# "Декабристы"

Борис Константинович Зайцев

Зайцев Б. К. Собрание сочинений: Т. 9 (доп.). Дни. Мемуарные очерки. Статьи. Заметки. Рецензии.

М: Русская книга, 2000.


## "ДЕКАБРИСТЫ"


Все знакомое с детства: конец александровской эпохи, время Пушкина, появляющийся император Николай, его противники. В свое время Толстой начал роман о декабристах, как бы продолжение "Войны и Мира", но не кончил.

М. О. Цетлин написал не роман, а книгу живой истории. Написал довольно давно, теперь она переиздана (Нью-Йорк, "Опыты"). Читая ее вторично, через двадцать лет, не совсем так чувствуешь, как тогда. Нравится она даже больше. Простоту, изящество ее, беспристрастие, изобразительность ценишь еще выше. Но и новое появляется. Это новое -- печаль. Откуда она? Из иного ощущения жизни? Из пережитого?

Может быть. Рассказана здесь часть истории моей страны, значит, -- истоков моей жизни. Мой собственный дед служил в той армии, которая родила декабристов. Именно у Константина Павловича, в Царстве Польском. Может быть, был знаком с Луниным.

Все это связано с нами. Не для меня одного, для нас всех "что-то" начинается с декабристов, кончается городом Парижем и его кладбищами.


* * *


Кого не прельщает и не ослепляет александровское время? Лев Толстой написал "Войну и Мир" так, точно крепостного права и не было никогда. "В каком бы веке вы желали жить в России?" -- спросил я раз сотоварища по литературе. "В начале XIX, впрочем, при условии, что родился бы дворянином".

Это условие серьезное. И весьма разумное.

В том, что молодые русские офицеры, попав в 1913--14 гг. на Запад и пожив там, увидели нечто новое, вернулись не совсем прежними, удивительного ничего нет. Странно было бы обратное.

Но среди них были и такие, как Сергей Муравьев, кто и детство свое провел в Париже. Лишь в 1809 г. попал он на родину. Когда семья Муравьевых возвращалась домой, мать -- достойная, религиозная женщина -- сказала сыновьям: "Дети, я должна вам сообщить ужасную весть, вы найдете то, чего вы не знаете: в России вы найдете рабов!" Действительно, в Париже нельзя было купить камердинера или продать дворовую девку.

Вряд ли особенно радовало Сергея Муравьева, сделавшегося русским офицером, и то, что "победителей Наполеона колотят палками, шпицрутенами, фухтелями за то, что во время маршировки пошевелился хвост на кивере, что в строю заметно дыхание". Не весьма устраивал и других офицеров начальник, перед всей ротой плевавший в лицо солдату и требовавший, чтобы рота тоже заплевывала его.

Где-то вдали таинственный Александр, прежний кумир, в которого были чуть ли не влюблены, но вокруг Скалозубы, Аракчеевы, военные поселения. И вот возникает Союз Благоденствия, вначале довольно туманный, с целями нравственно-гуманитарными, потом Тайное Общество, Северное, Южное, политика, конституция, отмена рабства и по смерти Александра -- 14 декабря, бунт.

Все естественно и все получилось неправильно, все "не вышло" и не могло выйти так, как хотели эти молодые люди очень разные, некоторые замечательные, другие противные, но желавшие все же лучшей жизни. Пред всеми ними простиралась Россия, глухая и трогательная, где были и св. Серафим, и другие (неведомые) святые, и смиренные Каратаевы, и безответные бабы, но под железной рукой нового императора непоколебимо было еще племя Аракчеевых и Сквозников-Дмухановских, Собакевичей и других гоголевских насельников. Толстой дал великую поэзию того века, единственную во всем творчестве его. Но жизнь все-таки не была солнечным сиянием.

Все оказались правы "по-своему" и все несчастны. Правы, и даже очень, декабристы, желавшие того лучшего, чего нельзя было еще осуществить. Прав император Николай, законно защищая трон (для него "Россию"), жену, детей, себя. Нельзя сказать, чтобы он был сторонником рабства -- позже много этим занимался, но недостаточно еще все созрело. Во всяком случае, в день 14 декабря ему было не до крепостного права. Императрица Александра до самого вечера не знала, будут ли они все живы. Нервный тик (лица) навсегда у нее остался. А мальчик Александр мирно рисовал географическую карту -- и вполне мог погибнуть, как и вся семья.

Заговорщики вели себя редкостно по нелепости. В этом стоянии на Сенатской площади только Николай показал себя вождем. Но его сила была слепая и в конце концов вела к драме.

Ничего нет странного в том, что это все кончилось его победой и что летом 1826 года Сергей Муравьев, тот, кто не мог выносить зрелища истязаний солдат, висел с четырьмя "главарями" в балахоне на валу Петропавловской крепости. А победитель тосковал и молился. Но считал, что нельзя иначе.


* * *


Спокойно, разумно написал автор книгу русских бед, не сгущая, не преувеличивая ни в ту, ни в другую сторону.

Скорбное зрелище. Все как-то приходится не вовремя и не так, как бы надо. Может быть, и у других не все гладко. История всегда перечень преступлений и несчастий. Все-таки нам, кажется, особенно повезло. И притом это моя страна, я все в ней изнутри чувствую.

И эти русские молодые офицеры, плохие политики, не всегда мужественные, на допросах сбивавшиеся и выдававшие, но живые люди и не казнокрады, и не Держиморды, попавшие все-таки на виселицу и в Сибирь, и жены их, бросившие в России детей и за мужьями летевшие, и те солдаты, что погибли и которых частью выдали на шпицрутены сами же заговорщики -- все это одна печаль.

Печаль пришла и к победителю, но позже. Он держался долго, настал, однако, и его час. Декабристов он одолел. Жулики и казнокрады одолели и его в Севастопольскую кампанию. Рухнула вся система. "За последний месяц он много плакал, гордость его страдала невыносимо", -- не весьма привычно видеть императора Николая плачущим, но вот так получается. И он, видимо, не хотел больше жить... "Простудившись, не захотел лечиться. Больной поехал в Михайловский манеж на смотр маршевых батальонов". "Почти сознательно шел к смерти".

"Умер он изумительно. Приобщился св. Тайн. Простился со всеми, для каждого нашел слово утешения, у всех попросил прощенья. Все это сделал просто, неторопливо, проникновенно".

Все в России особенное. Волконский, столько просидевший в Сибири из-за 14 декабря, "узнав о смерти царя, плакал навзрыд, как ребенок". А Оболенский "старался выставить себя страстным поклонником самодержавия". И неизвестно еще, не молился ли император Николай в свои последние торжественные минуты за души казненных им. Все может быть.


* * *


Жуковскому не было дано увидеть, как тот мальчик, что 14 декабря рисовал в Зимнем дворце географическую карту, совершит, возросши, величайшую реформу. Но не дано было и видеть на снегу растерзанное бомбой тело своего воспитанника, Освободителя крестьян.

А Россия шла своим путем. Как в бунте декабристов, как во всем девятнадцатом ее веке все делалось в ней "не так": слишком рано или слишком поздно, или неудачно в исполнении. Многого Жуковский, слава Богу, не увидел. Зато мы увидели и продолжаем видеть.

Если смотреть на Россию взором здравого смысла, одного здравого, есть от чего содрогнуться. Но за здравым есть нездравый. Разгадать его не дано. В Промысел просто надо верить, как поверил в конце Иов. А это значит -- всегда свое сохраняя и ничего не уступая, принять Крест, как предложенный для неизвестных нам, необозримых, но и высших целей.


## ПРИМЕЧАНИЯ


Русская мысль. 1954. 12 мая No 657 (с уточнениями по рукописи).

С. 323. ...у Константина Павловича, и Царстве Польском. -- Великий князь Константин Павлович (1779--1831) был с 1814 г. наместником Царства Польского.

...Сергей Муравьев, кто и детство свое провел в Париже. -- Декабрист С. И. Муравьев-Апостол детство провел в Гамбурге, затем до 1802 г. воспитывался в парижском пансионе Хикса.

Где-то ждали таинственный Александр, прежний кумир... -- Александр I император России, в правление которого победоносно завершилась Отечественная война 1812 г.

...но "округ Скалозубы.. -- Скалозуб -- персонаж комедии Грибоедова "Горе от ума".

С. 324. Каратаев Платон -- персонаж из "Войны и мира" Л. Н. Толстого.

Сквозник-Дмухановский -- городничий из комедии Гоголя "Ревизор".

Собакевич -- помещик из "Мертвых душ" Гоголя.

С. 325. Держиморда -- полицейский из "Ревизора".

Волконский, столько просидевший в Сибири... -- С. Г. Волконский 10 лет провел на каторге в Сибири и 10 лет в ссылке. Вслед за ним в Сибирь самопожертвенно последовала его жена Мария Николаевна (1805--1863), дочь героя Отечественной войны 1812 г. генерала H. H. Раевского.

Жуковскому не дано было... видеть на снегу растерзанное бомбой тело своего воспитанника... -- Жуковский умер в 1852 г. Его бывший ученик император Александр II, осуществивший отмену крепостного права, был убит террористами-народовольцами в 1881 г.

В Промысел просто надо верить, как поверил в конце Иов. -- См.: Книга Иова, гл. 42, ст. 5 и 6: "Я слышал о Тебе слухом уха; теперь мои глаза видят Тебя; поэтому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле".