# Письма к Александру Бенуа

Николай Николаевич Врангель

Николай Врангель


Письма к Александру Бенуа


"Наше Наследие", No 37, 1996

Публикация, вступительная статья и комментарии А. П. Банникова

OCR Ловецкая Т. Ю.


Художественную критику, сыгравшую такую важную роль в интеллектуальной жизни России конца Х1Х-начала XX века, невозможно представить без имен В. В. Стасова и И. Э. Грабаря, С. Р. Эрнста и С. К. Маковского, С. П. Яремича и А. А. Ростиславова, Э. К. Липгарта и П. П. Вейнера, Д. В. Философова и П. П. Муратова... Это был не серебряный, а воистину ее золотой век. Ярчайшими и деятельными фигурами, внесшими фундаментальный вклад в историю отечественной культуры рубежа столетий, были Александр Бенуа, Сергей Дягилев и Николай Врангель1.

Круг научных интересов Н. Н. Врангеля был весьма обширен -- у него есть работы о Венецианове и Вермеере Дельфтском, Ступине и Антокольском, Рокотове и Борисове-Мусатове, Кипренском и Добужинском, Сомове и Баксте, нидерландских портретах и картинах Лермонтова, Леонардо да Винчи и Шибанова, "иностранцах в России" и крепостных художниках, русских скульпторах и "испанцах" Эрмитажа, миниатюристах и коллекционерах. Его сочинения и научные штудии по истории искусств -- настоящие художественно-исторические произведения, ярко и образно рисующие жизнь и искусство ушедших эпох, изложенные прекрасным литературным языком. Давно необходимо переиздать лучшие труды Николая Николаевича, напечатать его письма, дневники, неопубликованные статьи, картотеки, систематизированные материалы по частным петербургским коллекциям начала XX века. Еще в 1915 году Бенуа объявил в "Старых годах", что он готовит к изданию собрание сочинений Врангеля в пяти томах. Современные историки искусства остро ощущают отсутствие этих уникальных трудов.

Врангель познакомился с Бенуа в 1900 году, когда Александр Николаевич был уже признанным исследователем, а юный Кока (так звал его Бенуа) -- никому не известным любителем искусства, задумавшим устроить большую портретную выставку. Невзирая на десятилетнюю разницу в возрасте, ничем не омраченная дружба длилась до самой кончины Николая Николаевича, последовавшей в тридцатипятилетнем возрасте в варшавском госпитале. Эти пятнадцать лет их дружества характерны взаимопониманием, общностью интересов, товарищеской помощью, совместной работой.

Молодого исследователя Александр Николаевич оценивал весьма высоко и всегда отмечал его талантливость и выдающиеся способности. Поэтому утверждения некоторых современников о том, что Врангель без Бенуа "просто не состоялся бы", далеки от истины, хотя благотворного влияния не признать нельзя2.

Врангель преклонялся перед творчеством своего старшего друга -- и как художника, и как историка, и как критика. Незадолго до своей смерти, в 1914 году, в одном престижном издании он пишет об Александре Николаевиче: "<...> За последние годы им поставлено несколько балетов, чудесных по колориту и сложной выдумке: "Павильон Армиды", "Петрушка". Произведения его находятся в музее Александра III (серия прогулок Людовика XIV), в Третьяковской галерее ("Замок", "Пейзаж", "Кладбище", "Интерьер Павловского дворца", этюд Петергофского Монплезира); в частных собраниях: В. В. фон-Мек, кн. С. А. Щербатова, Р. Д. Вострякова, В. О. Гиршмана, кн. В. Н. Аргутинского-Долгорукова, С. С. Боткина, И. С. Остроухова и других. Кроме известной своей "Истории русской живописи в XIX веке", им написано много исторических и критических статей по искусству в "Мире искусства", "Художественных сокровищах России", в "Старых годах", в "Аполлоне", в "Ежегоднике Императорских театров", в сборнике министерства финансов, в газетах "Слово", "Речь", в "Revue encyclopedique" и других. Замечателен также его "Путеводитель по Эрмитажу". Бенуа сыграл огромную роль в истории русской художественной культуры начала XX века и он должен быть признан одним из лучших критиков нашего времени"3.

Преждевременная кончина Николая Николаевича потрясла Бенуа. 2 июля 1915 года в газете "Современное слово" он публикует большой некролог, явившийся, фактически, прочувствованными воспоминаниями об их дружбе. Размышляя о феномене Врангеля, он первый указал на выдающуюся роль его в русском искусстве. "<...> Большая публика мало еще знала Врангеля, хотя и читала его книги, хотя и посещала выставки, устроенные благодаря его неутомимой энергии. Публика именно мало знала его, смешивая с плеядой других деятелей в сфере искусства, считая его одним из тех молодых людей, которые с похвальным усердием занимаются тем, что за последние годы вошло у нас в моду -- "изучением старого и нового искусства". Действительно, он был в этой плеяде, сгруппированной вокруг "Старых годов", и даже можно это без всякого преувеличения сказать, был ее главарем, ее душой. <...> Но Врангель обладал чем-то большим и бесконечно более важным. В нем жил трепет, он был охвачен подлинным пламенем, -- а это нечто такое, из-за чего вообще только и должно существовать искусство.

Утрату Врангеля сейчас просто невозможно учесть. Ее последствия скажутся только с течением времени, когда все то, в чем без него нельзя было обойтись, окажется всецело предоставленным только его "воспитанникам" (у этого юного деятеля было несметное количество воспитанников) и его помощникам. <...>

В первые годы моего знакомства с Врангелем (это еще было в 1901 голу, в год устроения первой затеянной им выставки портретов4) я его заподозрил в некотором снобизме и дилетантизме. Но на самом деле просто очень многое в нем было тогда несложившимся -- он был еще совершенно мальчиком и незрелость придавала его беседе и его поступкам характер чего-то несерьезного и даже, подчас, взбалмошного. <...> Однако, именно Врангель преодолел эти подготовительные ступени и вот уже лет пять или шесть, как я любовался в нем той строгостью знаний, тем оттенком "эстетической мудрости", которые и являются настоящими признаками зрелого художественного сознания.

Любовь его к искусству была в полном смысле беззаветной. Это она его держала в состоянии какого-то постоянного возбуждения, это она давала ему силы сразу заниматься целым рядом дел -- и все с одинаковым упоением, с одинаковым пламенем. Врангелю было чуждо равнодушие. <...> Действительно, Врангель был той породы людей, которые вообще-то были всегда редкостью, но которых в наше перекормленное искусством время совсем мало, это был энтузиаст, человек, горевший подлинно священным огнем. Не знаниями, не пониманием, не чутьем, не силой энергии выделялся Врангель в петроградском обществе (хотя и во всем этом было мало равных ему), а горячей своей страстью, каким-то фанатизмом, придававшим ему оттенок какого-то подвижничества. И еще можно сказать так: это был герой и рыцарь искусства, не лишенный даже многих священных черт донкихотства, благодаря которым он, в свою короткую жизнь, пережил много тяжелого, много такого, от чего другие бегут и прячутся, чего боятся больше болезни и смерти.

И последний поступок Врангеля -- его полная отдача себя деятельности Красного Креста, был выражением его геройства, рыцарства, его жизненности. <...> Но в высшей степени характерно для Врангеля то, что лишь только он несколько освоился с новой обстановкой, как снова обратил свои заботы на свое прекрасное детище и уже в октябре его можно было видеть в вагоне-лазарете держащим, в свободное от трудов по эвакуации раненых время, корректуры своих художественных статей и даже пишущим новые и сверяющим материалы. Этих материалов у Врангеля должна остаться неисчислимая масса; ведь ряд всевозможных изысканий был им намечен на многие годы вперед и частью, даже в значительной степени, к ним подысканы архивные и другие документы. Очень ценны должны быть также те записки, которые он делал во время своих путешествий по России и Европе, что теперь со всем этим станется? Врангель, как и многие другие лучшие люди русского искусства, не был при жизни удостоен нашими художественными учреждениями какого-либо отличия; напротив того, оказывая бесценные услуги, он только терпел от них всевозможные неприятности"5.

В настоящее время в государственных хранилищах выявлено 35 писем Врангеля к Бенуа (в ОР ГРМ) и 17 писем Бенуа к Врангелю (РО ИРЛИ). Нами публикуются наиболее интересные автографы. Все они печатаются впервые. Составителем сделаны незначительные купюры текстов, представляющих чисто бытовой интерес (упоминания о времени встреч, просьбы связаться по телефону и т.п.).

Публикатор благодарит члена-корреспондента Академии художеств Н. Н. Никулина, зав.справочно-библиографическим отделом НБАХ Т. В. Макарову, научного сотрудника РО ИРЛИ А. Д. Алексеева и заведующую ОР ГРМ И. П. Лапину за помощь в работе.

СПБ


3 апреля 1902 г.


Многоуважаемый Александр Николаевич,

будьте добры вручить подателю сего имеющиеся у Вас мои листы6, мне перед печатанием надо внести кой-какие замечания. Присылаю Вам новую партию с просьбой просмотреть их по возможности к пятнице. При этом соблаговолите отметить следующее: 1) Я ничего не писал о миниатюрах А. П. Философовой7. Надо ли? 2) Мне кажется, что Ровинский8 неправильно говорит, что портрет Императора Павла I, по каталогу No 20 (с гравюрой в руках), гравирован. Не есть ли это портрет, помещенный на выставке под No14 (в моей рукописи стр. 66)? 3) Не знаете ли Вы, кем написан портрет князя Щербатова, находящийся в Публичной библиотеке? Существующая гравюра сделана с этого оригинала, но по композиции несколько напоминает портрет, помещенный на нашей выставке (наш портрет без андреевской ленты и орденов)9.

Будьте добры просмотреть все это и сделать соответствующие указания-пометки. <...>

Преданный Вам Николай Врангель.


ОР ГРМ. ф. 137, ед. хр.824, л.23--24.


<СПБ>


28 апреля <1903 г.>10


Многоуважаемый Александр Николаевич!

Дело, по которому я хотел Вас беспокоить, заключается в следующем: мы имеем проект устроить осенью в Париже выставку "старинной русской живописи". Мысль, как видите, весьма интересная. Относительно денежной стороны этого дела, на которое потребуется затратить тысяч 20, мы думаем сделать следующее. Мы обратимся к Сабуровой11 (под строгим секретом, так как еще обещания окончательного не давали) с предложением устроить эту выставку, но на условии полного соблюдения наших требований, а именно: выбор всех без исключения лиц будет зависеть от нас, начиная от председателя и кончая кассиром, все должны быть нами выбраны и не иметь никакого отношения к благотворительности. У нас будет три инстанции, во-первых, комитет, в который должны войти кроме специальных лиц русский посол (кн. Урусов12) и несколько других, которые будут помогать нам в административных сферах; 2) выбор картин будет всецело принадлежать экспертизе из четырех человек в СПБ и двух в Москве. (Здесь мы надеялись на Вас, А. И. Сомова, Горленко и председателя графа Д. И. Толстого, а в Москве же на Цветкова и Остроухова).

Марципаниуса13 к сожалению придется взять в комиссары, так как идея этой выставки принадлежит ему и неловко ее у него предвосхищать. В Совет мы думаем просить С. П. Дягилева, С. С. Боткина, А. Н. Бенуа, гр. Д. И. Толстого, П. Я. Дашкова (?), А. И. Сомова, В. И. Вуич (?) и И. Э. Грабаря. Очевидно, дамы не будут допущены на расстояние пушечного выстрела.

Очень хотелось бы Вас видеть, чтобы поговорить о деталях, так как мне кажется за это надо взяться очень энергично, чтобы решить все до отъезда из Петербурга сильных мира сего и до приезда Лубэ14, а главное сразу поставить дело на серьезную почву в смысле организации и участников. Если все решится, мы все лето можем подготовляться и сделать даже несколько экскурсии в провинцию. Заранее надеюсь, что Вы согласитесь принять участие в этой интересной идее, чтобы из нее не вышел бы опять балаган. Сабурова в восторге от идеи и очевидно пойдет на все наши требования.

Очень прошу Вас, дорогой Александр Николаевич, никому пока об этом не говорите. Во вторник буду у Вас в редакции15.

Совершенно преданный Вам Н. Врангель.


ОР ГРМ, ф. 137, ед. хр. 824, л.6--9.


СПБ


28 апреля 1905 г.


<...> Во вторник вечером был по приглашению Евгения Евгеньевича16 на Вашей пустой квартире и вместе с другими проливал слезы о Вашем отсутствии. Теперь не с кем двух слов сказать, никто искусством здесь не интересуется, "Мир искусства"17 прекратил свое существование и все куда-то разбежались. Портретная выставка18 по-прежнему существует, но кроме меня и Дягилева на ней никого не видно. Видел сегодня Д. И. Толстого19, он скоро уезжает в Швейцарию и Бретань, летом вряд ли соберется. Я на лето, вероятно, также поеду за границу: сначала в Гамбург заниматься исцелением недугов, а потом проедусь по Голландии, где еще не был ни разу.

Тревожное состояние в Петербурге немного успокоилось после Пасхи, хотя к лету опять предсказывают всякие ужасы, включая и смертоубийства. Вернувшись через два года в Россию, Вы найдете здесь уже новое правление с Максимом I из династии Горьких во I главе20 <...>

Искренне преданный Вам Н. Врангель.


ОР ГРМ, ф. 137, ед. хр. 824, л.40--41.


СПБ.


30 августа 1911 г.


Милый Александр Николаевич,

... Сегодня только утром вернулся из Пскова, куда был командирован Музеем Александра III оценить картины и миниатюры знаменитого ныне Плюшкинского собрания21. О нем прокричал Меньшиков, прокричали и другие газеты, и дело дошло до того, что Комитет Министров (!) решил купить сие сокровище, чтобы "не перекупили американцы". Поручили дело милому Дмитрию Ивановичу <Толстому>, но он к счастью усомнился и решил собрать целый комитет для экспертизы. В Псков ездила экспедиция из пятнадцати человек: зоолог, минералог, археолог, бисеровед, чашковед, книгочий и пр. и пр.22. Зоолог увидел три чучела курицы, домашней утки и гуся; минералог -- булыжники. Более комического собрания я не только не видел, но не могу себе представить. Среди тысячи двухсот двадцати девяти картин (1229!), осмотренных мною, десять (10) можно оценить по 10 рублей, остальные стоят от 3 до 5 копеек23.

Только такой гений как Гоголь мог угадать, что через сто лет появится Плюшкин, и теперь надо ожидать Ноздрева, Петуха, Собакевича. Впрочем, Ноздрева при некотором желании может в своей области изобразить Грабарь24. Если представится случай, выразите и Вы свое возмущение этой покупкой (370 тыс. руб.!), не то не дай Бог еще приобретут25. <...>

Искренне Ваш Н.Врангель.


ОР ГРМ, ф. 137, ед. хр. 824, л.54.


Исповедь


Врангель, барон Николай Николаевич, родился в именин "Головковка"26 Киевской губернии в 1882 году27. Получил домашнее образование и с детства дурным поведением страшил гувернеров и учителей. В 1899--1900 годах жил в Италии -- Флоренции, Риме и маленьких городах, занимаясь итальянским XV веком, который теперь позабыл. Изучал историю искусств самостоятельно и под руководством Александра Трубникова28 и братьев В. и Н. Зубовых29; в этом принимал участие и ласковый старик Шварц30. В 1900 году познакомился с известным декадентом Александром Бенуа, который, по свидетельству А. В. Сабанеевой31, оказал на него пагубное влияние. При участии последнего вышла книга "150 лет русской портретной живописи"32 (1902 г.). В 1904 году выпустил "Русский Музей Императора Александра III" (2 тома). В 1905 году поступил в Императорский Эрмитаж33, в картинное отделение, где обучался пивоведению у известного Джеймса Шмидта34. Устраивал выставки (Французскую35, Ломоносовскую36, "Старые годы"37) и скандалы. В 1907 году принял участие в "Старых годах"38. В 1908 году близко сошелся с известным деятелем искусств академиком Михаилом Петровичем Боткиным39. Результатом этого сближения было двухмесячное пребывание на Казачьем плацу40. Здесь молодой ученый подробно изучил мытье полов и оконных стекол. Состоял в близкой дружбе со всеми столичными и провинциальными своднями. <...>

Из статей его наиболее длинные "И. В. Ступин и его ученики"41, статьи в "Старых годах": "Скульпторы"42, "Романтизм"43, "Помещичья Россия"44, "Иностранцы"45, "Время и школа Венецианова"46, "Русская женщина в искусстве", "Кипренский"47, статьи в "Аполлоне" и пр. Написал историю русской скульптуры. Из художественных деятелей был особенно дружен с Брешко-Брешковским48 (который прозвал его "вандал в монокле") и Брешко-Маковским49. С последним редактировал "Аполлон" и пустил по миру московского миллионера М. К. Ушакова50. Автор весьма любопытных неизданных мемуаров "Пакости о моих ближних"51. С 1912 года преподает историю искусств в институте графа Зубова52. <...>


ОР ГРМ, ф. 137, ед. хр. 824, л.60--6153.


Комментарии


1 Краткие биографические сведения о Николае Николаевиче Врангеле (1880--1915) приведены в моей статье "Документы из архивов Н. Н. Врангеля" ("Памятники культуры. Новые открытия". Ежегодник, 1990). Отсылаем также читателя к главе "Памяти Николая Николаевича Врангеля" в книге: Князь Сергей Волконский. Мои воспоминания. Т. 1. М., 1992, с.74--82.

2 Философов Д. В. Юношеские годы Александра Бенуа. -- "Наше наследие", 1991. No 6, с. 80--88.

3 Врангель Н. Н. Сто портретов деятелей русского искусства. Париж, [1914], изд. И. С. Лапина, пояснительная записка к портрету No 10.

4 Речь идет о "Выставке русской портретной живописи за 150 лет (1700--1850)", устроенной Врангелем в 1902 году. Ее экспозиция явилась заметным событием художественной жизни начала века, зрителям были показаны двести пятьдесят семь портретов, многие из которых были выставлены впервые. Идея этой выставки и ее проведение "самозваным устроителем" (т. е. Врангелем -- А. Б.) были в штыки приняты Дягилевым, -- ввиду того, что предвосхищали замышляемую им грандиозную выставку портрета XVIII--XX веков, блистательно устроенную им в Таврическом дворце в 1905 году. В журнале "Мир искусства" Сергеем Павловичем был опубликован раздраженный и необъективный ее обзор. "<...> С этой точки зрения (мнимой грандиозности, якобы замышляемой Врангелем -- А. Б.) выставка принесла большой вред, по существу же она только подтвердила правило, что каждый должен браться лишь за свое дело, и что серьезных и крупных предприятий легкомысленно, с кондачка, не следует затевать" (Дягилев С. П. Выставка русских исторических портретов. -- "Мир искусства", 1902, No 2, с. 34--36).

Однако Александр Бенуа принял самое активное участие в работе над выставкой, помогая Врангелю и консультируя его. Позднее он писал в своих мемуарах: "<...> Не имея еще ровно никакого опыта и лишь довольно приблизительные знания, он счел необходимым прибегнуть к моему опыту и моим знаниям. <...> Когда на нашем горизонте появился при всей своей необузданности юный бар. Н. Н. Врангель и почти сразу заговорил о своем намерении устроить выставку исторических портретов, я усмотрел в этом исполнение чего-то желанного и изъявил сразу полную готовность помочь ему советом и делом" (Бенуа А. Мои воспоминания, т.II. М., 1980, с. 339, 406). О высоком научном и художественном значении выставки Бенуа написал статью в "Художественных сокровищах России", 1902, No 4.

5 Бенуа А. Н. Памяти Врангеля. -- "Современное слово", 1915, 2 июля, No 2680. Публикуется с сокращениями.

6 В письме говорится о "Подробном иллюстрированном каталоге выставки русской портретной живописи за 150 лет (1700--1850)", издание Общества Синего Креста, СПб., 1902. Это первый печатный труд Врангеля. Дягилев посвятил его работе небольшую рецензию, в которой писал: "<...> Каталог испещрен разными мелкими сведениями, изобличающими в его составителях людей, искренно интересующихся не только историей нашего старого искусства, но и историей нашего коллекционерства и родовых хранилищ русского искусства". ("Мир искусства", 1902, No 9--10, с.22). Специалисты высоко оценили работу молодого исследователя. "<...> В его каталоге 150-летней выставки подробное описание каждого портрета с исторической, художественной, биографической стороны может служить образцом, как первая летопись и памятник художникам", -- писал С. Яремич. (Яремич С. П. Заметки художника. -- "Новая Русь", 1908, 20 декабря). Генеалогические сведения о портретируемых Врангелю дал Бенуа.

7 А. П. Философова (1837--1912) -- знаменитая общественная деятельница, мать Д. В. Философова, члена "Мира искусства". Из ее собрания на выставке экспонировался планшет с 21 миниатюрой художника К. И. Корсалина (каталог No 242).

8 Д. А. Ровинский (1824--1895) -- юрист, коллекционер, автор многочисленных трудов по истории русской гравюры.

9 О современном состоянии этой проблемы существует статья Б. А. Косолапова "О портретах М. М. Щербатова" в "Панораме искусств -- 5" (М., 1982, с. 296--312).

10 Работники ОР ГРМ датируют письмо предположительно 1911 годом. Предлагаемая нами датировка обосновывается тем, что русский посол кн. Л. П. Урусов был переведен из Парижа в Рим во второй половине 1903 года.

11 Е. В. Сабурова -- общественная деятельница. Устраиваемые ею вечера посещали наряду с художественной интеллигенцией члены императорской фамилии.

12 Л. П. Урусов -- русский дипломат, в 1898--1903 годах посол в Париже, после службу продолжил в Риме и Вене.

13 Лицо не установлено.

14 Э. Ф. Лубэ -- в 1899--1906 годах президент Французской республики.

15 Выставка не состоялась. Через три года эта идея была реализована Дягилевым и бывшими членами "Мира искусства".

16 Е. Е. Лансере (1875--1946) -- художник, член "Мира искусства", племянник А. Н. Бенуа.

17 "Мир искусства" -- художественное объединение, куда входили Дягилев, Бенуа, Сомов, Бакст, Философов, Нурок, Нувель и др., устраивало выставки, в 1899--1904 годах издавало одноименный журнал. Творчество мастеров "Мира искусства" оказало сильнейшее влияние на последующее развитие русского искусства. Врангель, поддерживая дружеские отношения со всеми мирискусниками, формально в объединение не входил.

18 Имеется в виду портретная выставка в Таврическом дворце, устроенная Дягилевым в 1905 году. Оказала огромное влияние на изучение русского портретизма XVIII--начала XX века. На ней было экспонировано 2286 портретов. Каталог выставки, в котором принимали участие Бенуа, Дягилев и Врангель, вышел в восьми томах.

19 Д. И. Толстой (1860--после 1942) -- граф, товарищ управляющего Русского музея, с 1909 года -- директор Императорского Эрмитажа, известный коллекционер.

20 Утверждение о том, что Горький может стать императором, было фантастическим отражением роли писателя в первой русской революции.

21 Врангель сообщает о поездке группы экспертов, побывавших в Пскове для оценки большого собрания (около одного миллиона экспонатов!) умершего купца Ф. М. Плюшкина (1847--1911). После его смерти русская пресса вела кампанию за приобретение коллекции правительством. С целью объективной оценки Русским музеем была организована комиссия. О результатах этой поездки в ведомственном архиве ГРМ имеется дело "Отзывы экспертов, обследовавших коллекцию Ф. М. Плюшкина в Пскове" (оп.1, ед. хр. 449).

22 В комиссии приняли участие лучшие научные силы Эрмитажа, Русского музея, Академии наук, Университета и т.д. В ее состав входили: А. К. Марков (нумизматика), С. Ф. Ольденбург (восточные древности), Н. Н. Врангель (рисунки, картины, миниатюры), С. Н. Тройницкий (фарфор, стекло, серебро, табакерки), Г. Г. Якобсон (естественно-исторические коллекции), Н. В. Петровский и К. К. Романов (иконы и церковная археология), Н. М. Могилянский и А. А. Миллер (этнография), Э. Э. Ленц (оружие), Н. А. Фаберже (драгоценности), Б. А. Тураев (египетские древности), В. И. Срезневский (рукописи и старопечатные книги), В. А. Егунов (книги), А. А. Спицын (археология), Т. О. Соколовская (масонские предметы), Н. Д. Чечулин (гравюры и литографии). Почти все специалисты высказались против приобретения коллекции целиком, а предлагали выбрать для музеев наиболее ценные вещи, оценив их в 8300 рублей.

23 Это утверждение противоречит экспертному заключению Врангеля, в котором для музеев предлагалось купить 33 картины за 510 руб. и 13 портретных миниатюр за 3550 руб., причем за две миниатюры рекомендовалось уплатить 1500 рублей!

24 И. Э. Грабарь (1871--1960) -- художник, критик, историк искусства. Активно сотрудничал с Врангелем в 1907--1908 годах, привлек его в число ведущих авторов "Истории русского искусства", где Николаи Николаевич написал фундаментальный труд "История скульптуры". Ввиду отказа Бенуа писать "Историю портрета" просил Врангеля написать этот том "Истории". В "Автомонографии" Грабарь пренебрежительно и высокомерно оценил свое сотрудничество с Врангелем (Грабарь И. Э. Моя жизнь. Автомонография. М.--Л., 1937, с.230).

25 В 1913 году коллекцию Плюшкина приобрел Николаи II за 100 000 руб. Она была разделена между Русским музеем, Эрмитажем, Академией наук.

26 Головковка -- село Киевской губернии в 30 верстах к северо-западу от Чигирина. Число жителей 1917 душ, 181 двор, больница. (Географо-статистический словарь Российской империи, часть I. СПб., 1863).

27 Эти сведения не подтверждаются архивными документами. Пушкинист А. М. Бессонова в архиве департамента Герольдии (ЦГИА) разыскала документы, бесспорно свидетельствующие, что Врангель родился в 1880 году (свидетельство о рождении и др.). Тем не менее, на основании данной "Исповеди", Бенуа в одной из энциклопедий указал его год рождения 1882. (Новый энциклопедический словарь. Т. XI. "Брокгауз и Ефрон", [1913]. с. 815).

28 А. А. Трубников -- искусствовед, сотрудник Эрмитажа, член редакционного комитета журнала "Старые годы", автор книги "Моя Италия" (СПб., 1909).

29 В. П. Зубов -- граф, историк архитектуры, в 1912 году основал в Петербурге на собственные средства Институт истории искусств.

30 Е. Г. Шварц (1843--?) -- известный русский коллекционер, имел в своем собрании множество картин А. Варнека, О. Кипренского, А. Орловского, В. Шварца. Его коллекция в 1917 году поступила в Русский музей.

31 А. В. Сабанеева -- жена директора школы "Общества поощрения художеств" Е. А. Сабанеева.

32 Имеется в виду "Подробный иллюстрированный каталог выставки русской портретной живописи за 150 лет..."

33 Согласно "Делу о службе барона Н. Н. Врангеля" (архив ГЭ, ф. 1, оп. 13 л/с, No 29) он поступил в Эрмитаж в мае 1906 года.

34 Д. А. Шмидт -- известный искусствовед, хранитель картинной галереи Эрмитажа, автор книг по фламандскому и английскому искусству. В советский период -- профессор Ленинградского университета.

35 Выставка "Сто лет французской живописи. 1812--1912" была устроена журналом "Аполлон" и Французским институтом в Петербурге в 1912 году. Экспонировалось 929 произведений, в основном, из частных французских коллекций, в том числе и шедевр Э. Мане "Бар в Фоли-Бержер" (каталог No 405).

36 Выставка "Ломоносов и Елизаветинское время", 1912 год. В числе прочих экспонатов на ней были выставлены 289 портретов первой половины XVIII столетия.

37 Выставка "Старые годы". 1908 гол. По каталогу предполагалось экспонировать 463 картины, ранее никогда не выставлявшихся. Не была показана публике ввиду столкновения генерального комиссара выставки Врангеля с академиком живописи М. П. Боткиным. Подробнее об этом в моей статье "Несостоявшаяся выставка", "Панорама искусств -- 7", М., 1984, с. 284--294.

38 "Старые годы" -- изысканный журнал для любителей искусства и старины, издаваемый в 1907--1916 годах, посвященный художественному наследию России и Западной Европы. Редактор-издатель (с 1908 года) П. П. Вейнер.

39 М. П. Боткин (1839--1914) -- художник академического направления, занимал много официальных должностей в различных учреждениях. Современники отмечали его склонность к интригам. Благодаря его вмешательству было запрещено открытие уникальной выставки "Старые годы". В результате резкого столкновения ("оскорбление действием") Боткин подал на Врангеля в суд, и последний был приговорен к двухмесячному тюремному заключению.

40 На Казачьем плацу находилась тюрьма, где Врангель отбывал наказание с 20 марта по 20 мая 1909 года. "<...> Публика состоит из 12 человек, все больше пропойцы совершенно типа <героев> М. Горького", -- писал он матери из камеры. (РО ИРЛИ, ф. 60, ед. хр. 6914, л. 32).

41 "Русский архив", 1906, январь, с. 432--448.

42 "Скульпторы XVIII в. в России". -- "Старые годы", 1907, июль--сентябрь.

43 "Романтизм в живописи Александровской эпохи и Отечественная война". -- "Старые годы", 1908. июль--сентябрь.

44 "Старые годы", 1910, июль--сентябрь.

45 Под этим названием известны два исследования: "Иностранцы в России", посвященные художникам XVIII века ("Старые годы", 1911, июль--сентябрь), и "Иностранцы XIX века в России" ("Старые годы", 1912, июль--сентябрь).

46 "Золотое руно", 1907, No 7--9.

47 "О. А. Кипренский в частных собраниях". СПб., 1912.

48 Н. Н. Брешко-Брешковский -- журналист, освещал в газетах "Биржевые ведомости" и "Петербургская газета" текущую художественную жизнь. Его статьи отличались поверхностностью и служили объектом резкой критики в журнале "Аполлон".

49 С. К. Маковский (1878--1962) -- художественный критик, поэт, основатель и редактор журнала "Аполлон" (1909--1917), автор многих статей по вопросам искусства. Наиболее известен трехтомный труд "Страницы художественной критики" (1906--1913). Редактор журнала "Русская икона" (с 1914 г.). Автор мемуаров "Портреты современников" (Нью-Йорк, 1955). Сравнение Маковского с Брешко-Брешковским отражает некоторое охлаждение Врангеля к Сергею Константиновичу, приведшее в 1912 году к отказу Врангеля от редактирования "Аполлона".

50 М. К. Ушаков -- издатель "Аполлона" (с 1911 г.), московский промышленник и меценат.

51 В государственных хранилищах мемуары не обнаружены.

52 В 1912 году в Петербурге графом В. П. Зубовым был открыт частный институт истории искусств -- первое в России учебное заведение, ставящее своей целью изучение и популяризацию искусствознания как подлинно научной дисциплины. Врангель читал там лекции в 1912--13 годах по искусству Франции.

53 Данная автобиография написана по просьбе Бенуа, которому она нужна была для работы над статьей о Врангеле в "Новом энциклопедическом словаре" Брокгауза и Ефрона. Появилась в XI томе. Несмотря на шутливый оттенок, она точно отражает жизнь ученого (за исключением даты рождения). Датируется 1912 годом (написана на бланке выставки "Ломоносов и Елизаветинское время").