# Бывальщины и сказки, П. Засодимского

Павел Владимирович Засодимский

Бывальщины и сказки, П. Засодимскаго. Съ рисунками В. Навозова. Изданіе А. Ф. Девріена. Спб., 1888 г. Ц. 2 р. 25 к. Мы далеко не увѣрены, чтобы всѣ произведенія изъ новаго сборника г. Засодимскаго были равно доступны пониманію дѣтей и даже дѣтской натурѣ. Если бы исключить изъ его книги нѣкоторыя пьесы, она немало выиграла бы. Такъ, наприм., легенда Арфа звучала была бы у мѣста въ любомъ изданіи для взрослыхъ; но для дѣтей она -- "звукъ пустой" и по замыслу, и самымъ своимъ содержаніемъ. Авторъ указываетъ этою легендой на нравственное измельчаніе и вырожденіе человѣческаго общества; но такъ какъ дѣти еще только готовятся вступить въ это общество, то если бы они даже и поняли ея смыслъ, какую же мораль вынесли бы они изъ нея? Не слѣдуетъ ли прямо, что они исполнились бы недовѣріемъ къ той средѣ, въ которой имъ по-настоящему предстоитъ сдѣлаться дѣятельными членами? Сомнительно, чтобы полезно было прививать подобную мораль къ дѣтской душѣ.

Но большинство сказокъ и разсказовъ сборника г. Засодимскаго можетъ послужить украшеніемъ дѣтской библіотеки. Есть и такіе разсказы, которые мы особенно горячо рекомендуемъ вниманію воспитателей, руководящихъ чтеніемъ своихъ питомцевъ, а именно Азальгетъ, Лютикъ, Памятный день. Въ первомъ изъ нихъ мастерски нарисованъ симпатичный образъ женщины, которая своею кротостью долго умѣряла буйное, жестокое обращеніе своего мужа съ его подданными. Въ Лютикѣ повѣствуется о томъ, какъ капризная, избалованная дѣвочка изъ барской семьи, узнавъ про народное повѣрье о кладѣ въ ночь подъ Ивана Купала, тайкомъ уходитъ въ лѣсъ искать кладъ; но, заблудившись, она попадаетъ въ деревню, гдѣ ей приходится встать лицомъ въ лицу съ новою, невѣдомою ей жизнью, которая поражаетъ ее сразу, и дѣвочка перерождается нравственно... Итакъ, кладъ найденъ! "Это -- самый дорогой, самый лучшій кладъ въ мірѣ: онъ приноситъ съ собой человѣку высшее счастье -- спокойствіе совѣсти и душевное довольство". Идея разсказа Лютикъ отсюда ясна. Этою же идеей проникнутъ весь новый сборникъ г. Засодимскаго. Жаль только, что нѣкоторыя изъ наполняющихъ его произведеній оканчиваются далеко не такъ отрадно, какъ этотъ разсказъ, и произведутъ на маленькихъ читателей черезъ-чуръ тяжелое впечатлѣніе. Эти-то разсказы и слѣдовало бы, по нашему мнѣнію, или вовсе исключить изъ сборника, или же какъ-нибудь ослабить ихъ мрачный колоритъ.


"Русская Мысль", кн.XI, 1888