеивать ярлык "советскаго писателя".

Он разсказывает не плохо, но без психологическаго проникновения и без образности. Темы сами по себе занятны, и возможно, что если он, не спеша с изданием книжек, займется, в европейской обстановке, работою над своим стилем, над общими задачами литературнаго творчества, он может дать что-нибудь внутренне более ценное, чем средний репортаж со стилистическими шероховатостями вроде: "нервно потирая со лба пот", без гимназическаго стиля: "фигура его, несмотря на такой солидный возраст, была стройной".

Картина тюремной жизни, галлерея людей, мелькающих перед читателем, любопытна сама по себе, но красками автор еще не владеет. Наблюдательность есть, но скрывается-ли за нею художник (хотя-бы и неопытный) или просто хроникер, может определиться лишь после упорной работы автора над собою и своим пером.

Русская литературная жизнь в Польше небогата ни именами, ни плодами литературнаго творчества. Не останавливаясь на Д. В. Философове, который лишь, время от времени, выступает с публицистическими статьями, нужно упомянуть стараго московскаго литератора Ал. Кондратьева, принадлежавшаго в Первопрестольной к лучшим кругам дореволюционнаго времени. Сейчас он живет в глуши, в имении, изредка печатая стихи, весь отдавшись изучению старины, в которой он находит отзвук своим мистическим настроениям, своим исканиям, подчас напоминающим своеобразный духовный мир А. М. Ремизова.

На другом полюсе стоит имя молодого поэта Л. Н. Гомолицкаго, котораго отмечал на столбцах "Сегодня" П. М. Пильский. Это - представитель того "меланхоличнаго" современнаго поколения русских зарубежных поэтов, которые свили свое гнездо в Париже.

И между ними - ряд поэтов, подчас очень культурных, следящих жадно из своих провинциальных углов за всем, что творится в географически-далеком от них художественном мире и творящих в несколько съуженном кругу душевных ощущений, в мире образов - более интимных, чем ярких и, так сказать, барельефных. Среди них - первыя места принадлежат Лидии Сеницкой, из под пера которой вышло, между прочим, несколько превосходных переводов Леконта де Лиля и большого польскаго поэта Леопольда Стаффа, и, премированному на здешнем конкурсе, Ивану Кулишу, лирику с большой задушевностью.

Еще один поэт - В. С. Чихачев, - который в "избранных" кругах пользуется большим признанием, но этот, живущий почти совершенно в стороне от русской среды, человек, очень редко появляется в печати. Изредка встречаются стихи В. В. Брандта, безмолвствует муза С. Л. Войцеховскаго, одного из двух, живущих в Польше русских поэтов, имена которых попали в литературную антологию "Якорь" (второй - Гомолицкий); редакторы этого сборника отнеслись к здешним поэтам очень несправедливо, обойдя молчанием несколько достойных.

Варшавские поэты замолкли за последнее время. Мало слышно об их союзе, погасли их публичныя выступления. В Вильне русская литературная жизнь, в которой видную роль играет журналист и превосходный переводчик польских поэтов Д. Д. Бохан, проявляет гораздо большую деятельность. Постоянныя собрания, еженедельныя выступления, близость к местным польским литературным кругам, - все это придает "русской Вильне" гораздо более яркую окраску, чем дремлющей "русской Варшаве". Там есть и старшее литературное (в частности, поэтическое) поколение, появляются на горизонте и молодые беллетристы, среди которых обращает на себя внимание Лев Леонидов.

В рядах, живущей в маленькой провинции литературной молодежи, обратила на себя общее внимание Ксения Костенич, как литературный критик и, главным образом, как автор чрезвычайно ярких и совершенно самостоятельных очерков, посвященных отдельным писателям.

При всем различии литературных обликов здешних русских писателей, подавляющее большинство их объединено одной печальной общей чертой: всем приходится вести тяжелую борьбу за существование, и это, вместе с малой возможностью печататься, налагает свою разрушительную руку на творчество даже наиболее даровитых.


Н. Волковыский. Русские литераторы в Польше // Сегодня. 1937. No 8, 8 января.


Подготовка текстов -- Кирилл Васильев, 2002.

Публикация -- Русские творческие ресурсы Балтии, 2002.