# Затмение

Федор Алексеевич Желтов

Желтов Ф.А. Перед людьми: избранное. -- Богородск [Нижегор. обл.]: [Печатный дом "Вариант"], 2014.


## ЗАТМЕНИЕ


(7-е августа 1887 г.)


(Из частного наблюдения)


Я был в это время в Нижнем. Утром на самом восходе солнца мы отправились на откос горы, гордо и величественно возвышавшейся над Волгой. Несмотря на раннюю пору, на улицах были видны толпы любопытных, ожидающих интересного явления -- затмения солнца. Нижний просыпался, и утренняя мгла постепенно редела, разгоняемая первыми лучами восходящего солнца. Было около половины шестого, когда мы прибыли на место; прекрасный вид Заволжья развернулся перед нашими глазами. Солнце пробуждало жизнь, и во всём была видна эта пробуждающаяся деятельность: и в этих тихо катящихся водах Волги, и в этой всё более и более вырисовывающейся заволжской дали, и в этой зелени, и весёлом щебетанье птиц; всё казалось каким-то радостным, и эта радость сама собой сообщалась душе, как отзвук жизни, как сила и мощь природы. За Волгой виднелись деревни. Раскинутые там и сям по луговой стороне озёра блестели точно зеркало, отражая лучи солнца. К шести часам собралась порядочная толпа любопытных, пришедших подобно нам посмотреть на затмение. Все с нетерпением ожидали начала этого явления и поминутно смотрели на солнце; а оно сияло и весело освещало природу. По небу пошли облака; было опасение, что они закроют солнце. Мы удвоили внимание; на солнце не заметно было никакой перемены. Дул тихий юго-восточный ветер. Прозрачный утренний воздух позволял хорошо рассматривать даль; окрестность Заволжья была ровно освещена солнечным светом. Я посмотрел на часы, было пять минут седьмого...

-- Господа, началось!.. Началось!..-- проговорил кто-то. Все бросились смотреть в стёкла; чуть-чуть едва заметная тень легла на один край солнца, образуя выемку. Все с напряженным вниманием стали смотреть, как тень постепенно больше и больше стала надвигаться на солнечный диск. В эту интересную минуту облака закрыли солнце, и мы принуждены были выжидать, когда оно откроется снова. В природе не было заметно пока никакого изменения, всё было в обычном виде. Облака неслись целыми вереницами с небольшими перерывами, и в эти моменты перерывов мы могли следить за затмением; тень закрывала уже солнце более чем на две трети; вслед за этим дневной свет стал гаснуть и принимать совершенно другой оттенок, наступали будто сумерки. В толпе шёл говор; некоторые рассуждали и делали замечания. Тень надвинулась ещё больше, и с этого момента мрак стал надвигаться гуще; за Волгой, вдали, там, где предполагалась центральная полоса затмения, вдруг сделалось темно, как ночью, и эта тьма стояла там стеной, как грозовая туча, совершенно отделяясь от полосы света; там стояла стена мрака, стена полной ночи. Интересно было видеть, как тень бежала по земле и как боролся, точно замирая, свет. Вот ещё момент; тень на солнце настолько надвинулась, что осталась едва заметная светлая полоска нижнего края солнца наподобие миниатюрной ладейки, и вслед за этим всё погрузилось во мрак; небо сделалось тёмно-свинцовым, громады облаков приняли фантастически-мрачное очертание, горизонт на северо-западе подёрнулся желтоватой полосой, и сразу вся природа изменилась и произвела на душу мрачно-гнетущее впечатление: повеяло чем-то могильным, умирающим. Все присмирели, говор замолк; только в момент наступления полноты затмения раздалось несколько восклицании удивления и страха... Нельзя описать всей полноты впечатления, которое производит на душу эта минута: все, совершенно все изменяет свой обычный нормальный вид; зелень деревьев делается какого-то коричнево-темного цвета, лица людей -- зеленовато-трупного оттенка; но более всего поражает взор угасающая прелесть природы и оттенки и переливы цвета, который, как бы умирая, борется с неведомой силой, заставляющей трепетать последние отблески лучей; вон в облаках полыхает этот отблеск и затем моментально гаснет, погружая всё во мрак и повергая природу в неестественный вид; всё подёрнулось в какой-то новый, невиданный и, вдобавок, нерадостный колорит; сама природа чувствует это: вон всполохнулась стая недавно каркавших ворон; вон стая голубей снялась с места и начала метаться, как бы застигнутая врасплох; даже деревья как бы чувствовали это, сильнее шелестя листьями; и не потому слышен этот явственный шелест дерев, что вокруг воцарилась вдруг могильная тишина и всё как бы притаило дыханье в удивлении и страхе,-- а потому, что сразу понизившаяся температура вызвала течение воздуха, повеяло чем-то холодным, руки начали коченеть, дрожь пошла по телу.

Но что же это?.. Это веяние смерти над землёй! В эти минуты всё казалось умирающим; земля разобщилась с источником жизни и света, как разобщается электричество: в эти минуты она трепетала, и всё живое замерло в ожидании и страхе. Гнетущее впечатление отразилось и на присутствующих: на многих лицах видно было волнение и боязнь.

Нет!.. не хватит слов и красок, чтобы воспроизвести вполне эту картину, которая представлялась взору в течение двух-трёх минут, эти минуты показались вечностью... А что как не возвратится свет?.. что как станет ещё темнее?.. Но темнее не было; только переливы света продолжались в облаках. Всё с замиранием сердца ожидало первого проблеска радостного света, могущего воскресить к жизни природу; а жизнь остановилась, человек сосредоточился на одном, всё волнующее жизнь отпало и всё ждало одного,-- ждало под тяжёлым гнётом невиданного зрелища.

Я почуял и в себе что-то мрачное, меня охватила какая-то безотрадная тоска и ожидание... Вдруг в облаках заколыхался первый луч солнца: моментально всё потеряло печальную окраску, и после всего виденного этот отблеск источника жизни озарил природу ещё милее, ещё радостнее. Крик восторга пронёсся в толпе; возобновился говор, у всех будто бы свалилось с плеч тяжёлое; всё ожило, начался живой обмен впечатлений. Жизнь возвратилась!.. Солнце сияло и радостно освещало природу.

Не забуду я никогда те две минуты, которые составляли самое величественное явление затмения. Эти минуты останутся в душе на всю жизнь. Я уверен, что всякий, кто в этот момент успел уловить возможную полноту общей картины, разделит то же мнение. Скажу несколько слов о побочных наблюдениях, имеющих связь с затмением. Во время наступления тени на солнце, при начале затмения, никаких признаков перемены в природе не заметно; по мере перехода половины солнечного диска кажется, что тень надвигается быстрее, и в это время заметно слабеет свет. Когда солнце закрывается на две трети, наступают сумерки, в животных оказывается беспокойство; я видел, что сидевшая стая голубей начала выказывать какую-то тревогу, птицы до этого спокойно летали; заметно также, что перед полным затмением, то есть за несколько минут до наступления полного затмения, вороны сильно каркают; при наступлении полного затмения свет быстро начинает гаснуть, и, наконец, при полном погружении во мрак сильно понижается температура, ощущается неприятный холод; в это время на животных нападает безотчетный страх. Заметно, что некоторые птицы свёртывают голову под крыло или летят в гнёзда; другие в беспокойстве мечутся из стороны в сторону.

Полоса центрального затмения, если она видна с возвышенности, кажется мрачной грандиозной тучей; видно, что там темнее, чем вне этой полосы.

Кажется, что всё тонет во мраке; здания, особенно далекие, принимают какие-то чудовищные формы.

На людей во время затмения иногда находит <испорчено> и факт: торговки, разложившие товары и не пере<испорчено> сказание о затмении, до наступления по <испорчено>ялись над глядевшими в стекла; в момент же полного затмения бросили свой товар и в страхе разбежались. Также персы и татары на ярмарке бросились во время затмения в мечеть, думая, что наступает конец света.

Люди, шутившие при начале затмения, теряли самообладание, когда наступала тьма и, как бы удивляясь, говорили: "Смотрите, смотрите -- темнеет, темнеет! Господи!.. Батюшка!.." Иные крестились. За несколько секунд до наступления мрака один стоящий со мной человек говорил: "Что же говорят, что затмение страшно?.. Самое обыкновенное явление!.."

Но едва только стала спускаться тьма и на небе заблистала одна узенькая полоска солнца, он с удивлением и страхом, как бы от неожиданности, растерялся и стал осматриваться в разные стороны, повторяя: "Господи, Господи! Что это?.. Холод какой; темнеет, смотрите, темнеет?.."

Когда начинает сходить тень и показываться узкий серп солнца с правой стороны,-- замечается, что луна кажется виднее, так что в простое копчёное стекло заметна вся её окружность наподобие шара; до этого же времени она кажется простою тенью.

В Нижнем при неполноте затмения выступов солнца или его короны вовсе не было видно, и поэтому не было такой величественной картины, какая может быть на центральной линии затмения.

Тень от луны при наступлении затмения довольно хорошо заметна с возвышенности, и видно, как она подвигается быстро по земле.

Заканчивая эти беглые наброски простого наблюдения над затмением, я должен сказать, что общая картина затмения оставляет глубокое впечатление на зрителя, которое едва ли изгладится во всю жизнь.


Нижегородские губернские ведомости, No 45-46, 1887 г.