# Пауки и пчелы

Мате Залка

## Мате Залка. Пауки и пчелы


Перед окопами, на проволочных заграждениях протянул свои сети пузатый паук. Под проволочными заграждениями лежали распухшие трупы; на них вместе с червями пировали разные насекомые, начиная с самой мелкой серой мушки и кончая большой, блестящей золотом, трупной мухой.

Паук смотрел на каждую муху, как на свою добычу; среди пауков в то время царила большая дружба. Над каждым трупом висела широко раскинутая паутина. Им не было надобности конкурировать друг с другом в погоне за мертвецами.

Пауки жили и жирели. Однако, в то же время их сети ширились да ширились. Добрососедские отношения между ними стали портиться.

Однажды случилось вот что. Над окопами с громким жужжанием пролетела пчелка. Она стремилась туда, где рядом с трупами росли медовые цветы. В то время, как пчелка подлетала к проволочным заграждениям, в паутину попалась маленькая серая мушка. Молодая паучиха, дежурившая тут же, мигом бросилась на жертву, но в тот момент, когда она схватила ее, пчела, яростно жужжа, совсем как сердитый аэроплан, со всего размаха бросилась на паутину и разорвала ее. Потерявшая равновесие паучиха увидела, что освободившаяся мушка, восторженно трепеща крылышками, улетела вместе с пчелой.

Все это происходило на глазах у гостившего неподалеку шершня.

Шершень галантно подлетел к упавшей паучихе, поднял ее, взял под крылышки и полетел назад к проволоке.

Когда пауки увели паучиху к себе, шершень показал пузану свое огромнейшее жало и предложил ему свои услуги.

-- Кто этот летающий нахал? -- обиженно спросил пузан.

-- Разве вы не знаете? -- спросил шершень. -- Это украшение и гордость мушиной породы, из семьи рабочих. Это пчела.

-- Какая от них польза? -- спросил пузатый. -- Я их никогда не ел.

-- Напрасно. Да, я вам еще забыл сказать: пчелы презирают пауков. Они считают их разбойниками с большой дороги, угнетателями неорганизованных мух.

-- В чем же заключается их организованность?

-- Ох, и не спрашивайте. Это -- сила. Мы, шершни, тоже ведь живем все-таки организованно. Мы живем бандами, военными группами, но по сравнению с пчелами наша организация прямо детская. Хоть они нам и близкие родственники, но должен признаться, что это очень опасные насекомые. Они живут вместе тысячами. Целый день работают, собирают мед... Вы, вероятно, не знаете, что такое мед? Сок, который можно вытянуть из тела мушки -- жалкая жидкость по сравнению с ним. Ничтожество.

И шершень затянул восторженную песнь о меде, которую кончил так:

-- Нет, вам это слишком трудно понять, господин паук. Мы, шершни, одно время, надо сказать, были господами над пчелами. Мы были, так сказать, их военщиной: за то, что мы их защищали, мы могли пользоваться медом, сколько угодно. Да, сколько угодно! Даже вспоминать не хочется, потому что, по правде сказать, мы чересчур пользовались этим правом, и пчелы в один прекрасный день выгнали нас.

-- Проще говоря...

-- Да, конечно, мы сейчас вроде эмигрантов.

Паук долго молчал и мигал своими тяжелыми веками. Видно было, что разговор произвел на него большое впечатление. Наконец он поправил у себя на пузе черный крест и, тяжело дыша, заговорил:

-- Ну, посмотрим.

-- Что вы под этим изволите разуметь? -- спросил шершень.

-- Там видно будет, дорогой друг. Могу только сказать, что в ближайшее время я вас приглашу на медовый пир.

-- Вот хорошо бы было! -- восторгался шершень. -- Давно мечтаю.

-- Вы думаете, что я не смогу добиться этого? Ошибаетесь. Мы живем в эпоху пауков. История вложила в наши руки судьбу всех насекомых. Эта война нас очень поддержала. Мы окрепли и развились, но надо помнить, что дело только сейчас развертывается.

-- И-и-извиняюсь, -- заговорил тоже гостивший у паука-пузана длинноногий ученый паук. -- Вы, дорогой родственник, неправы. План этот я считаю неосуществимым. Вы немножко опоздали.

-- Как это так, дорогой ученый родственник? -- спросил пузатый.

-- О-о-очень просто, -- возразил длинноногий. -- У пчел организованность развивалась именно в процессе истории. Я вам решительно не советую начинать войну с ними. Это может кончиться тем, что они сорганизуют против нас всех мух.

-- Глупости, мух никто не сумеет организовать. Это легкомысленные и вполне доверяющие нам существа. Они всегда останутся для нас добычей. Я поставил себе целью разрушить возмутительную организованность этих пчел.

-- Правильно, -- подтвердил шершень. -- И мы поможем.

-- Вот, видишь, -- союзник!

Ученый, поправив что-то в коленях всех своих шести ног, стал поспешно прощаться.

-- Я считал своим долгом предупредить. А то, что господин шершень так охотно идет на помощь, указывает только на неосуществимость этой задачи.

-- Кислый дурак! -- крикнул вслед ему пузатый. -- Еще ученым себя называет.


* * *


Вскоре после этого разговора пауки заметили очень странную вещь. Мухи летали только стаями. Как только кто-нибудь из них попадался в паутину, вся стая бросалась на нее и разрывала в куски, освобождая пленника.

Случалось, что мухи попадали в плен. Тогда пузатый приказывал привести их к себе и начинал допрашивать. Иные, перепуганные насмерть мушки говорили, что таким приемам научили их пчелы. Им паук говорил:

-- Видишь, я тебя освобождаю. Лети и скажи своим, что пауки не всех мух убивают. Иди же.

Попадались и такие мушки, которые верили пауку и говорили своим братьям то, что им велел паук. Сперва их называли заблудившимися, затем соглашателями и, наконец, предателями, -- и выбрасывали из своей среды.

Те, которые ничего не отвечали на расспросы паука, были немедленно пожираемы.


* * *


До осени было еще далеко, когда паук собрал свою семью и друзей и отправился в поход на пчел. Пауки расположились на дереве против улья. Старый пузан приказал начать работу. Тотчас от одного дерева до другого были протянуты крепкие двойные нити.

Из улья все это было хорошо видно. Пчелы получили приказ по одной не летать и до поры до времени избегать столкновений с пауками.

Матка, желая узнать намерения пауков, послала к ним делегацию.

-- С какой целью вы нас окружаете? -- спросили пчелы.

-- Вы против меня организуете мух.

-- Это дело мух. Они наши родственники. Правда, они очень легкомысленные существа, но все же чувствуют, что вы их угнетаете, а мы их защищаем.

-- Кроме того, вы присваиваете себе весь мед из полевых цветов, -- крикнул за спиной паука шершень.

-- Так вы в союзе? -- спросили делегаты.

-- Вроде этого.

-- Что касается меда, то наше мнение, что он принадлежит тому, кто его собирает.

-- А наши старые права! -- крикнул шершень.

Пчелы повернули и улетели. Они передали все слышанное общему собранию. С этого дня перед входом в улей стоял наготове вооруженный караул. Кроме того, повсюду были выставлены дозорные. И если кто-нибудь из них попадал в сети, на помощь вылетали целые отряды. Столкновения с пауками все учащались.


* * *


Осенью, когда улей был полон пахучим медом, серая пелена паутины густо окружала улей. Оставалась только небольшая щель, через которую группами с боем пробивались возвращавшиеся с полей пчелы. В одно утро и этот проход был закрыт.

Немедленно доложили об этом матке. Она вышла из своей клетки и приказала, чтобы все работницы превратились в воинов. Так и сделали. Снаружи слышалось нахальное пение шершня, летающего вокруг улья. Однако, наученный горьким опытом, он не смел приблизиться к выходу, у которого стояла усиленная вооруженная стража, прогонявшая прежних дармоедов. За густой пеленой паутины слышался печальный гул собравшихся посмотреть на битву мух. Пауки кричали им, стараясь привлечь на свою сторону, что после битвы они тоже могут полакомиться.

В это время произошло нечто потрясающее. Матка вышла из улья. Она крикнула:

-- Трудящиеся, против нашего рабочего улья заключили союз пузатый паук и дармоед-шершень. Они хотят нас задушить, хотят уничтожить плоды наших трудов, но мы не боимся их, мы готовы к отпору. Мухи, легкомысленные наши родственники, смотрите, во что превращает насекомых организованность. Смотрите и учитесь на нашем примере.

Как только прозвучало последнее слово, из улья с угрожающим жужжанием вылетел весь рой. Несмотря ни на какие преграды, он всей силой обрушился на серую пелену паутины. Паутина задрожала и лопнула, не выдержав огромного напора. Серая пелена упала на землю, покрывая своими обрывками ожидавших добычи шершней.

Тогда рой поднялся ввысь и, повернувшись назад, окончательно разрушил остатки паутины.

Пауки, увидев это, в панике забились в трещины земли и дупла деревьев.


* * *


Мухи не верили своим глазам. Они были напуганы мужеством пчел. Собравшись с духом, они полетели, радостно звеня своими крыльями и разнося везде и всюду весть о победе.


-------------------------------------------------------------------------------------


Первая публикация: журнал "Огонек", 1927, No 49.