# Три финика

Василий Андреевич Жуковский

Жуковский В. А. Полное собрание сочинений и писем: В двадцати томах

Т. 10. Проза 1807--1811 гг. Кн. 2.

М.: Языки славянской культуры, 2014.


ТРИ ФИНИКА


"Не знаешь ли какой-нибудь сказки, -- спросил однажды калиф Мамун1 у главного начальника эвнухов, Мезрура, -- мне скучно, и сон меня клонит". Мезрур представил его величеству невольника, который, опустив в землю глаза, не достойные взирать на светлые очи повелителя верных, начал рассказывать, как следует ниже:

-- Владыка верных, отец твой, великий калиф Гарун Аль-Рашид всякий день почти изволил ездить на охоту, и я всегда находился при его свите. По целому дню скакали мы во всю прыть, и я обыкновенно возвращался домой голодный и усталый до смерти. В один день Юсуф, придворный твоего родителя, дал мне на дороге три финика, варенные в меду: ты проголодаешься на охоте, и эти три финика утолят и голод твой, и жажду. Я очень благодарен был Юсуфу и положил финики в стакан. Мы ездили очень долго; ввечеру я проголодался, но долго ждал благоприятной минуты; наконец калиф несколько удалился; я вынул стакан, достал из него один финик; только что успел поднести его ко рту, как твой родитель, которому угодно было надо мною позабавиться, кликнул меня к себе; я бросил финик, ударил каблуками своего осла и поскакал к нему без памяти. Зачем же он меня звал? Ему рассудилось у меня спросить, все ли зубы у моего осла, или нет? "Все, повелитель правоверных", -- отвечал я, и тем кончился наш разговор. Спустя несколько минут я принялся было за другой финик, но калиф опять меня кликнул, и я опять, бросивши финик, принужден был скакать к нему во всю ослиную прыть. "Какой породы твой осел, египетской или арабской?" -- спросил меня Калиф. "Он из Иеменя, повелитель верных". В стакане моем оставался уже один финик. Я опять несколько отстал назади, но опять должен был кинуть финик, чтобы скакать к калифу, который меня кликал. "Что заплатил ты за этого осла?" -- спросил твой родитель. Провались сквозь землю и мой осел и тот, кто мне его продал, думал я про себя, но отвечал с веселым лицом: "Восемь червонцев, повелитель верных". Калиф не мог удержаться от смеха, и я возвратился во дворец полумертвый от голода.

В тот же вечер случилось мне идти по одной галерее; слышу поющий женский голос; останавливаюсь; вижу в окне прекрасную невольницу и подле нее калифа, который очень нежно обнимал ее одною рукою. Она умоляла твоего родителя удалиться, напоминая ему о ревности любимой супруги его Зобеиды. "Заплатить за одну минуту удовольствия многими годами печали и мучиться было бы весьма безрассудно, повелитель верных, -- говорила прекрасная невольница, -- и кто мне будет порукою в том, что ты, государь, не забудешь меня в одну минуту?" Калиф старался ее успокоить в рассуждении Зобеидиной ревности и собственного своего непостоянства. "Зобеида теперь в загородном доме", -- говорил твой родитель... В эту минуту я застучал в дверь.

-- О Пророк, -- воскликнула невольница, -- это султанша.

-- Кто стучит? -- спросил калиф.

-- Твой невольник Ибад2, повелитель верных. Бывши на охоте, изволил ты спрашивать у меня, государь, все ли зубы у моего осла? Я отвечал: все; но я ошибся, теперь, пересчитавши их снова, могу уверить тебя, верховный владыка, что ему не достает двух коренных зубов и одного глазного.

-- Провались ты сквозь землю и с твоим ослом, -- воскликнул твой родитель, -- оставь меня в покое!

И я удалился. Слышу, что их разговор опять начинает оживляться: калиф опять сделался очень приветлив, словом сказать, они уже были весьма согласны, когда я принялся стучать в двери сильнее прежнего. Невольница вскочила и бросилась в другой угол, воскликнув: "Я пропала, это Зобеида". Но калиф, удержав ее за руку, успокоил, потом спросил:

-- Что за стук, кому меня надобно?

-- Это я, твой невольник Ибад, повелитель верных. Ты спрашивал у меня сего дня поутру, какой породы мой осел, египетской или арабской? Я отвечал: арабской, но я ошибся; теперь только сказали мне наверное, что мой осел настоящий египтянин.

-- Чтобы тебе треснуть и с твоим ослом, проклятый надоедала, -- воскликнул с досадою калиф.

И я удалился. Прошло несколько минут; молодая невольница все еще не могла опамятоваться от испуга. Наконец мало-помалу калиф развеселил ее, я услышал, что они уже целовались, и давай стучать в двери так громко, что бедная невольница вскрикнула, задрожала и закрыла обеими руками глаза, будучи уверена, что увидит перед собою раздраженную Зобеиду

-- Кто там стучал? -- воскликнул калиф.

-- Я, повелитель верных, твой невольник Ибад. Ваше величество изволили спрашивать у меня на охоте, чего стоил мой осел? Я отвечал восемь червонцев, но это неправда Я справился с моею расходною книгою, в ней записано только семь с половиною, и я пришел донести об этом тебе, владыка верховный.

-- Убирайся в ад и с проклятым твоим ослом, -- воскликнул в гневе калиф.

Я вышел. Родитель твой хотел возвратить улетевшие удовольствия любви, но в эту минуту с высоких минаретов начали призывать к утренней молитве, и калиф принужден был немедленно уйти из гарема. Таким образом заплатил я твоему родителю, блаженной памяти калифу Ла-Бун-Аль-Рашиду, за три финика, которые он у меня из самого рта вырвал. Мамун, довольный повестию, подарил рассказчику сто червонцев.


ПРИМЕЧАНИЯ


Автограф неизвестен.

Впервые: ВЕ. 1810. Ч. 53. No 17. Сентябрь. С. 47--51 -- в рубрике "Словесность. Проза" с заглавием: "Три финика".

В прижизненных изданиях: Пвп 1. Ч. 2 ("Повести"). С. 31--37; Пвп 2. Ч. 1. С. 235--239.

Печатается по Пвп 2.

Датируется: не позднее первой половины августа 1810 г.

Источник перевода неизвестен.

Перевод примыкает к ряду подобных, поддерживающих традиции "восточной сказки", жанра весьма распространенного в нравоучительной просветительской прозе. Кроме того, интерес Жуковского к conte orientale совпадал с зарождающимся у него, поэта-романтика, вниманием к Востоку, ориентальному стилю и в целом к проблемам национального в эстетике и творчестве. См. комментарий к переводу "Кабуд-путешественник" в настоящем томе.

Тексты ВЕ и Пвп 1, 2 практически идентичны, немногие расхождения связаны с заменой одного пунктуационного знака другим.


1 калиф Мамун -- Абу-ль-Аббас Абд-Аллах аль-Мамун (786--833) -- багдадский халиф из династии Аббасидов. Сын Харуна аль-Рашида.

2 Ибад -- раб, невольник.


И. Айзикова