# L"Internationale. Documents et Souvenirs par James Guillaume. T. I - IV. Paris. 1905-1910

Алексей Алексеевич Золотарев

## L'Internationale. Documents et Souvenirs par James Guillaume. T. I -- IV. Paris. 1905--1910.


Есть книги -- на долю илъ выпадаетъ завидное счастье: онѣ являются во-время. Драгоцѣнный опытъ прошлаго, заключенный на ихъ страницахъ, предостерегаетъ отъ повторенія роковыхъ ошибокъ, а непоколебимо твердое исповѣданіе забытыхъ словъ зоветъ отъ усталости и разочарованій къ творческой жизни, указывая свѣтлый и вѣрный выходъ изъ многочисленныхъ тупиковъ современности.

Такова книга Гильома -- одного изъ послѣднихъ могиканъ перваго героическаго поколѣнія Интернаціонала. Подъ скромнымъ названіемъ: "Документы и Воспоминанія" авторъ, самъ непосредственный дѣятель Интернаціонала въ романской Швейцаріи и участникъ всѣхъ интернаціональныхъ съѣздовъ, годъ за годомъ разсказываетъ, какъ развивалась Интернаціональная Ассоціація рабочихъ, попутно обрисовывая живыми и яркими чертами участниковъ Ассоціаціи и приводя важнѣйшіе историческіе документы.

На первыхъ страницахъ своего обширнаго труда Гильомъ предупреждаетъ читателей. Насколько возможно, онъ старается разсказывать только о томъ, чему былъ свидѣтелемъ и очевидцемъ. Время исторіи для Интернаціонала еще не наступило, и, съ своей стороны, авторъ даетъ въ распоряженіе будущихъ историковъ имѣющіеся у него матеріалы.

Стремленіе избѣжать всякой иной системы изложенія, кромѣ хронологической, дѣлаетъ изъ этихъ четырехъ томовъ своего рода лѣтопись Интернаціонала.

Авторъ-лѣтописецъ -- принадлежитъ къ тому теченію Интернаціонала, которое объединилось подъ знаменемъ противогосударственнаго соціализма. Сторонники этого направленія Первоначально называли себя "коллективистами", противопоставляя терминъ безгосударственнаго коммунизма (le communisme anti-autoriraire) государственному коммунизму (le communisme autoritaire) своихъ противниковъ. Коллективисты Интернаціонала или анархисты, какъ ихъ на первыхъ порахъ, главнымъ образомъ, звали идейные противники, всюду отстаивали принципъ автономіи личности и вольно сложившихся группъ и союзовъ противъ авторитета государства, федерализмъ противъ централизма. Они явились убѣжденными сторонниками организаціи рабочаго класса по профессіямъ, защитниками "непосредственнаго дѣйствія" рабочихъ массъ и, такимъ образомъ, предшественниками современнаго революціоннаго синдикализма.

Анархо-федералистскія идеи нашли себѣ горячихъ послѣдователей прежде всего среди рабочаго населенія романскихъ странъ Европы,-- во французской Швейцаріи, Франціи, Италіи и Испаніи. Съ этой стороны, т. е., для исторіи Интернаціонала въ романскихъ странахъ всѣ 4 тома "Воспоминаній" даютъ богатѣйшій матеріалъ, тѣмъ болѣе цѣнный и своевременный, что до сихъ поръ эта исторія большинству была или совсѣмъ неизвѣстна, или -- что еще хуже -- извѣстна въ завѣдомо пристрастномъ освѣщеніи политическихъ памфлетовъ (напр., "Бакунисты за работой"), которые, конечно, не могутъ дать понятія объ истинномъ характерѣ великаго историческаго движенія.

Долговременная близость и дружба Гильома съ Бакунинымъ дѣлаютъ "Воспоминанія" въ особенности интересными и поучительными для русскаго читателя. Гильомъ приводитъ множество документовъ, принадлежащихъ перу Бакунина и рисующихъ въ полный ростъ богатырскую фигуру этого русскаго интернаціоналиста, который въ полномъ смыслѣ слова жилъ горями и радостями всего человѣчества.

"Ты только русскій" -- пишетъ Бакунинъ Огареву, послѣ первыхъ извѣстій о нѣмецкихъ побѣдахъ въ 1870 г.-- "а я -- интернаціоналистъ: событія возбуждаютъ во мнѣ лихорадку"... (т. II, стр. 79).

Наибольшей драматичности Воспоминанія достигаютъ во второмъ томѣ, гдѣ описываются событія и люди передъ и послѣ Парижской Коммуны. Это и понятно. Партія анархіи, федераціи и автономіи не безъ основанія видѣла въ Парижской Коммунѣ первый смѣлый революціонный шагъ къ осуществленію своихъ, принциповъ.

"Парижская Революція" -- писалъ Гильомъ въ апрѣлѣ 1871 года -- "федералистская... Федерализмъ въ томъ смыслѣ, какой даетъ ему Парижская Коммуна, есть прежде всего отрицаніе націи и государства".

Въ томъ-же смыслѣ высказался и Бакунинъ:

"Коммунисты-государственники", -- писалъ онъ.-- "думаютъ, сорганизовать рабочія силы съ тѣмъ, чтобы завладѣть политическою властью Государствъ. Революціонные соціалисты организуются для разрушенія, или. выражаясь мягко, для ликвидаціи государствъ. Коммунисты-сторонники принципа и практики власти, революціонные соціалисты вѣрятъ только въ свободу... Это противорѣчіе.-- оно стало уже историческимъ -- продолжаетъ существовать между коммунизмомъ, научно развитымъ германской школой и принятымъ американскими и англійскими соціалистами, съ одной стороны -- и прудонизмомъ, широко развитымъ и доведеннымъ до послѣднихъ обоихъ выводовъ, который принятъ пролетаріатомъ латинскихъ странъ съ другой".

"Революціонный соціализмъ только что проявилъ себя и перешелъ къ дѣлу въ блестящей попыткѣ Парижской Коммуны".

"Это громадный историческій фактъ, что именно во Франціи. которая до сихъ поръ, была попреимуществу страной политической централизаціи, торжественно засвидѣтельствовано отрицаніе Государства, и что Парижъ -- глаза и историческій творецъ великой французской цивилизаціи, взялъ на себя починъ"... (т. II, стр. 161).

Паденіе Парижской Коммуны надолго предрѣшило судьбу великаго интернаціональнаго движенія. Участники Интернаціонала не могли не уловить исторической преемственной связи между пораженіемъ французовъ и дальнѣйшей судьбою Международной Ассоціаціи Рабочихъ.

"Я покидаю Ліонъ съ сердцемъ, полнымъ печали и мрачнаго предчувствія. Я начинаю думать, что съ Франціей покончено... Она станетъ вице-королевствомъ Германіи. Вмѣсто живого и дѣйственнаго соціализма французовъ, у насъ будетъ доктринерскій соціализмъ нѣмцевъ, которые станутъ говорить только то, что имъ позволятъ прусскіе штыки. Милитаристическая и бюрократическая интеллигенція Пруссіи и кнутъ... обезпечатъ общественную тишину и порядокъ, по крайней мѣрѣ, на 50 лѣтъ на всемъ континентѣ Европы. Прощай свобода, прощай соціализмъ, прощай народное право и тріумфъ человѣчества"... (т. II, стр. 99).

Съ своей стороны, глава противоположнаго и враждебнаго Бакунину теченія въ Интернаціоналѣ -- Карлъ Марксъ, тоже въ частномъ письмѣ, высказывая свои задушевныя мысли, писалъ:

"Настоящая война открываетъ новую эпоху въ исторіи: она показала, что -- даже безъ Австріи -- Германія способна развиваться... Добились серьезной цѣли, и если нѣмецкій рабочій классъ не сумѣетъ сыграть предназначенной ему исторической роли, то будетъ виноватъ самъ. Эта война перенесла центръ тяжести континентальнаго рабочаго движенія изъ Франціи на Германію" (т. II, стр. 89).

Помѣщенная въ третьемъ и четвертомъ томахъ лѣтопись событій послѣ 1871 г. показываетъ, что и Марксъ, и Бакунинъ оказались весьма близкими къ истинѣ въ своихъ предвидѣніяхъ.

Утопивъ въ крови рабочую революціонную Францію, всеевропейская реакція, во главѣ которой" встала объединенная Бисмаркомъ побѣдоносная Германія, безъ труда задавила Интернаціоналъ, а международное рабочее движеніе, лишившись временно выбитаго изъ строя, передового французскаго отряда, начало организоваться по нѣмецкому типу. Соціалистическая нѣмецкая партія, ставшая образцомъ для другихъ, пришла на смѣну Интернаціонала.

Требованія Соціальной Революціи уступили потребностямъ Соціальной Демократіи. Бакунина смѣнилъ Бебель. Центръ тяжести рабочаго движенія -- явно теперь уже для всѣхъ -- перемѣстился изъ Франціи въ Германію.

Нужно было немало времени, чтобы великіе принципы, положенные во главу угла Интернаціонала. "Освобожденіе рабочихъ -- дѣло самихъ рабочихъ и не есть національная, а интернаціональная задача",-- возродились съ новой силой, живой и дѣйственной, опять на той же плодотворной французской почвѣ -- во всеобщей Конфедераціи Труда.

Именно Конфедерація Труда, по глубокому и авторитетному мнѣнію Гильома. есть ни что иное, какъ "продолженіе Интернаціонала" (т. IV. стр. 7).

Пусть многіе изъ русскихъ читателей не согласятся съ такимъ выводомъ. Воспоминанія Гильома не теряютъ своей цѣнности даже и для тѣхъ, кто не раздѣляетъ точки зрѣнія автора.


Ал. Золотаревъ.


"Современникъ", Кн. X. 1912