# Мистер Поттер лечится покоем

Пелам Вудхаус

Mr. Potter Takes a Rest Cure.

Перевод Е. Толкачева (1928).

## Пэлем Грэнвил Вудхауз


## Мистер Поттер лечится покоем


P.G.Wodehouse. Mr. Potter Takes a Rest Cure (1926)


Перевод Е. Толкачева (1928)


Мистер Поттер, основатель и владелец известной издательской фирмы "Д. Поттер и Ко" в Нью-Йорке, опустил рукопись, которую лениво просматривал, и из глубины плетеного кресла сонно посмотрел на зеленую лужайку и пестрые клумбы, залитые лучами веселого июльского солнца.

Мистер Поттер чувствовал себя прекрасно: солнышко грело, запах молодой травы щекотал ноздри, а с Клиффордом Гендлом он не встречался с завтрака. Словом, все шло отлично.

Вскоре по приезде в Англию он встретил в клубе "Перо и Чернила" писательницу леди Викхэм; она пригласила его погостить в Скелдингс-Холл. Он сперва хотел отказаться. Доктор прописал ему полный покой, она же писала романы, и инстинкт самосохранения предостерегал его как издателя от продолжительного пребывания в ее доме, из опасения, что целые дни ему придется выслушивать ее произведения, предназначенные для напечатания в Америке. Но Скелдингс-Холл, старый замок времен Тюдоров, неотразим для не имеющих истории американцев. Мистер Поттер не устоял и согласился.

Ни разу он еще не раскаялся в этом, даже тогда, когда Клиффорд Гендл начал излагать ему свои взгляды на политическое положение страны. Вспоминая свою жизнь за последние полтора года, с беспрерывными телефонными звонками и навязчивыми авторами (по большей части женщинами), обвиняющими его в плохой рекламе их книг, он невольно думал, что попал в рай, и в этом раю была своя пери.

Как раз в эту минуту она приближалась к нему, миловидная, похожая на мальчика девушка, с красно-золотыми волосами, такая гибкая, что казалась сделанной из резины или китового уса.

-- А, мистер Поттер!

Это была Роберта Викхэм, дочь хозяйки, вернувшаяся всего два дня назад с севера, где она гостила у подруги.

-- Очень рад! -- просиял мистер Поттер.

-- Не вставайте. Что вы читаете? -- и она схватила рукопись. -- "Этика самоубийства"? Забавно!

Он добродушно улыбнулся.

-- Конечно, чтение такой рукописи в солнечный день покажется вам странным. Но мы, бедные издатели, никогда не принадлежим себе. Даже во время отпуска нас не оставляют в покое. Мне прислали рукопись из Нью-Йорка.

-- Я не склонна к самоубийству, -- сказала Роберта, -- но Клиффорд Гендл способен довести и меня до самоубийства.

-- Вы его не любите?

-- Терпеть не могу!

-- Я тоже.

-- И никто на свете, кроме мамы. Мама считает его замечательной личностью.

-- Неужели?

-- Правда.

-- Так, так, -- пробормотал мистер Поттер.

-- Он член парламента, вы знаете?

-- Знаю.

-- И говорит, что может стать министром,

-- Да, он мне намекал на это.

-- Он невыносим!

-- Именно!

-- И напыщен!

-- Совершенно верно! Недавно он говорил со мной, точно я депутация его выборщиков.

-- До моего приезда он очень надоедал вам?

-- Много. Но я старался его избегать.

-- Не такой он человек, чтобы его можно было избежать.

-- Да, знаете, что случилось два дня назад? Только никому не рассказывайте. Я вышел из курительной комнаты и услышал, что он идет ко мне навстречу. Тогда я, ха-ха, спрятался в шкаф!

-- Очаровательно!

-- Да, да. Но он открыл его и нашел меня. Это было ужасно.

-- Он сказал вам что-нибудь?

-- Ему нечего было сказать. Пожалуй, даже он усомнился в моей нормальности.

-- Да, но... Тес, мама идет!

Тишину летнего полдня нарушило звучное контральто романистки, звавшей свою дочь.

Леди Викхэм стояла на лужайке.

-- Где ты была, Роберта? Я тебя везде искала.

-- Что-нибудь случилось, мама?

-- Мистер Гендл хочет ехать в Хертфорд, ему нужно купить книги. Ты его отвезешь в своем автомобиле.

-- О, мама!

На лице леди Викхэм появилось странное выражение. Если бы мистер Поттер был ее английским издателем, он знал бы, что это означает непреклонность.

-- Роберта, -- сказала она с угрожающим спокойствием, -- я настаиваю на том, чтобы ты поехала с мистером Гендлом в Хертфорд.

-- Но я хотела играть в теннис.

-- Мистер Гендл гораздо лучшая компания для тебя, чем этот шалопай Крувт. Отправляйся и откажись от сегодняшней игры.

Роберта опустила голову.

"Мать хочет выдать меня за него замуж", -- подумала она.

Наступила ночь.

Леди Викхэм в рабочем кабинете записывала свои гениальные мысли, которые подлежали переводу на все языки, до скандинавских включительно. Роберта куда-то скрылась.

Гендл накинул летнее пальто и пошел искать ее в парке.

А мистер Поттер сидел под ивой в лодке, на пруду, и мечтал, наслаждаясь звездной ночью.

Резкий, противный голос донесся до него с берега и вернул его к действительности. Узнав голос Гендла, мистер Поттер подпрыгнул, точно от укуса москита.

-- Роберта, -- говорил Гендл. Мистер Поттер замер. Сперва ему показалось, что Клиффорд Гендл один. Теперь он меньше всего желал, чтобы его присутствие было обнаружено. -- Роберта, вы не можете не видеть моих чувств к вам. Конечно, вы знаете или догадываетесь, что я вас люблю.

Мистер Поттер был очень деликатным человеком и самым щепетильным из издателей. Поэтому, или по другой причине, волосы встали у него дыбом, челюсть отвисла, и он стал хлопать глазами, как кукла.

-- Вы -- счастье моей жизни, -- говорил мистер Гендл. По телу мистера Поттера пробежала дрожь, и цепь, на которой была привязана к берегу лодка, издала треск, похожий на пулеметный.

-- Там кто-нибудь есть? -- спросил Гендл.

Бывают положения, в которых для издателей есть один исход. Мистер Поттер перегнулся через борт и соскользнул в воду.

-- Кто там? -- крикнул Гендл.

Мистер Поттер с трудом удержался от крика. Он и не предполагал, что вода такая холодная. Но он мужественно шел вброд к другому берегу. Он вспомнил, что, по словам леди Викхэм, пруд имеет не больше четырех футов глубины, но хозяйка забыла ему сказать, что в пруду есть ямы. В одну из них и попал мистер Поттер.

-- Ой! -- крикнул он.

Клиффорд Гендл был человек решительный. Он сразу же понял значение криха и плеска и бросился в плоскодонку, Роберта -- за ним. Гендл схватил багор и крикнул: -- Где вы?

-- Уф! -- булькнул, вынырнув, мистер Поттер.

-- Я вижу его, -- сказала Роберта, -- чуть-чуть левее!

Поттер с отчаянием вцепился в шест и дернул. Гендл не устоял и шлепнулся в воду. Роберта поймала шест и стала тыкать им в воду. Клиффорд Гендл схватил мистера Поттера, мистер Поттер вцепился в Клиффорда Гендла. Роберта невольно припомнила киноленту "Бой аллигаторов". Она подняла шест и ударила в копошащуюся в воде массу.

Клиффорд Гендл, получив удар в область желудка, выпустил Поттера, который, почувствовав под ногами дно, выбрался на берег и пустился бегом к дому.

Мистер Гендл взобрался в лодку и, отплевываясь, сказал:

-- Он, наверное, сумасшедший. Другого объяснения быть не может. Я уже давно заметил, что он... ненормален. Однажды он спрятался от меня в шкаф.

-- Разве вы ничего не знали о бедном мистере Поттере? -- заговорила, силясь скрыть смех, Роберта..

-- А что такое?

-- У него мания преследования. А сегодня утром я застала его в саду за чтением "Этики самоубийства".

-- Надо что-нибудь сделать с ним! -- забеспокоился Гендл.

-- Что мы можем сделать? Во-первых, это нужно держать в тайне. При первом намеке он сбежит, и мама очень рассердится: он обещал издать ее роман в Америке.

-- Я буду за ним наблюдать.

-- Отлично!

Гендл пошел переодеваться, а Роберта подошла к матери, которая была сильно взволнована.

-- Роберта!

-- Что, мама?

-- Что случилось? Недавно мистер Поттер пробежал мимо меня, мокрый до нитки. А сейчас пролетел мистер Гендл, оставляя мокрые следы! Что они там делали?

-- Залезли в пруд и дрались, мама...

-- В пруд... и дрались?! Что ты говоришь?

-- Мистер Поттер бросился в пруд, спасаясь от мистера Гендла, а тот поймал его, схватил за горло и хотел утопить.

-- Из-за чего они поссорились?

-- Вы знаете, что мистер Гендл необузданный человек...

-- Необузданный?

-- Да, он может без причины наброситься на человека.

-- Глупости!

-- Не верьте, если не хотите. Мне все равно. Роберта вышла из кабинета и, поднявшись наверх, постучала к мистеру Поттеру.

-- Слава Богу, вы живы! -- сказала она. -- Если бы не я, он вас утопил бы...

Поттер задрожал.

-- Как утопил бы?

-- Разве вы ничего о нем не знаете? -- Роберта подняла брови. -- Ведь вся его семья сумасшедшая.

-- Что вы говорите?

-- Да, многие аристократические семьи Англии страдают наследственным сумасшествием.

-- Неужели вы хотите сказать, что Гендл...

-- Ненормален. У него бывают припадки гнева.

-- Кажется, я ему нравлюсь, -- облегченно вздохнул Поттер. -- Он только не дает мне покоя своей болтовней о политике.

-- А вы никогда не зевали во время его рассуждений?

-- А разве он это замечает?

-- Тогда все понятно. Хорошенько закрывайте дверь на ночь, мистер Поттер!

-- Это ужасно...

-- Он спит в этом же коридоре.

-- Но почему же он на свободе?

-- Пока еще он никого не убил, но кто знает...

-- А леди Викхэм знает об этом?

-- Прошу вас, ничего не говорите ей! Она расстроится. Будьте только осторожны... Не оставайтесь с ним наедине и старайтесь его избегать.

-- Непременно! -- обещал Поттер.

В это время последний отпрыск сумасшедшего рода Гендлов переменил белье и надел халат. Ой не мог понять, что случилось.

Он вообще не любил издателей; его отношения с издательской фирмой "Проддер и Виггс", выпустившей его книгу "Стой на посту!" и продавшей всего только сорок три экземпляра, были не из приятных.

Уже ложась спать, он обнаружил под дверью записку Роберты: "Он может зарезаться бритвой".

Гендл был человек действия. Может быть, еще не поздно? Через минуту он уже стучал в дверь комнаты Поттера.

-- Кто там?

Клиффорд облегченно вздохнул: еще не поздно.

-- Могу я войти?

-- А кто это?

-- Гендл.

-- Что вам нужно?

-- Не можете ли вы одолжить мне вашу бритву?

Ответа не последовало. Гендл постучал еще раз и попросил позволения войти.

За дверью послышался грохот. Что-то тяжелое вроде комода привалилось к двери.

-- Мистер Поттер!

Молчание.

-- Вы здесь, мистер Поттер?

Ни звука.

Гендл вернулся в свою комнату. Он понял, что должен обезоружить несчастного маньяка! Балкон соединял окна обеих комнат. Надо подождать, когда несчастный заснет, влезть к нему в комнату и отобрать бритву.

Гендл взглянул на часы: ровно двенадцать. В два часа можно идти. Гендл уселся и стал терпеливо ждать.

Мистер Поттер, как только услышал, что Гендл ушел, вытащил коробочку с пилюлями от нервов и проглотил одну. Однако заснул он не скоро.

Ровно в два часа Клиффорд Гендл появился на балконе. Он осторожно поднял ногу и просунул ее в окно. Но выполнению его плана помешало одно непредвиденное обстоятельство. Служанка вечером принесла кувшин с горячей водой и поставила его на полу под окном. Гендл опрокинул кувшин и, поскользнувшись, растянулся в луже.

Вспыхнул свет. Мистер Поттер, бледный, выкатив глаза, сидел на постели.

Он смотрел на Гендла. Гендл смотрел на него.

-- Я хотел только посмотреть... -- начал Гендл. Вместо ответа мистер Поттер издал звук, похожий на тот, который издает поперхнувшаяся рыбной костью кошка.

-- Я хотел взять вашу бритву, -- ласково продолжал Гендл. -- А, вот она! -- Гендл кинулся к туалетному столику.

Мистер Поттер соскочил с постели в поисках оружия. Ничего подходящего, кроме рукописи "Этика самоубийства", которая могла бы служить хорошей хлопушкой для мух, но в настоящих обстоятельствах никуда не годилась. Прежде чем мистер Поттер сообразил, что делать, Гендл уже исчез с бритвой, пожелав ему на прощанье спокойной ночи.

Мистер Поттер закрыл окно, опустил гардины, привалил к окну умывальник, два стула и книжный шкаф. Затем он лег в постель, оставив свет непотушенным.

Первые лучи солнца и назойливое чириканье птиц разбудили мистера Поттера. Он встал и старался внушить себе, что видел дурной сон. Но две баррикады убедили его в реальности ночных кошмаров. И чем больше он обдумывал создавшееся положение, тем меньше оно ему нравилось.

К завтраку он вышел в довольно угнетенном настроении. В столовой он застал одну Роберту, которая ласково кивнула ему.

-- Доброе утро, мистер Поттер! Я надеюсь, вы хорошо спали?

-- Мисс Викхзм, -- сказал он. -- Этой ночью случилась страшная история.

-- Вы хотите сказать, что мистер Гендл...

-- Именно!

-- О, мистер Поттер, неужели он...

-- Покушался на мою жизнь. Только я лег спать, как он постучался ко мне в дверь и попросил у меня бритву...

-- И вы дали ему бритву?

-- Конечно, нет! Я забаррикадировал дверь...

-- И очень хорошо сделали!

-- А в два часа ночи он влез ко мне в окно!

-- Какой ужас!

-- Он похитил мою бритву, но почему-то не кинулся на меня, а только скорчил гримасу и вылез в окно. Наступила минута молчания.

-- Не хотите ли яиц? -- шепотом предложила гостю Роберта.

-- Благодарю вас, -- также шепотом ответил Поттер. -- Я возьму лучше баранины.

-- Я боюсь, -- шепнула Роберта, -- что вам придется уехать.

-- Я тоже так думаю.

-- Ясно, что Гендл вас невзлюбил.

-- Да.

-- Но вам следует уехать тайком, не прощаясь, а то этот безумец может броситься за вами в погоню! Вы напишите маме, что должны были уехать из-за него.

-- Разумеется.

-- Но не упоминайте о его безумии. Мама знает. Напишите только, что он хотел утопить вас в пруду, а потом забрался к вам в комнату и строил рожи. Она все поймет.

-- Хорошо... Я...

-- Тсс...

Вошел Клиффорд Гендл.

-- Доброе утро, -- сказала Роберта.

-- Доброе утро, -- отозвался он, занялся яйцом всмятку и, бросив взгляд через стол, увидел, что мистер Поттер сидит в мрачном и подавленном настроении.

Клиффорд проспал свои обычные восемь часов и чувствовал себя отлично.

-- Чудесное утро, -- сказал он.

-- Да, -- отозвался издатель.

-- В такую погоду каждый должен чувствовать себя отлично.

-- Пожалуй, -- нерешительно подтвердил мистер Поттер.

-- Кто, безрассудный, решится в такое чудное утро уйти из этого прекрасного мира в ничто?

-- Джордж Филиберт, живущий в Криклвуде, АкацияРод, дом тридцать два, -- прочла вслух Роберта, перелистывая газету.

-- Что такое?

-- В газете сообщается, что Джордж Филиберт присужден за покушение на самоубийство к тюремному заключению на две недели.

Гендл бросил быстрый взгляд на Роберту.

-- Возможно, -- сказал он, -- что у него были на то серьезные и веские причины...

-- Я никак не могу понять, -- вмешался мистер Поттер, -- почему принято считать самоубийство чем-то ненормальным? Автор одной интереснейшей книги "Этика самоубийства", которую я собираюсь выпустить, указывает, что только народы-монотеисты рассматривают самоубийство как преступление.

-- Да, но... -- начал было Гендл.

-- Автор доказывает, что для людской совести подчинение закону не обязательно и что в древности иначе смотрели на самоубийство: если самоубийца мог привести солидные и веские мотивы поступка, его оправдывали. И я не понимаю, почему общество считает себя вправе наказывать за покушение на самоубийство. Человек, не обладающий железными нервами... -- заговорив о нервах, Поттер вспомнил, что еще не принимал сегодня своих пилюль.

-- Да, но... -- Гендл пристально смотрел на Поттера и вдруг с ужасом увидел, что он поднес к губам белый шарик. Легкое движение губ и адамова яблока показало, что пилюля проглочена.

-- В самом деле, -- заговорил Поттер, беря вторую пилюлю...

В этот момент мистер Гендл подпрыгнул, схватил горчичницу и бросил в мистера Поттера.

Леди Викхэм, величественно покачиваясь, сходила по лестнице. Она решила сегодня же после утреннего завтрака употребить все силы, чтобы вырвать у мистера Поттера формальное обещание издать ее романы в Америке.

Поэтому она вошла в столовую с благосклонной улыбкой и очень удивилась, не застав там никого, кроме дочери.

-- Доброе утро, мама!

-- Доброе утро. Мистер Поттер ухе кончил завтракать?

-- Не знаю, кончил ли он завтракать, -- ответила Роберта, -- во всяком случае, ему было не до еды.

-- Где он?

-- Не знаю, мама.

-- Когда он ушел?

-- Только что.

-- Почему же я его не встретила?

-- Он выскочил в окно.

-- В окно?! Почему в окно?

-- Вероятно, потому, что мистер Гендл преграждал ему путь к двери.

-- Где мистер Гендл?

-- Не знаю, мама! Он тоже выскочил в окно. Потом оба побежали через лужайку. Мама, я много думала! Неужели вы думаете, что Клиффорд Гендл может оказать на меня такое благотворное влияние? Он, по-моему, несколько эксцентричен.

-- Я не понимаю ни слова из того, что ты говоришь.

-- Ну да, он эксцентричен! Мистер Поттер рассказывал мне, что сегодня в два часа ночи мистер Гендл влез в окно к мистеру Поттеру и корчил ему рожи. А сейчас...

-- Корчил рожи мистеру Поттеру?!

-- Да, мама! А сейчас мистер Поттер спокойно и мирно завтракал, а Клиффорд Гендл вдруг набросился на него с горчичницей. Мистер Поттер выпрыгнул в окно, Гендл -- за ним, и они побежали через лужайку. Мне кажется, что мистер Поттер развил очень хорошую скорость для своих лет, но едва ли этот моцион среди завтрака может быть ему полезен.

Леди Викхэм в изнеможении опустилась в кресло.

-- Неужели они оба сошли с ума?

-- Я думаю, что мистер Гендл ненормален, это часто бывает с учеными. Я только вчера читала об одном американце, который блестяще окончил Гарвардский университет. Ему предсказывали ослепительную карьеру, а он вдруг укусил за ногу свою тетку и...

-- Пойди и разыщи мистера Поттера! -- воскликнула леди Викхэм. -- Я должна с ним поговорить.

-- Попробую. Но я думаю, что он уже уехал.

-- Уехал?

-- Он мне говорил, что уедет. Он не мог вынести преследований мистера Гендла.

Леди Викхэм сидела как пришибленная.

-- Мама, -- продолжала Роберта, -- я хочу вам кое-что сказать. Вчера вечером Клиффорд Гендл сделал мне предложение. Я не успела дать ему ответ, потому что он бросился на мистера Поттера и пытался утопить его в пруду. Но если вы полагаете, что он будет хорошим мужем для меня, то я согласна ответить ему, что...

-- Я запрещаю тебе всякие разговоры о замужестве с этим человеком!

-- Хорошо, мама, -- послушно сказала Роберта. -- Передать вам ветчины, мама?

-- Нет.

-- Яйца всмятку?

-- Нет.

-- Может быть, мама, вы хотите, чтобы я пошла и намекнула мистеру Гендлу, что ему лучше уехать? Не думаю, чтобы его общество было вам приятно после всего, что случилось.

-- Если этот человек осмелится только подойти ко мне, то я не знаю... Ступай и постарайся поскорее выпроводить его, и не напоминай мне о нем никогда!

-- Отлично, мама! -- радостно сказала Роберта.


-----------------------------------------------------------


Первое издание перевода: П. Д. Водхауз. Левша на обе ноги. -- М.-Л.: Земля и Фабрика, 1928 г. (Библиотека сатиры и юмора).