# На верном пути

Вацлав Вацлавович Воровский

В. В. Воровский


На верном пути


В. В. Воровский. Фельетоны

Издательство Академии наук СССР, Москва, 1960


Если вам, читатель, приходилось иметь дело с забытым ныне Боклем, автором "Истории цивилизации в Англии"1, то вы, вероятно, помните, какое значение придавал он пище, характером питания определял он и характер всей данной культуры.

И в самом деле: разве малую роль сыграли кровяные бифштексы в завоевательной политике англичан?

Разве рыбий темперамент какого-нибудь эскимоса не объясняется тем, что он лопает тресковый жир в опасных для мыслительных способностей количествах?

Наконец, всякий знает, что растительная пища, которой питается русский мужик (когда он вообще питается), немало способствует развитию в нем чувств смирения, покорности, религиозности, преданности начальству, патриотизма.

Вообще растительная пища крайне благоприятно отзывается на смягчении нравов.

Человек утрачивает хищные, воинственные замашки, он перестает противиться злу, не спорит, а если и спорит изредка, то чинно, благообразно, елейно.

Между тем как мясная пища способствует поддержанию кровожадных инстинктов, сварливости, неуживчивости, непокорства.

Собственно говоря, в благоустроенном государстве мясная пища должна быть разрешена только управляющим, управляемым же -- растительная пища.

Говорят, в осеннюю сессию Государственной думы будет рассматриваться соответственный законопроект, внесенный Шульгиным и компанией. По этому проекту, потребление мяса будет дозволено только воинским чинам, да чиновникам, начиная с 8-го класса.

Для регулирования и контроля будет создана казенная мясная монополия, организованная наподобие продажи кошерного мяса. Даже коробочный сбор будет взиматься -- специально на постройку броненосцев.

Но это еще впереди. А сейчас речь идет о другом.

За последние годы у нас в России потребление мяса возросло необычайно, и это сказалось на росте кровожадных инстинктов среди населения.

Ослабело чувство частной собственности, пало уважение к власти, исчезло истинное понимание государственности.

Самым разительным примером подобного упадка и озверения человека является, бесспорно, подписание известного Выборгского воззвания.

Правда, моральное и политическое затмение авторов этого воззвания, злоупотреблявших мясной пищей, скоро прошло. Они сами отреклись от своего ужасного поступка.

Но факт остался фактом, и он заставил их вдуматься и доискиваться причин подобной гражданской аберрации.

И они правильно усмотрели ее в потреблении мясной пищи.

Честь этого открытия принадлежит, по уверению "Русского слова", кн. Петру Долгорукову.

По словам этой газеты, у кн. Долгорукова и г. Кокошкина уже давно (кажется, со времени Гельсингфорсского съезда2) зародилось желание перейти на молочную пищу. Такая пища более подходила к изменившейся политической ситуации и к изменившейся тактике партии конституционных демократов.

Но пока князь и его товарищи находились на воле, им никак не удавалось переменить питание.

Сильна была еще оппозиция в партии, настаивавшая на мясной пище, да и правые слишком демонстративно подчеркивали пользу кислого молока для кадетских желудков.

Так дело и тянулось.

И неизвестно, удалось ли бы выборжцам приспособить свое питание к потребностям времени, если бы их не засадили на три месяца в тюрьму.

Тут дело разрешилось само собой.

Тюремная пища, относящаяся еще к доконституционному периоду русской истории, не могла, конечно, удовлетворить желудка конституционалистов. Пришлось прибегнуть к своей пище и -- как раз к молочной.

И здесь роль ангела хранителя сыграла княгиня Долгорукова -- о русские женщины! русские женщины! -- доставляющая в тюрьму кислое молоко для мужа и его друзей.

По словам тюремной администрации, уже замечается смягчение нравов среди выборжцев.


Фавн


"Одесское обозрение",

2 июля 1908 г.


Перепечатывается впервые.

1 "История цивилизации в Англии" -- сочинение английского писателя Бокля, Генри Томаса (1821--1862) -- либерально-буржуазного социолога и публициста.

2 На Гельсингфорсском съезде кадеты отреклись от Выборгского воззвания (см, прим. к фельетону "Надоедливый квартирант").