# Тургеневская библиотека

Борис Константинович Зайцев

Зайцев Б. К. Собрание сочинений: Т. 9 (доп.). Дни. Мемуарные очерки. Статьи. Заметки. Рецензии.

М: Русская книга, 2000.


## ТУРГЕНЕВСКАЯ БИБЛИОТЕКА


Помню ее с очень давнего времени: 1924 год, rue de Val de Grâce, нехитрый дом, неблестящее помещение. (Латинский квартал, недалеко купол Val de Grâce). Внутри все полно русско-интеллигентского духа и книжности. За высокою стойкой библиотекарши худенькая Л. В. Шейнис и другая, тоже худощавая, но высокая, М. П. Котляревская. Спокойные и даже довольно строгие. Огромный бюст Тургенева в читальной, небольшой комнате -- всегда там некие бородатые личности что-то просматривают.

За библиотекаршами, в глубине еще комнатки, и все это настолько полно библиотечным добром, что собственно воздуха мало, все поглощено литературой.

Впечатление общее: набито книгами и даже довольно удивительно, как в небольшой квартире могло умещаться сто тысяч томов.

Тургенев белым гипсовым бюстом глядел на все это и мог быть доволен: детище его процветало. Книг много, подписчиков тоже, читают нарасхват -- и все это уже историческое, часть истории русской эмиграции и часть русской культуры. Восходит к 1875 году, когда Герман Лопатин, эмигрант тогдашнего русского Правительства, вместе с близкими ему, решил основать в Париже постоянную Русскую Библиотеку: в 1874 году в Париж хлынула волна молодежи из Цюриха, где было гнездо тогдашнее русское. На эту молодежь сделан был из Петербурга нажим, угроза, пришлось рассасываться -- кто в Париж, кто в Женеву, Берн.

Никакая эмиграция богатой не бывает. Устроить Библиотеку хорошо, но на какие средства? И откуда взять русских книг, хоть бы для начала?

Тут-то и оказалось, что на rue Douai живет Иван Сергеевич Тургенев, российский посол от Литературы Русской в Париже, мировом центре Культуры и Просвещения. За него и взялись. И плодоносно. Этот блестящий, седовласый облик благообразного барства просвещенного, вообще-то никому в поддержке не отказывавший, сразу откликнулся. Дал и книг, устроил и музыкально-литературное утро в пользу Библиотеки. 15 февраля 1875 года прочел на нем свой рассказ "Ходатай". Пела Полина Виардо, читал Глеб Успенский. Выступала пианистка Есипова, впоследствии знаменитость. Присутствовал русский посол кн. Орлов.

"Утро" прошло отлично. Тургенев постарался, много билетов заранее было разослано, чистый сбор 2000 франков, по тем временам немало.

Машина заработала.


* * *


Началась долгая, колеблющаяся, но непрерывная жизнь Тургеневской Библиотеки. Принадлежала она Обществу, тому кругу русскому в Париже, который читал и чем-то интересовался. Волны сменялись. То висело все на волоске -- вдруг "зачитали" все журналы, вдруг оказывается, что нечем платить за квартиру... -- но пока жив Тургенев, Père Noël, он и вывозит. Одно время стал чуть ли не банкиром Библиотеки.

Все-таки, понемногу жизнь книгохранилища этого выравнивается, упорядочивается. В 1883 г. Тургенев скончался, Библиотека же продолжала существовать. Быт не совсем обычный, но эмиграция есть эмиграция: в Париже русские жили бедно, случалось, что не только читали и зачитывали книги, но и ночевали бесприютные в самой Библиотеке. Она меняла помещение, но все в Латинском квартале, то rue Cousin, то Glacière, то Val de Grâce. Правление выбирали подписчики и члены Общества, поэтому и называлась она, кроме Тургеневской, еще и Общественной.

История -- и Франции, и Европы вообще, отзывалась на ее жизни. В 1914 г. многие пошли добровольцами во французскую армию (Шейнис, многолетний председатель, Золотарев, член Правления -- этот погиб на фронте). В 1917 г. при Временном Правительстве в России многие из бывших эмигрантов уехали домой. Библиотека чуть не погибла. Но выдержала все-таки, а в 1925 году в Сорбонне торжественно справлялся ее 50-летний юбилей.


* * *


В XX веке число книг все росло, абонентов также. В 1925 г. подписчиков было 2000 (новая волна эмиграции, теперь уж из России большевистской). К концу тридцатых годов книг было уже до ста тысяч. Беллетристика, история, отличный подбор журналов русских -- еще Тургенев расшевелил Стасюлевича, тот стал высылать из Петербурга бесплатно "Вестник Европы". Были и редкости, вроде NoNo "Колокола" Герценовского.

Незадолго до последней войны -- огромная удача с помещением: город Париж предоставил Библиотеке целый этаж старинного особняка (дворец Шуазеля), на г. de la Bucherie недалеко от Notre Dame -- все на левом берегу Сены. Тут уж можно было расположиться просторно, и читальня отличная, бюст Тургенева видел уже не тесноту Val de Grâce, a огромные комнаты, и в глубинах книги не "набиты", а удобно устроены на полках. Библиотека Герцена -- из Ниццы -- целиком вошла в Тургеневскую и Библиотека Высшей Русской Школы M. M. Ковалевского, и подписчиков много, но... -- опять война. В некоем роде еще более страшная. В 1940 г. Париж занят немцами. Библиотека беззащитна. В конце концов, как и Польская Библиотека, она соблазнила "победителей", ее просто похитили, море ящиков с книгами увезли в Германию.


* * *


Гибель Библиотеки переживалась чуть не как личное горе. Но все меняется, все проходит. Наступила минута, когда победители оказались побежденными. Тогда стало возможным требовать возмещения за похищенные книги. Взяла одна Германия, гитлеровская, расплачивалась другая, нормальная.

И вот кучка интеллигентов российских, прямо ли, косвенно ли связанных с прежней Библиотекой, зашевелилась.

Председательницей оказалась Л. В. Шейнис, та самая, вдова многолетнего Председателя Правления прежней Библиотеки, та, что годы сидела за библиотечной стойкой на rue de Val de Grâce. В ее маленькой комнатке около Обсерваторских аллей и собирались "верные". Эта скромная комнатка, скромная худенькая старушка и несколько русских эмигрантов и составили ту ячейку, которой удалось, в конце концов, поднять и поставить на ноги Библиотеку -- возрожденную. Много проявлено было бескорыстного упорства в хождении по министерствам, прежде чем удалось выхлопотать денежное возмещение из немецкой контрибуции. Несколько лет тянулись хлопоты, бесконечные справки, документы, описи прежнего состава книг. Могло казаться, что и конца-краю этому не будет. Но наконец, упорство и любовь к делу, если не сказать энтузиазм, взяли верх. Средства получились. (Выдача их строго регламентирована потребностями.) Из комнатки близ Обсерваторских аллей выросла новая ветвь, новый зачаток замечательной Библиотеки. (Небольшая часть прежних книг все же сохранилась, благодаря отзывчивости и участию Школы Восточных языков.)

Подтянулись и некоторые прежние читатели, основалось опять Общество Тургеневской Библиотеки. Купили помещение -- квартиру на rue de Valence, 11, в районе Гоблэн, вновь на левом берегу. Стали усиленно покупать книги. И наконец, Библиотека открылась.

Время течет, время не останавливается. Много уносит и вносит многое. Теперешняя Библиотека мало похожа на прежнюю. Дверь отворяется снаружи кнопкой электрической. Внутри еще кнопки. Квартира просторная, с иголочки, это не rue de Val de Grâce, но и не то, что во дворце Шуазеля. И не сто тысяч томов. Началось с совсем небольшого, теперь уж порядочно, двадцать тысяч. Забота и преданность тех, кто непосредственно ведает делом, те же, но подписчиков пока не столько, что раньше. Но вот новое: чуть не половина читающих и "поддерживающих" -- французы, изучающие русский язык и литературу, культуру. Своего рода экуменизм, не в религиозной, а светской области. Но ведь вообще русская прививка в великом Париже существует, малое, бедное племя русское на чужбине протачивает в разных местах свои норы -- сколько появилось теперь православных французов, есть даже священники французы, сколько ходит и на rue Daru, и в Сергиево Подворье, и недавно совсем грандиозно присутствовало на Собрании против гонения на Православие в России!

Теперь в Тургеневской Библиотеке есть и курсы русского языка для иностранцев, и несомненно, французское участие в жизни Библиотеки будет расти.


* * *


А библиотека все же русская. Тургенев был русский, русские в Париже не должны свою Библиотеку забывать, иначе может она и зачахнуть. Средства на ее ведение выдают осторожно, главнейше на покупку книг -- их сейчас уже вчетверо больше, чем при возобновлении Библиотеки после разгрома. Но оплата труда работающих там, вообще текущие расходы это должна сама Библиотека покрывать. Да и на приобретение книг кредиты подходят к концу.

Дело ясное: Тургеневскую Библиотеку должна поддерживать и русская эмиграция. Меценатов теперь не видно, но подписчики и читатели есть, их число растет, и пусть побольше растет. Пусть русские люди в Париже не забывают, что на rue de Valence, 11, есть весьма русское культурное гнездо, связанное с именем Тургенева, а через него -- и со всей российской культурой.

По вторникам, четвергам и субботам всегда можно туда прийти, почитать, получить книги на дом и не разориться от этого, Библиотеку же посильно поддержать.

Будем надеяться, что эмиграция не даст заглохнуть мирному и просветительному делу.


## ПРИМЕЧАНИЯ


Русская мысль. 1964. 21 мая. No 2154 (с уточнениями по рукописи).