# О забытых тружениках

Павел Владимирович Засодимский

## О ЗАБЫТЫХЪ ТРУЖЕНИКАХЪ.


(Письмо въ редакцію).


Не мало у насъ писали и пишутъ о тяжеломъ положеніи сельскихъ учителей, учительницъ, земскихъ врачей, чиновниковъ (изъ числа мелкотравчатыхъ) и т.д., о фельдшерахъ же какъ будто забываютъ, молчатъ, и ивой наивный человѣкъ по такому молчанію можетъ, пожалуй, заключить, что фельдшера живутъ вполнѣ обезпеченно и благодушествуютъ. При нормальномъ ходѣ вещей наше общество, дѣйствительно, о нихъ забываетъ и вспоминаетъ лишь въ годины бѣдствій; тогда вспоминаютъ, что у насъ есть фельдшера, которые обязаны по первому приказу летѣть въ мѣстности, пораженныя эпидеміей, и -- подъ руководствомъ врачей -- уничтожать очагъ заразы. Печать также почему-то игнорируетъ этихъ тружениковъ. {Правда, въ Петербургѣ издается даже спеціальный журналъ "Фельдшеръ", довольно интересный по содержанію, но общество, къ сожалѣнію, кажется, я не знаетъ объ его существованіи.} А ихъ, между тѣмъ, по отчетамъ Медицинскаго департамента считается въ Россіи около 17.000 чел. (военные фельдшера въ это число не включаются), и живется имъ не лучше сельскихъ учителей (а по моему мнѣнію, ихъ положеніе чуть ли еще не горше).

Фельдшеръ работаетъ иногда не менѣе врача и почти постоянно живетъ "на военномъ положеніи", т. е. рискуя здоровьемъ и жизнью, такъ какъ мѣстныя эпидеміи въ средѣ нашего сельскаго населенія почти не переводятся. Что фельдшера, дѣйствительно, часто рискуютъ своимъ здоровьемъ, можно видѣть изъ того, что сообщаютъ мнѣ изъ Херсонской губ.: тамъ въ одномъ уѣздѣ изъ 37 фельдшеровъ въ короткое время переболѣло сыпнымъ тифомъ, воспаленіемъ лимфатическихъ железъ (вслѣдствіе зараженія гноемъ), туберкулезомъ и т. д. 23 чел. (процентъ довольно значительный!); изъ этихъ 23 чел.-- 6 умерли и 4 по болѣзни оставили службу.

Что же достается фельдшерамъ за ихъ тяжелый трудъ, сопряженный съ тагами опасностями? Достается имъ полуголодное существованіе, высокомѣрное обращеніе съ ними врачей, недовѣріе со стороны народа, непріятности отовсюду -- отъ всѣхъ, кто только мало-мальски мнитъ себя "властью" или хоть соприкасающимся съ "властью", наконецъ, ежеминутная возможность быть прогнаннымъ съ мѣста даже безъ объясненія причинъ, или возможность (такъ же ежеминутная) подхватить какую-нибудь эпидемію, заразиться и умереть, а семьѣ предоставить идти по міру. Постараюсь вкратцѣ объяснить причины презрительнаго отношенія врачей къ фельдшерамъ, недовѣрія къ нимъ со стороны народа, и укажу на тѣ "немалыя" непріятности и матеріальныя стѣсненія, какимъ подвергаются они.

Въ прежнее дореформенное время спеціальныхъ фельдшерскихъ школъ не существовало; фельдшеръ тогда воспитывался при самой неподходящей обстановкѣ, гдѣ-нибудь въ полку, въ казармѣ, былъ плохо подготовленъ и по своему развитію стоялъ ничуть не выше любого солдата и, попавъ въ деревню, обращался въ кулака-міроѣда, если ему удавалось накопить деньжонокъ, или же спивался и являлся жалкимъ, пришибленнымъ существомъ. Такой фельдшеръ, понятно, не могъ внушать къ себѣ симпатій... Нынѣшній же нашъ фельдшеръ и по своей научной подготовкѣ и по общему развитію уже далеко, какъ говорится, "не ровня" своему дореформенному предшественнику. Но горе въ томъ, что взглядъ, существовавшій на фельдшера "добраго, стараго времени", по инерціи былъ перенесенъ и на современнаго фельдшера, хотя послѣдній по своему нравственному уровню стоитъ уже не ниже врача (а бываетъ, что даже и повыше его). На послѣднее обстоятельство врачи иногда не обращаютъ вниманія и продолжаютъ попрежнему -- по примѣру своихъ дореформенныхъ коллегъ -- смотрѣть на фельдшеровъ, какъ на существа низшей расы, какъ на паріевъ. Врачи, конечно, люди образованные, далеко превосходящіе фельдшеровъ своимъ научнымъ цензомъ, но тутъ оказывается, что воспитаніе (разумѣю его въ широкомъ смыслѣ), даваемое нашимъ обществомъ при современныхъ условіяхъ, не дѣлаетъ иногда людей гуманными или, по крайней мѣрѣ, деликатными въ отношеніяхъ ихъ къ подчиненнымъ. И ужъ надо правду сказать: своимъ начальническимъ, высокомѣрнымъ отношеніемъ врачи иногда подливаютъ не мало горечи въ жизнь фельдшеровъ, и безъ того уже не сладкую... Напр., членъ Богучарской земской управы говоритъ, что, по мнѣнію врачей, "фельдшера -- пѣшки, которыми можно бросать какъ угодно" ("Медицинская Бесѣда", 1896 г., No 14). Интересно то обстоятельство, что эти слова были сказаны лично врачу, К. Билинскому... Считаю излишнимъ распространяться о томъ, что если фельдшера добросовѣстно исполняютъ свое дѣло въ отведенномъ имъ пространствѣ, то правы ли тѣ врачи, которые съ презрѣніемъ смотрятъ на фельдшеровъ, какъ "на пѣшки", по выраженію члена Богучарской земской управы?.. Въ виду такого отношенія врачей къ фельдшерамъ станетъ понятно: съ какою болью эти труженики должны чувствовать униженіе своего человѣческаго достоинства и наносимыя имъ оскорбленія... Недавно одинъ изъ такихъ бѣдняковъ писалъ мнѣ: "Если бы вы присмотрѣлись къ жизни фельдшеровъ, то вы бы увидѣли, какъ тяжела ихъ жизнь, какія несправедливости переносятъ они, какъ нравственно страдаютъ, вынося на каждомъ шагу всевозможныя униженія!"...

Теперь выскажу одно соображеніе по поводу того: почему народъ съ недовѣріемъ относится къ фельдшерамъ, заподозрѣваетъ ихъ въ корыстолюбіи, алчности, въ равнодушіи въ страданіямъ ближняго и т. д. Въ Херсонской губ., напр., есть такой медицинскій участокъ, гдѣ врачу и тремъ фельдшерамъ отпускается медикаментовъ и перевязочныхъ матеріаловъ на 250 р. въ годъ, а между тѣмъ больныхъ лишь у одного изъ трехъ фельдшеровъ перебывало въ 1896 г.-- въ февралѣ 282, мартѣ -- 310, апрѣлѣ -- 120, маѣ -- 318, іюнѣ -- 358, іюлѣ -- 200, августѣ -- 604, сентябрѣ -- 370 и октябрѣ -- 378, а всего за 9 мѣсяцевъ -- 2.790 чел. Понятно, что при такой массѣ больныхъ фельдшеру приходится отказывать въ выдачѣ медикаментовъ, за отсутствіемъ ихъ. Но больные не вѣрятъ фельдшеру, считаютъ обманщикомъ, подозрѣваютъ его въ утаиванія медикаментовъ, думаютъ, что онъ торгуетъ лѣкарствами въ свою пользу... "Какъ такъ нѣтъ лѣкарствъ? Вѣдь земство же съ нихъ собираетъ деньги... Ну, значитъ, тутъ кто-то плутуетъ,-- не иначе... Къ лѣкарствамъ приставленъ фельдшеръ,-- значитъ, онъ и плутуетъ!" Такова деревенская логика... Конечно, у народа есть достаточно основаній для того, чтобы быть подозрительнымъ: тысячелѣтняя исторія государства россійскаго указываетъ на то, что нашъ народъ, можно сказать, выстрадалъ право быть недовѣрчивымъ и мнительнымъ, но фельдшерамъ-то оттого, разумѣется, не легче. Иногда фельдшера, можетъ быть, и сами бываютъ виноваты въ томъ, что народъ относится къ нимъ съ недовѣріемъ, но, какъ оказывается, не всегда же они сами виноваты,-- и недостаточный отпускъ лѣкарствъ въ распоряженіе ихъ -- едва ли не одна изъ главныхъ причинъ недоброжелательнаго отношенія къ нимъ народа.

Затѣмъ, переходя къ матеріальному положенію фельдшера, мы находимъ, что оно едва ли еще не хуже незавиднаго житья-бытья земскаго учителя, что легко можно видѣть изъ сравненія получаемаго тѣмъ и другимъ вознагражденія за трудъ. Учитель (земской школы) получаетъ отъ 25 до 35 р., квартиру или квартирныя деньги, отопленіе, право, пользоваться для своихъ надобностей школьною прислугой, и, наконецъ, все каникулярное время -- 5 мѣсяцевъ или даже болѣе -- онъ свободенъ и можетъ по своему усмотрѣнію отдыхать или работать на себя, по хозяйству.

Фельдшеру отдыха нѣтъ; его, какъ собаку, гоняютъ круглый годъ; въ дождь и въ холодъ, въ весеннюю ростопель, зимой, въ буранъ тащится онъ къ больнымъ верстъ за 10, за 20; вмѣсто лошади ему даютъ какого-нибудь жалкаго одра, едва передвигающаго ноги, и на просьбу -- дать лошадь получше, почтосодержатель чуть не съ бранью отвѣчаетъ ему: "Есть, да не про вашу честь!" На жалобы же фельдшеровъ на притѣсненія никто и вниманія не обращаетъ. За свой истинно каторжный трудъ, обставленный всевозможными опасностями, фельдшеръ получаетъ 25 р. жалованья, а по выслугѣ пяти лѣтъ ему прибавляютъ еще 5 р. въ мѣсяцъ, и затѣмъ уже никакихъ надбавокъ не предвидится. Ни квартиры, ни квартирныхъ денегъ ему не полагается, а поэтому "фельдшерскому персоналу приходится нанимать углы, ютиться вмѣстѣ съ семьями крестьянъ". ("Сборникъ Херсонскаго Земства". Сент., 1896 г. "Отчетъ санитарнаго врача Н. П. Васильевскаго"). Краски на этой картивѣ еще болѣе сгустятся если принять въ расчетъ, что большинство фельдшеровъ -- люди семейные. Напр., изъ тѣхъ 37 фельдшеровъ, о которыхъ я говорилъ выше, 27 семейныхъ.

Получая небольшое жалованье и заботясь о насущномъ хлѣбѣ для себя и для семьи, фельдшеръ поневодѣ забываетъ, о существованіи на свѣтѣ книгъ, и даже журналъ, спеціально предназначенный для фельдшеровъ и стоющій 3 р. въ годъ, выписываютъ изъ 37 чел. лишь трое, а остальные прямо заявляютъ: "Денегъ нѣтъ"!.. Конечно, и теперь фельдшера работаютъ немало, и даже очень не мало, и приносятъ свою долю пользы, но они могли бы сдѣлаться людьми, еще болѣе полезными для общества, если бы хоть сколько нибудь облегчить ихъ существованіе и тѣмъ дать имъ возможность не обрывать знакомства съ книгой, съ "наукой". Въ средѣ фельдшеровъ встрѣчаются люди талантливые, даровитые и съ самыми благими намѣревіями. Вонъ, напр., фельдшеръ А. Прохоровъ (въ Ораніенбаумѣ) въ 1893 г. семейнымъ нижнимъ чинамъ и школьнымъ сторожамъ разсказывалъ о холерѣ, о первомъ пособіи заболѣвшему и знакомилъ ихъ съ значеніемъ для здоровья чистоты. и опрятности и правильнаго житейскаго режима. Для начала и это недурно... Фельдшеръ Фененко написалъ брошюру о дифтеритѣ, а извѣстная фирма "Посредникъ" издала хорошую книжку ("Какъ лѣчить раны"), составленную фельдшеромъ Коваленко и т. д. Если фельдшера при всѣхъ невыгодныхъ (нравственныхъ и матеріальныхъ) условіяхъ, въ какія они поставлены, помимо исполненія своихъ прямыхъ обязанностей и нынѣ выступаютъ на болѣе широкое поприще культурной дѣятельности, въ которой такъ нуждается наше отечество, то, полагаю, они выступали бы на это поприще еще въ большемъ числѣ и съ большею пользою, если бы только дать имъ возможность продолжать свое самообразованіе и не думать исключительно о кускѣ хлѣба на завтрашній день... Я знаю современное экономическое положеніе нашего народа, знаю, до какого сильнаго напряженія доведены его платежныя способности, и поэтому не думаю, чтобы -- для улучшенія быта фельдшеровъ -- можно было взимать съ народа еще новые поборы безъ ущерба для общаго благосостоянія. Но я увѣренъ, что на этотъ предметъ въ нашей росписи расходовъ найдутся такія статьи, исключеніе которыхъ не принесетъ ни малѣйшаго урона нашимъ общественнымъ интересамъ, а даже совсѣмъ "напротивъ"...

Въ началѣ письма я упомянулъ о томъ, что фельдшеру отовсюду грозятъ непріятности. Да! Это вѣрно... Справедливыя жалобы фельдшеровъ не удостоиваются вниманія тѣхъ, кому адресуются, а жалобы на фельдшеровъ даже весьма принимаются къ свѣдѣнію, хотя бы и были неосновательны. Напр., въ концѣ 1894 г. въ с. Сокрутовкѣ, Боляутской волости (Енотаевскаго у.), у мѣстнаго дьякона умерло въ дифтеритѣ двое дѣтей, и фельдшеръ напомнилъ священнику, что закономъ воспрещено вносить въ церковь умершихъ отъ заразительныхъ болѣзней. Это вполнѣ основательное замѣчаніе до того возмутило дьякона, что тотъ въ видѣ мщенія за нанесенную ему обиду сдѣлалъ ложный доносъ жандарму, обвиняя фельдшера въ безвѣріи, непочтеніи къ властямъ и т. д. Фельдшеръ былъ уволенъ, и только впослѣдствіи оказалось, что онъ пострадалъ невинно. (Ж. "Фельдшеръ", 1896, No 20). Неизвѣстно: возвратился ли фельдшеръ на прежнее мѣсто служенія...

Пишу это письмо для того, чтобы обратить вниманіе общества на несчастное положеніе "забытыхъ тружениковъ"... Я не называю нѣкоторыхъ именъ и не указываю точно мѣстности потому, что моя откровенность могла бы обойтись корреспондентамъ слишкомъ дорого: ихъ могли бы прогнать со службы и лишитъ послѣдняго куска хлѣба. Одинъ изъ моихъ корреспондентовъ прямо и пишетъ: "Для меня было бы желательно, чтобы моя фамилія не была открыта, дабы не подвергнуться той же участи, какой подвергнулся фельдшеръ Рухловъ"... А г. А. Рухловъ (нынѣ фельдшеръ Сормовскихъ заводовъ) былъ удаленъ (какъ видно изъ его письма въ ж. "Фельдшеръ", No 20, 1896 г.) изъ Нижегородской городской барачной больницы лишь по подозрѣнію въ томъ, что онъ довелъ до свѣдѣнія редакціи "Волгаря" о больничныхъ безпорядкахъ.


П. Засодимскій.


"Мір Божій", No 1, 1897